Антинаучная революция конца XX века

Антинаучная революция конца XX века

«…третий грех против Духа Святого — явное противление утвержденной истине»…

Творение иже во святых отца нашего Святителя Димитрия Ростовского.

СПб., изд. П. П. Сойкина. 1895

Наука, как мы выяснили, имеет давнюю историю, огромный задел, созидательную мощь и возможности в познании тайн природы. Однако эта мощь, увы, во многие периоды истории оказывается невостребованной. Особенно это заметно в наши дни, в частности в экологии и метеорологии. Почему так происходит?

Всю историю параллельно с наукой шли антинаука, лженаука и злоупотребление научными знаниями в политических и экономических целях. Особенно этот процесс усилился в последнее время, и это усиление отразилось в науке о климате. Об этих не самых отдаленных явлениях недавнего времени надо рассказать подробнее.

Темпы научно-технического прогресса (НТП) стремительно росли в XIX веке, когда человечество овладело паром и электричеством. Ускорение продолжилось в XX веке, к середине которого была достигнута предельная скорость социально-технического развития. Наиболее впечатляющее достижение этого периода — выход в космос. По значению в истории Земли этот акт может быть сопоставлен только с выходом жизни на сушу в докембрийскую эру.

В середине XX века НТП трансформировался в качественно новое явление — научно-техническую революцию — НТР. Однако во второй половине прошлого века наметился противоположный процесс — снижение интенсивности и эффективности научной работы, замедление внедрения разработок в практику. Особенно заметным спад в науке и технологии стал в 90-х годах прошлого столетия. Среди трибун, с которых дальновидные люди стали бить в набат, непоследней оказалась такая специфическая, как сессия Академии наук Ватикана. Именно на ней 15 октября 1998 года прозвучал термин «антинаучная революция» и были названы ее основные критерии. Этой сессии предшествовало распространение энциклики Иоанна Павла II (John Paul II, 1998).

Понтифик писал: «Сам Бог заложил в сердце человека желание познать истину и, в конечном итоге, сущность Его, чтобы тот, познавая и любя Его, мог достигнуть понимания истины в самом себе». «Человека можно определить как того, кто ищет истину…» «Истина, которую Бог открывает в Иисусе Христе, отнюдь не находится в противоречии с истиной, достигаемой философским путем. 2 порядка познания ведут к истине в ее полноте». «Вера и разум — два крыла, на которых дух возносится к созерцанию истины».

Не будем вдаваться в тонкие нюансы взаимоотношения церкви и науки. Безусловно, между ними есть и точки соприкосновения, и непреодолимые антагонизмы. Принципиально другое — голос в защиту науки от дискредитации и подавления прозвучал с одной из самых высоких трибун мира.

Перечислим с позиций начала XXI века основные признаки такого глобального настораживающего явления, как антинаучная революция.

• Снижение общего темпа НТП.

• Закрытие многих перспективных научных направлений.

• Снижение престижности и оплаты научной работы.

• Упрощение среднего и высшего образования.

• Пропаганда лженаучных представлений и взглядов.

• Игнорирование научного потенциала ряда стран (Россия, Куба, арабский мир) или использование его наукоемкой продукции на кабальных условиях.

В чем причина этих негативных явлений и можно ли им противодействовать?

Эколог, философ и организатор науки В. И. Вернадский (биографии и трудам которого будет посвящена одна из последующих глав) в своих трудах обращал внимание, что НТП движется во много раз медленнее, чем мог бы. Например, он отмечал, что античная цивилизация вплотную подошла к книгопечатанию, создав бумагу, типографскую краску, печати и даже наборный шрифт. Достаточно было сделать один шаг по пути к новой информационной технологии. Если бы он был сделан, вполне возможно, что Рим, владея принципиально новой техникой управления обществом, не рухнул. Однако этот шаг был сделан только спустя 1000 лет. Известно, что Античность знала электричество (кстати, само это слово древнегреческого происхождения). В Вавилоне и в Новоегипетском царстве, при дворе Клеопатры, ювелиры имели в своем распоряжении аккумуляторы и использовали в ювелирном деле гальванопластику. В последнее время появились археологические находки, свидетельствующие о возможности использования электричества еще в 3 тысячелетии до нашей эры! Однако реально эта сила природы была познана и освоена лишь в XIX веке!

Таким образом, между находками отдельных гениев и массовым внедрением в практику порой проходили тысячелетия.

Чтобы понять причины таких промедлений, обратимся к основным программным документам истории человечества, таким как «Бхагават-Гита», Талмуд, Библия, Коран, «Манифест коммунистической партии», «Протоколы сионских мудрецов», «Майн кампф», речи Ленина, Троцкого, Сталина, Мао Цзедуна, «Перестройка и новое мышление» Горбачева и т. д. Попробуем прочесть их непредвзято, не будем искать там ни высшей мудрости, ни сатанинской разрушительной силы. Будем помнить, что это исторические документы — не более и не менее того. И зададимся вопросом: почему именно эти документы (а не другие, подчас более интересные и талантливые) сыграли особую роль в истории человечества?

Практически ни в одном из этих источников мы не находим указаний на необходимость развития науки и технологии.

В некоторых программных документах (например, в трудах классиков марксизма) есть лишь абстрактные призывы трудиться без указания, на каких научных идеях этот труд будет базироваться. В некоторых источниках («Протоколы сионских мудрецов») есть прямые указания на необходимость дискредитации науки и образования.

В результате деятельности реакционных политиков во все исторические эпохи основная часть произведенного наукой не используется. Любой творческий человек может рассказать, как он создал нечто значительное, но не смог довести до завершения и внедрения. Любой ученый покажет труды, которые ему не удалось доложить и напечатать. Инженер покажет чертежи, не воплощенные в металл. Писатель — рукописи неизданных книг и т. д.

НТП, который все-таки непрерывно идет, основан на деятельности творческой части населения, в первую очередь ученых. Но из произведенного ими используется ничтожная часть. История имеет отнюдь не одно возможное направление, как ее ошибочно трактовали Г. В. Плеханов и классики марксизма. Наука формирует множество путей НТП. Из них выбирается лишь несколько, иногда — один.

Выбор осуществляют не ученые, а политики, которые не обладают знаниями и широтой мышления ученых. Поэтому выбор часто оказывается неудачным. Ошибки политиков могут обернуться массовыми трагедиями и очередным замедлением НТП.

Генеральная цель любой власти (см., например, четкие формулировки из «Бхагават-Гиты») — отнюдь не прогресс и, уж конечно, не благо народа.

Вспомним, как Кришна мобилизует своих сторонников на гражданскую войну, направленную на укрепление его единоличной власти на Индостане. «Не поддавайся унизительному малодушью. Вырви из сердца жалость и воспрянь, карающий врагов» («Бхагават-Гита», глава 2, текст 3). «Мудрые не скорбят ни о живых, ни о мертвых» (там же — 2, 11). «Не стоит горевать о живых существах» (2, 30) — и так далее.

Генеральная цель власти — самосохранение власти любой ценой. Наука и технология нужны лишь в той степени, в которой они содействуют сохранению и умножению властных привилегий. Обеспечить ускорение НТП относительно несложно. Достаточно передать часть властных полномочий и финансов представителям науки. Однако, просто так власть, привилегии и деньги никто добровольно у себя не отнимает. Сделать это правители могут только под страхом смерти или, что еще ужаснее, — потери власти. Ученый будет оставаться в нищете до тех пор, пока не превратится в инструмент укрепления власти правителя.

Относительно быстрое развитие человечества в XIX — первой половине XX века породило новые приоритеты в мировой схватке за власть. Победа оказалась невозможной без опоры на развитый военно-промышленный комплекс. А он, в свою очередь, не мог существовать без фундаментальной и прикладной науки. Сейчас ситуация изменилась. Борьба, в основном, опирается на финансовые и идеологические рычаги. Спрос на науку упал, на фальсификацию научных данных — вырос.