Глава 11 РЕШАЮЩАЯ ОШИБКА – СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ

Глава 11

РЕШАЮЩАЯ ОШИБКА – СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ

Если пяти обсужденных нами ошибок было недостаточно для того, чтобы привести гитлеровский рейх к краху, то ошибка номер шесть сделала катастрофу неизбежной. Непростительной ошибкой стало решение о подстрекательстве Японии к вступлению в войну, хотя существовала опасность, что в этом случае Соединенные Штаты выступят на стороне Великобритании. 27 сентября 1940 года подписание Трехстороннего пакта между Германией, Италией и Японией придало официальный характер их тайным отношениям. По условиям этого десятилетнего военного и экономического альянса, государства «Оси» обязывались «сотрудничать и помогать друг другу в любых действиях по установлению и поддержанию нового порядка в Восточной Азии и регионах Европы».

На самом деле тесные отношения во имя разрушительных целей были установлены между нацистскими властями и Японией задолго до начала войны. Еще 31 января 1939 года генерал Осима, посол Японии в Берлине, вступил с Генрихом Гиммлером в заговор, целью которого было убийство главы так называемого дружественного государства. В документе за своей подписью Гиммлер доложил, что японский посол Осима сотрудничает с немецкой разведкой в рамках долгосрочного плана «отделения от России Кавказа и Украины». Гиммлер также написал, что «Осиме уже удалось перебросить через кавказскую границу десять русских с бомбами. Эти русские должны были убить Сталина. Еще несколько завербованных русских были застрелены при переходе границы».

В тот период Германия почти не предпринимала попыток вовлечь Японию в войну. Но как только созрело решение напасть на Россию, возникла необходимость связать Англию по рукам и ногам, пока вермахт будет занят на Востоке. Для этого, с немецкой точки зрения, не помешала бы помощь Японии на тихоокеанском театре военных действий. Стабильный поток американских товаров через Атлантику и неограниченные поставки по ленд-лизу вооружения, боеприпасов и многих товаров в Англию, вероятно, стимулировали появление сверхсекретной директивы фельдмаршала Кейтеля от 5 марта 1941 года. В документе говорилось: «Фюрер приказал спровоцировать активное участие Японии в военных действиях», а также: «Следует усилить военную мощь Японии на основе военного опыта Германии, оказывая ей военную, экономическую и техническую поддержку». Не скрывалась и цель этой помощи: быстро разгромить Англию и таким образом удержать Соединенные Штаты от вступления в войну.

На более поздних стадиях подготовки к вторжению в СССР Японию постоянно информировали о намерениях Германии. Иоахим фон Риббентроп, как министр иностранных дел, вел большую часть переговоров, стараясь вовлечь Японию в войну, однако японцев нелегко было убедить в том, что самое выгодное для Германии является самым выгодным и для Японии. Сам Адольф Гитлер помогал фон Риббентропу разжигать алчность японцев. Хотя фюрер подстрекал Японию развязать войну только против Великобритании, он сознавал, что любая японская интервенция на Тихом океане может спровоцировать вступление в войну Соединенных Штатов. Тем не менее, Гитлер сознательно шел на этот риск, уверенный в том, что последствия вмешательства американцев проявятся слишком поздно и уже не скажутся на печальной судьбе Англии. Этот роковой просчет Гитлера отчетливо просматривается в документе из трофейного архива германского министерства иностранных дел, а именно из отчета, датированного 4 апреля 1941 года, «о беседе фюрера и японского министра иностранных дел Мацуоки в присутствии рейхсминистра иностранных дел и начальника рейхсканцелярии Мейснера в Берлине».

В частности, в документе говорится:

«Япония сделает все возможное, чтобы избежать войны с Соединенными Штатами. Если Япония примет решение напасть на Сингапур, то японский военный флот должен быть готов к войне с США, так как Америка, вероятно, выступит на стороне Великобритании. Лично он (Мацуока) убежден в том, что можно дипломатическими средствами удержать Соединенные Штаты от вступления в войну на стороне Великобритании. Однако армия и флот должны рассчитывать на худший вариант развития событий, то есть на войну с Америкой. Такая война может продлиться пять лет или больше и принять формы партизанской войны на Тихом океане и в южных морях. По этой причине немецкий опыт ведения партизанской войны представляет огромную ценность для Японии. Речь идет о самых результативных методах ведения такой войны и использовании на японских подводных лодках всех технических новшеств, в частности современных перископов.

В конце беседы Мацуока попросил фюрера проследить, чтобы германские власти предоставили все необходимые японскому флоту и армии усовершенствования и изобретения.

Фюрер дал обещание и подчеркнул, что Германия тоже считает конфликт с Соединенными Штатами нежелательным, однако уже выделила средства на этот случай... Германия также приняла меры к тому, чтобы ни один американец не высадился в Европе. Германия будет самым энергичным образом сражаться против Америки, используя свои подводные лодки и авиацию. Благодаря накопленному военному опыту, которого нет у Соединенных Штатов, Германия имеет несомненное преимущество, не считая того, что немецкие солдаты по всем параметрам превосходят американских.

В дальнейшем ходе дискуссии фюрер указал, что Германия, со своей стороны, немедленно возьмет на себя ответственность за все последствия, если Япония будет втянута в конфликт с Соединенными Штатами. Не имеет значения, кто первый вступит в войну с США: Германия или Япония... Германия безотлагательно начнет военные действия в случае войны между Японией и Америкой, поскольку сила государств – участников Трехстороннего пакта в их совместных действиях; они не должны позволить разбить каждое поодиночке – в этом была бы их слабость...»

Убедив таким образом Японию в своей решимости поддержать любые ее действия, фюрер предоставил Риббентропу выполнение задачи по вовлечению союзницы в войну. Во внешней политике Гитлер полагался на мнение Риббентропа, несмотря на его неспособность правильно оценить отношение Англии к падению Франции. Геринг не был так уверен во внешнеполитических талантах Риббентропа. «Когда я усомнился в способности Риббентропа решить британскую проблему, фюрер возразил, что Риббентроп знает лорда Такого-то и министра Сякого-то. На что я ответил: «Да, но трудность в том, что и они знают Риббентропа», – заявил Геринг.

Вероятно, японцы также «знали Риббентропа», ибо, ведя с ним беседы о ходе военных действий, они ни разу не обмолвились о своем намерении напасть на Соединенные Штаты. До 28 ноября 1941 года японский посол в Берлине Осима и Риббентроп обсуждали возможность вступления Японии в войну.

Удалось перехватить некоторые дипломатические депеши, посланные Осимой в Токио. В них посол докладывал, как Риббентроп убеждал Японию не упустить прекрасную возможность установить новый порядок в Азии. Если Япония промедлит, сказал немецкий министр иностранных дел, тогда на нее обрушится объединенная мощь Британии и Соединенных Штатов. Риббентроп настаивал на том, что Япония должна принять решение о войне с Британией и Соединенными Штатами, а затем раскрыл планы Германии. К весне 1942 года намечалось загнать Сталина глубоко в Сибирь, а затем лишить Британию влияния на Ближнем Востоке, в Африке и Средиземноморье. Осима спросил, намеревается ли сама Германия начать военные действия против Соединенного королевства. «Германия, разумеется, провела всю необходимую подготовку, – последовал классический ответ Риббентропа, – однако поступила информация о том, что в Англии не все гладко. Например, нам стало известно, что в рядах консерваторов произошел раскол, влияние Черчилля ослабевает, а Бевин, лидер лейбористской партии, выступает за революционные меры». Неудивительно, что после такого ответа Осима предпочел не посвящать Риббентропа в намерения Японии[9].

Девять дней спустя японцы разбомбили Перл-Харбор.

«Нападение японцев на Перл-Харбор было для нас полным сюрпризом, хотя и приятным, – сказал Геринг. – Гитлер объявил войну Соединенным Штатам, так как был убежден в неизбежности этой войны. Переизбрание президента Рузвельта поставило в этом деле точку. До того момента фюрер пытался избежать откровенного разрыва с Соединенными Штатами; германскому военному флоту приказали безнаказанно пропускать американские корабли, хотя было известно, что они загружены вооружением для Англии. Поскольку Япония выступила агрессором, по договору мы не обязаны были поддерживать ее, однако Гитлер испытывал благодарность к японцам и, вероятно, действовал импульсивно».

Только в будущем историки смогут компетентно рассудить, было ли правильным мнение Гитлера о неизбежности войны с Соединенными Штатами. Можно лишь гадать, объявил бы конгресс войну немедленно, если бы фюрер повел себя иначе и попытался ограничить военную деятельность Японии в Тихом океане лишь борьбой с Британией. Мы никогда не получим ответа на вопрос, как поступил бы президент Рузвельт, если бы 7 декабря 1941 года Япония напала на Сингапур, Гонконг и голландскую Ост-Индию, а американские владения оставила бы в покое. Однако с уверенностью можно сказать, что в этом случае вступление Америки в войну затянулось бы на много месяцев, в течение которых конгресс вел бы дебаты по поводу дальнейших действий. А те месяцы в начале 1942 года имели колоссальное значение.

Однако фюрер предпочитал верить в то, что поддержка готовой к войне Японии перевесит сопротивление неподготовленной Америки. Огромный промышленный и военный потенциал Соединенных Штатов не производил на него особого впечатления. Как сказал однажды Геринг, «американцы не умеют строить самолеты; у них хорошо получаются лишь холодильники и электробритвы». Похоже, Гитлер разделял это мнение, но вскоре ему пришлось свое мнение изменить.