Город красного дерева

Город красного дерева

Четыре года спустя Грамон с де Графом решили напасть на испанский город Кампеш, разбогатевший на торговле кампешевым (красным) деревом. Дело осложнялось тем, что короли Франции и Испании подписали в Европе мирный договор, и губернатор Тортуги кавалер де Кюсси строго запретил флибустьерам причинять какой-либо ущерб подданным пиренейской державы, однако у него не было сил заставить буйное племя выполнять королевские указы. Перед выходом в море Грамон заявил губернатору: «Не беспокойтесь, ваша светлость. Мы пострижем овцу, не снимая с нее шкуры. Она даже не успеет заблеять».

У стен Кампеша Грамон применил психологическую атаку. Десант из тысячи флибустьеров на ботах под разноцветными флагами пристал к берегу, построился в колонны и под бой барабанов двинулся на штурм города. Изумленные испанцы не знали, что и думать: перед ними регулярная армия или шайка разбойников? Засеки, в которых притаились испанские солдаты, были сметены одним махом. Чтобы перебить защитников баррикад на улицах города, Грамон рассыпал по крышам домов снайперов. Оставалось взять форт. Пираты подвезли пушки с кораблей и в течение девяти часов обстреливали его стены. Через день испанский гарнизон покинул крепость, за исключением одного молодого идальго, который, движимый дворянской честью, решил, что лучше погибнуть в бою, чем покрыть себя позором, обратившись в бегство. Грамон распорядился даровать ему жизнь, осыпал подарками и пригласил храбреца отобедать.

Пока пираты сражались, жители Кампеша успели скрыться в лесах и близлежащих селениях, надежно припрятав свои сокровища. Грамон ежедневно посылал на поиски богатых горожан небольшие отряды, однако золотой улов оказался незначительным. В подобных случаях пираты обычно применяли пытки, но Грамон не был мастером заплечных дел. Губернатор провинции начал против флибустьеров партизанскую войну, отказывался платить выкуп и вести переговоры с разбойниками. Угрозы сжечь город и казнить пленных на него не действовали. «Эта экспедиция закончилась полным успехом, если не считать отсутствия денег», – с едким сарказмом заметил историк похода.