Введение

Введение

Это книга о человеке, который понимал, как устроен мир и куда он движется через ХХ век. Надеясь спасти мир, он пытался передать свое знание самым могущественным людям его времени. Но те ценили в нем качества светского человека, а не пророка. Когда он настаивал на своем, карьера его обрывалась. Так происходило не раз, и обычно он оказывался прав, но это уже оказывалось интересно только историкам, да и им не очень.

Все же американский журналист, дипломат и писатель Уильям Кристиан Буллит сделал большую карьеру. Он был участником Американской делегации на Парижской мирной конференции (1918), послом Соединенных Штатов в Советском Союзе (1933–1936) и Франции (1936–1940), специальным представителем Президента США на Ближнем Востоке (1940). Он не занял высших постов, на которые рассчитывал, в американском правительстве военного времени, но был счастлив, когда надел военную форму. Только это была не американская форма. В годы Второй мировой войны он стал майором французской армии, и именно это считал вершиной своей карьеры.

Рано облысевший, тщательно одетый, позировавший с широкой улыбкой, на фотографиях Буллит кажется обычным американцем, олицетворением успеха. Но вице-президент США Генри Уоллес характеризовал его как «необыкновенно притягательную личность». Уоллеса – провинциального политика левых убеждений – поражало, как много Буллит путешествовал по свету, знал толк в изысканных развлечениях, остроумной беседе и всегда «имел огромный запас разных анекдотических историй […] о многих знаменитых людях за границей» [1].

Сотрудник Буллита в Москве, трезвый дипломат Чарльз Боулен писал о нем как o человеке, способном излучать сияние, причем сияние это он контролировал – мог включать и выключать, когда хотел [2]. Другой бывший сотрудник Буллита, дипломат и историк Джордж Кеннан отмечал его уверенность в себе, необыкновенную быстроту реакции и вместе с тем эгоцентричность и высокомерие. Кеннан суммировал эти качества в понятии «опасной свободы»: то была свобода человека, который «никогда не подчинял свою жизнь потребностям другого человеческого существа» [3]. Для Кеннана Буллит был «кем-то вроде духовного царя Мидаса: все свои золотые качества он превращал в камень, потому что никогда никого не любил так, как любил самого себя». Обязанный Буллиту карьерой, но поссорившийся с ним в конце жизни, Кеннан писал о нем как о блестящем, но несчастном человеке. Великий эгоист, по словам Кеннана, но и великий энтузиаст – отмечал он в Буллите и куда более редкую черту. С неожиданной страстью Кеннан писал, что Буллит «вливал свой энтузиазм слишком быстро, слишком избыточно и нетерпеливо в сосуды слишком узкие, чтобы принять его энергию». В итоге Буллит оказался человеком, не вполне востребованным своим временем: он «давал жизни больше, чем та была готова от него взять», и «заслужил от своей страны больше, чем получил» [4]. Еще он обладал редким для его круга качеством: был совершенно чужд снобизма. «Он чувствовал презрение к своему классу, которое мог испытывать только тот, кто ясно сознавал принадлежность к нему и потому был свободен от зависти или чувства неполноценности», писал о нем Кеннан [5].

Человек больших амбиций, громких скандалов и горьких разочарований, Билл – как называли его и друзья, и враги – прожил большую часть жизни частным лицом. Критический анализ настоящего и горькие предсказания будущего он чаще излагал публичным языком свободного интеллектуала, чем придворным словом высокого чиновника. Дважды разведенный холостяк, он культивировал очень личные отношения со знаменитостями от Ленина до Рузвельта и от Фрейда до Булгакова. Просвещенный либерал, а в конце жизни консерватор, он увлекался левыми идеями, столь важными для его времени, и страстно преодолевал их соблазны. Самый космополитичный из американских политиков ХХ века, он необычно хорошо говорил на европейских языках, путешествовал по Азии и подолгу жил в Европе. При этом он был искренним патриотом Америки, который верил в превосходство ее ценностей и в то, что со временем весь мир последует ее примеру. Человек мира, обожавший Францию, не любивший Англию и раньше других понявший значение Китая, он всю жизнь занимался Россией. Практиковавший реальную политику, он часто писал об упущенных возможностях, которые могли бы изменить мир, каким он его знал и который нравился ему все меньше.

Революционные идеи никогда не были близки Буллиту, но во время Первой мировой войны он понял, что крах старых режимов в Европе неминуем. Пережив два периода бурной активности при двух демократических администрациях, Вильсона и Рузвельта, Буллит каждый раз оказывался левее своих высоких начальников. Давно замечено, что закончив войну, победители подражают побежденным. После Первой мировой войны в Америке развивалось социалистическое движение, которое пришло туда из проигравших войну стран Центральной Европы. Буллит был ранним сторонником этого движения; Лев Троцкий называл таких людей попутчиками, и с его легкой руки аналогичное понятие (fellow-traveller) вошло в американскую политическую речь. Как и многие американцы, Буллит сочувствовал русской революции; чтобы разочароваться в этом «провалившемся боге», Буллиту понадобился личный опыт жизни в Москве, какого не было тогда у множества западных «попутчиков». Личное знакомство с практикой социалистического строительства превратило его в консерватора, сторонника ядерного сдерживания и ястреба Холодной войны. Эта история очарования социалистической теорией, а потом мучительных сравнений ее с реальностью советской жизни – один из центральных, типических сюжетов ХХ века.

Самым необычным способом Буллит соединил два великих идейных наследства, американский либерализм с европейским космополитизмом. И еще в нем была особенная тайна, энергия, чертовщина. В отличие от того, что обычно думают о либералах, он совсем не был склонен к компромиссам. Обладавший редким даром дружбы, он бывал нетерпим к окружающим и умел расставаться с людьми, даже когда от них зависел. В конце концов он оказался правее либерального мейнстрима и кончил свою карьеру в горьком одиночестве. И, конечно, он всегда был предметом светских сплетен и политических слухов. Брат Буллита писал, что Билл был, «конечно, спорной личностью»: o нем говорили «то как о большевике, то как о фашисте», то как о поджигателе войны, то наоборот, как о слишком гибком политике, готовом на уступки [6]. На деле, вспоминал брат, «Биллу было присуще уважение к правам человека, а также сильное отвращение к косности господствующего класса».

Войны ведут солдаты, но заканчивают их люди в штатском, которые за столом переговоров увенчивают или, наоборот, зачеркивают работу военных. Историку интересны те и другие, но героизм личного действия – кульминацию почти любой биографии – легче разглядеть в пыли сражений, чем в роскоши залов заседаний. Буллит знал толк и в роскоши; но где бы ни застал его ХХ век, он мыслью и словом опережал своих высокопоставленных друзей, и этого они не прощали. Все же Буллиту удалось повлиять на ключевые решения, принятые американской администрацией между двумя мировыми войнами. Роль его учеников и не всегда верных ему последователей была определяющей в начале следующей, предсказанной им Холодной войны. Он умер в любимом им Париже, но похоронен в родной ему Филадельфии. Так и после смерти проявилась его особенная способность сочетать космополитизм с патриотизмом.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Введение

Из книги Тень и реальность автора Свами Сухотра


Введение

Из книги Боевые действия горных войск автора Клементьев Василий Григорьевич

Введение Необозримые пространства исполинских гор опоясывают Советский Союз со стороны всей его южной границы, начиная с Кавказа и кончая Дальним Востоком.[1]Исключительно велико значение этих горных районов для обороны Советского Союза; если же потребуется, то они


Введение

Из книги Странные люди автора Эдвардс Фрэнк

Введение Бесчисленные примеры непонятных и не поддающихся объяснению явлений, происходящих на глазах заслуживающих доверия свидетелей, говорят о том, как ограниченно наше понимание законов, которые управляют миром.В этой книге я выношу на ваш суд всего лишь небольшую


Введение

Из книги Тайный фронт автора Пинто Орест

Введение По национальности я голландец, но большую часть жизни провел в Англии. В общем, англичане мне нравятся, но в их характере есть несколько особенностей, которые до сих пор остаются для меня загадкой. Одна из них состоит в необычном отношении англичан к неудачам.


Введение

Из книги Письма Уильяма Берроуза автора Берроуз Уильям Сьюард

Введение Что делает письма Уильяма Берроуза особенными? Эпистолярное наследие раннего периода творчества писателя интересно по нескольким причинам. Во-первых, мы получаем некое подобие черновой автобиографии, своеобразный дневник начала литературной карьеры, массу


Введение

Из книги Записки летчика-испытателя автора Орлов Борис Антонович

Введение Взяться за эти записки меня побудило не столько стремление оставить потомкам свое жизнеописание, сколько желание и возможность поделиться с читателем, интересующимся авиацией, своими соображениями о специфике летного труда, с некоторыми событиями, в коих мне


Введение

Из книги SR-71 Blackbird in action автора # 55 Aircraft

Введение Главной пpоблемой пpи написании книги о самолете, котоpый был секpетным в течение всего сpока слyжбы (и остается таковым и по сей день), было почти полное отсyтствие «официальной» инфоpмации. В этой книге вы встpетите фpазы типа «как сообщалось…», «считается, что…»,


ВВЕДЕНИЕ

Из книги Возвращение Ленина в Россию в 1917 году автора Хальвег Вернер

ВВЕДЕНИЕ IКому сегодня приведется побывать в холмистой старой части Цюриха по ту сторону Лиммата, побродить по узким, извилистым улочкам, расположенным вокруг Предигерплатц, где стоят словно бы романтически замечтавшиеся домики, тому вряд ли прежде всего подумается о


ВВЕДЕНИЕ

Из книги Сталин и враги народа автора Вышинский Андрей Януарьевич

ВВЕДЕНИЕ Советское государство, как государство нового типа, ново своим демократизмом — последовательным социалистическим демократизмом. Советский демократизм обеспечивает господство в обществе воли большинства рабочих и крестьян, большинства трудящихся,


Введение

Из книги Англия. Билет в одну сторону автора Вольский Антон Александрович

Введение London is the capital of Great Britain C этой фразы многие из нас начинали изучение английского языка в школе. И она наверняка осталась в подкорке даже у тех, кто остальное содержание уроков по инглишу забыл. Так вот и я, попав первый раз в Англию, был опутан целой сетью стереотипов


Введение

Из книги Масонские биографии автора Коллектив авторов

Введение Поскольку с тех пор прошло уже пять десятилетий, скорее исключением, чем правилом, бывает ситуация, когда кто-то из англоязычных братьев может сказать хотя бы что-то о событиях в масонской жизни Германии 1933 года. До самого недавнего времени я был практически


Введение

Из книги Мир мог быть другим. Уильям Буллит в попытках изменить ХХ век автора Эткинд Александр Маркович

Введение Это книга о человеке, который понимал, как устроен мир и куда он движется через ХХ век. Надеясь спасти мир, он пытался передать свое знание самым могущественным людям его времени. Но те ценили в нем качества светского человека, а не пророка. Когда он настаивал на


Введение

Из книги Принимаем огонь на себя! автора Ивакин Алексей Геннадьевич

Введение Очень точно расставил точки над «и» в своей статье «Опять на поле Куликовом…» от 04.07.2014 года Олесь Бузина — коренной киевлянин, придерживающийся взгляда о триединстве русского народа — «малороссов (украинцев), белорусов и великороссов (русских)» — и поэтому


Введение

Из книги Дневник бывшего коммуниста [Жизнь в четырех странах мира] автора Ковальский Людвик

Введение Это книга о моей жизни. В ней я использовал записи из своих личных дневников, которые начал вести еще будучи подростком в СССР и Польше, а затем продолжил во взрослом возрасте, проживая в Польше, Франции и США. По этим записям можно проследить, как из убежденного


1 ВВЕДЕНИЕ

Из книги Внутри картины. Статьи и диалоги о современном искусстве автора Бакштейн Иосиф

1 ВВЕДЕНИЕ Я всегда помнил о том, что у меня, как и у библейского Иосифа, маму тоже звали Рахиль. А после ее смерти я нашел свое свидетельство о рождении – старый бланк, датированный 1945 годом. В нем еще не была пропечатана графа «национальность», однако национальную


Введение

Из книги Россия под наблюдением [Неправительственный доклад] автора Гайнутдинов Дамир