Глава 5. Ворона. Розовое бомбоубежище на Таганке

Глава 5. Ворона. Розовое бомбоубежище на Таганке

«Если потереться эбонитовой палочкой, получится электричество», – подумала Ворона. Когда ей в голову приходили подобные фразы, она почему-то сразу начинала думать о Рейдене.

Она знала, что сталкер даже имя себе давным-давно выбрал, потому что Рейденом звали повелителя молний в какой-то компьютерной игре. Ворона уже забыла, в какой, но точно какой-то известной.

Он окончил физфак МГУ, поэтому она просто не могла победить его на задании в родной альма-матер. Не то чтобы Ворона специально думала о том, чтобы проиграть. Но разбирая сейчас свои действия и поступки, она пришла к выводу, что инстинктивно взяла тогда в отряд Пароварку.

«Нехорошо, конечно, получилось. Я эгоистично выехала на ее унижении», – думала Ворона, но при этом улыбалась. – «Но зато как грамотно все вышло: игру затеяло сначала мое подсознание, поэтому я даже искренне была тогда расстроена в связи со своим поражением. Никто не догадался, как обстоят дела на самом деле».

Конечно, Ворона надумала все эти логичные объяснения только что. Пароварку она даже и не думала звать – ее без предупреждения привел с собой какой-то парень из отряда «Синяя буря» в надежде вечером затащить в общагу к друзьям. Так что никакой связи с Рейденом тут не было и впомине. Однако Ворона уже перекраивала свою историю.

Ей просто нравилось думать о Рейдене, ведь тогда внутри нее вырабатывалось электричество. Если бы Игорь сейчас подошел к ней, она бы непременно ударила его током. Но юноша не понимал всех этих перемен в ее настроении, он просто чувствовал, что что-то не так, и всеми силами пытался не допустить грядущей катастрофы.

– Ворона…

– Игорь, ну ни минуты покоя ты мне не даешь! Человеку иногда нужно одиночество.

– Ворона, просто, кажется, тут от Алика.

– Где? – Ворона со всех ног побежала из кухни, где пила чай, предаваясь мечтаниям, в их с Игорем комнату.

Он уже показывал ей свой телефон с треснутым экраном. Смс с незнакомого номера: «Домик для Барби продукт распада».

– Чертов Алик, никогда он не расставляет знаки препинания! Вечно у него «казнить нельзя помиловать», – бурчала взбудораженная и довольная Ворона.

Она так и вертелась – было очень заметно, что ей хочется скорее приступить к разрешению этой занимательной задачки.

– Как ты думаешь, Игорь, что бы это могло значить? – спросила Ворона и, не дожидаясь ответа, начала рассуждать сама. – Домик для Барби – это, может, какой-то салон красоты? Но какое отношение к сталкингу имеют педикюр, солярий и парикмахерские услуги?..

«Дальше в смс сказано о продуктах распада. – Ворона не заметила, как перестала бубнить и начала обдумывать задание про себя. – Может, имеются в виду какие-то отходы заведения такого рода – пустые пузырьки от лака для ногтей, сломанные расчески и использованные восковые полоски для эпиляции… О мусоре, что ли, своем родном и любимом говорит Алик? Нет, как-то не сходится. Забей-ка в поисковик эту фразу, как в прошлый раз, Игорь».

– Игорь!

– Да?

– Ну что я тебя зову, а ты не откликаешься?

– Ты не звала…

– Так, ну ладно. Забей-ка эту фразу в Google.

– Уже. Никаких намеков. Да я и не думаю, что Алик подбросит нам одно и то же решение два раза подряд.

– От Алика можно ждать, чего угодно. Но в данном случае я с тобой согласна. Надо думать дальше…

– Ворона, может, продукты распада как-то связаны с горением? А домик для Барби, не знаю, с обществом потребления. Что-то из области общества потребления сгорело, распалось, разложилось.

– Да… Может, и так. А может, и совершенно по-другому. Давай попробуем плясать от самых известных сталкерских объектов.

– Ворона, кажется, я понял…

– Розовый бомбарь! – закричали они хором, захохотали, положили руки друг другу на плечи – как дети – и начали прыгать по комнате.

– Стены там выкрашены в розовый цвет, так что это домик Барби. Ко всему прочему, над этим бомбоубежищем находится детский сад, а Барби – это ведь что-то из детства, – счастливая, завалившись в кресло, зачем-то судорожно объясняла Ворона то, что они с Игорем поняли одновременно.

– Да-да-да, а еще розовый бомбарь сообщается с другим бомбоубежищем – сгоревшим. Вот тебе и продукты распада. Ну, Алик, ну замутил, ну проглумился! – Игорь тоже был очень взбудоражен.

– Немедленно выезжаем! Причем вдвоем. Не будем собирать отряд – там тоже есть узкие ходы. Вдруг кто-то снова позовет Пароварку, – захохотала Ворона.

Вдруг выражение лица Вороны резко изменилось.

– А почему он прислал смс с заданием тебе, а не мне? – спросила она Игоря, а про себя подумала, вдруг Алик и с Рейденом поведет себя подобным образом. Что же это получается – у Рейдена есть девушка?

– Он же знает, что ты всегда со мной, – не без гордости ответил Игорь {7}.

– Хм, – буркнула Ворона и убрала мобильный телефон в карман.

– Кстати, фонарь что-то не работает, а налобник забыла, – обратилась она уже к Игорю.

– Ничего, обойдемся моим, – ответил тот.

Они выгрузились из метро «Таганская» и направились к набережной по улице Народная. В районе дома 15 завернули во внутренний двор и прошли несколько метров прямо вперед к гаражам.

Над добротными зелеными гаражами возвышалось что-то вроде печной трубы. В нее-то и нужно было забраться. Дотянуться до крыши гаража руками у Вороны не получалось, даже если она становилась на цыпочки – слишком высоко.

– Найди, что ли, какую-нибудь деревяшку, Игорь. Подставим, чтобы я могла залезть.

– Могу предложить тебе диван, Ворона. Вот, на помойку кто-то выбросил.

Действительно, прямо рядом с гаражом стояло несколько больших мусорных контейнеров, а к ним устало прислонился старый засаленный диван.

– Годится! Спрыгивать обратно буду как настоящая королева – на мягкое, прямо в ботинках.

– Угу. Или как мальчонка-индус в «Миллионере из трущоб» – в выгребную яму с дерьмом. Смотря, кем себя сегодня ощущаешь.

– И кем же ощущаешь себя ты?

– Я тоже хочу получить «Оскара».

– В виде выгребной ямы?

– В виде тебя, дура!

Она ничего не ответила. Просто подтащила диван поближе к гаражу и забралась на покатую зеленую крышу.

– А ведь кто-то действительно использует его по назначению – ставит внутрь машину, ну или, по крайней мере, хранит здесь какое-нибудь барахло, – сменила скользкую тему Ворона. – Интересно, хозяин гаража знает о том, сколько сталкеров прошлось по крыше его собственности?

Они нырнули в «трубу». Там была такая же металлическая лесенка, как и в кабельниках. Спустились вниз, под землю. Это не заняло много времени – бомбоубежище с выкрашенными в розовый цвет стенами было сравнительно неглубоким. Внизу валялся стандартный мусор: пустые пивные бутылки, пакетики от чипсов, бычки.

Затем Игорь и Ворона встали на четвереньки и проползли горизонтальным «коридором» несколько метров по песку и грязи. Игорь пропустил ее вперед. Во-первых, чтобы попялиться, а во-вторых, потому что только у него был налобный фонарь, и так светить было рациональнее.

Наконец, они оказались в помещении, где была навалена куча самых разных досок – обломков стульев, просто брусков, даже каких-то носилок. Эту комнату ребята прошли, особенно не оглядываясь, держась правой стены и стараясь не переломать ноги в этом бедламе. В дальнем правом углу была дверь, через которую можно было попасть в похожую комнату.

Это уже была самая настоящая гермодверь. Перешагнув через порог, Игорь и Ворона попали в розовый бомбарь. Место походило на какое-то давно опустевшее государственное учреждение поздней советской постройки. Выкрашенные грязно-розовой краской стены, дрянные конторские двери с не самыми удобными ручками.

Но в то же время здесь было на удивление чисто и аккуратно, даже без дежурных надписей на стенах. Унитаз в туалетной комнате в целости и сохранности, не расколот.

Игорь и Ворона побродили немного по хорошо знакомым им местным коридорам и комнатам со стеллажами для сна. Так, по-тюремному, планировалось размещение потенциальных счастливчиков, успевших добежать до спасительных стен. Сталкеры искали Алика или какой-нибудь знак от него.

– По-моему, нашел, – сказал Игорь, снимая со стены прикнопленный лист А4. Было явно, что он появился здесь совсем недавно – еще не успел покрыться пылью.

– Из домика Барби отправь смс, – прочитала Ворона. – Напиши со своего, у меня бабла нет, – попросила она.

– Пишу «продукты распада», ага? – уточнил Игорь.

– Отлично!.. Интересно, Рейден был уже здесь?

– Давай выбрасываться, Ворона. Здесь сеть не ловит.

Розовый бомбарь

Залаз: около дома 15 по улице Народная, во дворе, через крышу гаража. (Метро «Таганская» радиальная, выход в город на улицу Большие Каменщики, в переходе направо.)

Как проникнуть: сначала хорошо оглядитесь – район Таганки – это практически центр и довольно-таки людное место. Если опасности нет, подставьте что-нибудь, найденное поблизости, например на помойке, себе под ноги около гаража, затем опускайтесь в кирпичную «трубу» – внутри есть лесенка. Важное замечание: чтобы не привлекать внимания, налобные фонари включайте только тогда, когда будете уже внизу.

Иметь с собой: стандартный набор – паспорт, мобильный, деньги, налобник.

Главную опасность представляют: прямо рядом с залазом находится отделение милиции, поэтому, если вас спалят, далеко ходить не нужно будет. Место открытое, поэтому забрасываться очень и очень опасно. Будьте предельно осторожны. Следите также за окнами окружающих домов – оттуда вас тоже видно как на ладони.

Розовый бомбарь – бомбоубежище неподалеку от метро «Таганская», в котором стены выкрашены грязно-розовой краской. Не стоит путать его с рассекреченным недавно бункером ЗКП «Таганский» и переделанным в Музей Холодной войны, который находится неподалеку.

Последний сейчас выглядит гораздо более солидно, и, ко всему прочему, изначально был рассчитан на гораздо большее количество человек. На официальном сайте этого сооружения пишут, что проектирование объекта началось еще в 40-х годах. Бункер-42 – форпост в сердце столицы, который почти 30 лет нес круглосуточное дежурство, обеспечивая безопасность нашей страны в случае ядерного нападения.

Для несения боевого дежурства по обеспечению телефонной и телеграфной связи на объекте ежедневно работали от 100 до 600 человек. Общий штат занятых на объекте людей составлял более 2500 человек.

В 60-х годах Бункер-42 был полностью оснащен всем необходимым на случай ядерного удара. Запасы продуктов, топлива, системы регенерации и очистки воздуха, подачи питьевой воды могли обеспечить боевое дежурство личного состава на протяжении нескольких месяцев.

В конце 80-х ядерная напряженность постепенно стала ослабевать, и Бункер-42 утратил свое ключевое значение в обеспечении обороноспособности страны.

На протяжении нескольких лет без должного внимания объект постепенно терял свою мощь. До наших дней сохранились только массивные бронированные двери и стальная обшивка стен.

В 2006 году объект был выставлен на открытый аукцион и приобретен частной компанией, и только тогда начались работы по реставрации объекта.

Примерно такая же история и у Розового бомбаря, за исключением того, что о его существовании до сих пор практически никто не знает, и находится он сейчас в крайне плачевном состоянии.

В отличие от Бункера-42, здесь нет красивых освещенных пространств, только мрачный индустриальный стиль. Еще здесь не проводят экскурсий, банкетов и презентаций с распитием дорогого виски, зато пьют пиво кавеситы и урбаны.

Розовый бомбарь находится под детским садом. Он сообщается с другим бомбоубежищем, которое когда-то было сожжено, и по этой причине сейчас не очень интересует сталкеров.

Здесь есть подобие кроватей для укрывающихся и стулья, правда, в основном сломанные. На полах валяются какие-то доски всевозможного вида – носилки, сломанные столы. Разнообразные комнаты, в том числе уборные. И куча «наскальной» живописи от современных московских диггеров, пустых бутылок, пачек от сигарет и пакетиков от чипсов.

Что касается настоящего бомбоубежища вообще, то это «сын» газоубежища и «папа» убежища гражданской обороны.

«Дедули» появились в начале XX века и призваны были защищать мирных граждан, военнослужащих и даже животных от газовой атаки с применением отравляющих веществ в военное время. Они были созданы под впечатлением от газовых атак Первой мировой войны.

Существовали газоубежища разнообразных форм и конструкций: наземные, подземные, котлованные, войсковые в виде герметизированных деревоземляных сооружений и железобетонных ДОТов. Самое распространенное решение – обустройство газоубежища в готовых помещениях и чаще всего в подвалах путем их герметизации и заделки лишних входов и проемов. Простейшие газоубежища в жилых или общественных зданиях состояли из комнаты с заклеенными окнами, заделанными щелями и прорезиненной дверью. Наиболее развитые газоубежища, как более поздние защитные сооружения от оружия массового поражения, заглублялись под землю, имели прочную герметичную конструкцию, герметичные двери, тамбуры, запасной выход, фильтровентиляционные и кислородно-регенеративные установки.

В конце 1930-х годов с появлением мощной и многочисленной бомбардировочной авиации, увеличением массы и номенклатуры авиабомб, а также отходом химического оружия на второй план, газоубежище превратилось в бомбоубежище, где можно было спрятаться от бомб и снарядов распространенных калибров, в полной уверенности, что враги не смогут тебя отравить ипритом и прочими ядовитыми газами.

Бомбоубежища были широко распространены в период Второй мировой войны. Одним из самых известных считается «Фюрербункер», в котором провел последние месяцы Адольф Гитлер. Позднее, во времена холодной войны, в странах, втянутых в эскалацию конфликта, активно строились противоатомные бункеры, называемые по старинке бомбоубежищами.

После Второй мировой войны защитные сооружения вместо «бомбоубежищ» и «газоубежищ» стали называть просто убежищами и термин вышел из употребления.

Убежища обеспечивают защиту от действия ударной волны ядерного взрыва, светового излучения, проникающей радиации, излучения осадков на следе радиоактивного облака, отравляющих веществ и бактериальных средств. Они также защищают людей от возможного поражения при обрушении зданий над сооружением или вблизи него, воздействия высоких температур при пожаре и продуктов горения.

Защита от ударной волны и обломков разрушающихся зданий обеспечивается прочными ограждающими конструкциями – стены, перекрытия, защитно-герметические двери – и противовзрывными устройствами. Эти конструкции защищают также от воздействия проникающей радиации, светового излучения и высоких температур {8}.

В зависимости от места размещения, убежища подразделяются на встроенные и отдельно стоящие. Встроенные убежища оборудуются в подвалах зданий; это – наиболее распространенный тип.

Они могут быть размещены на всей площади подвала или занимать его часть, преимущественно центральную.

Одна из особенностей такого убежища – наличие аварийного выхода, куда должны бежать те счастливчики, кто избежал завала. Встроенные убежища обычно полностью заглубляют в грунт, что снижает действие скоростного напора ударной волны. Их проектируют и строят одновременно с основным зданием по принципу «два в одном», используя совместные стены, перекрытия и фундамент.

Отдельно стоящие убежища не имеют надстройки сверху и размещаются на территории предприятий, во дворах, парках, скверах и других местах, на некотором расстоянии от зданий. Так в случае взрыва можно избежать завала.

От действия ударной волны здание может разрушиться, в результате чего окажутся заваленными входы в убежище, расположенные в лестничной клетке. Характер завала зависит от величины избыточного давления ударной волны, высоты здания и его конструктивных особенностей – материала стен и перекрытия, конструктивной схемы, а также от плотности окружающей застройки. С увеличением давления разлет обломков здания будет увеличиваться, создавая сплошные завалы улиц и проездов. При этом высота завала будет уменьшаться.

Для того чтобы эвакуироваться из заваленного сооружения, устраивают аварийный выход в виде заглубленной галереи, заканчивающейся шахтой с оголовком. В отдельно стоящих убежищах, размещенных вне зоны завалов, аварийный выход не предусматривается.

Многие убежища строят с учетом возможности использования в мирное время для различных культурно-бытовых и производственных целей. Ими в случае войны могут стать вспомогательные помещения предприятий, гаражи, предприятия торговли и общепита, пешеходные переходы, мастерские. Поэтому при проектировании учитывают не только особенности использования сооружений в мирное время, но и специальные требования защиты.

Устройство убежища и его внутреннее оборудование во многом зависят от вместимости, то есть максимального количества людей, которое можно в нем укрыть.

Вместимость убежища определяется исходя из нормы: не менее 0,5 м2 площади на человека (чуть больше стандартного соснового гроба, но и на том спасибо). В состав помещений также входят: фильтровентиляционная камера, дизель-генератор, санитарный узел, тамбур и предтамбур.

Убежища большой вместимости имеют более сложную систему фильтро-вентиляции и прочих наворотов по сравнению с малыми сооружениями. Сложность внутреннего оборудования и инженерных сетей, оснащенность агрегатами, механизмами, приборами зависит от назначения и характера использования в мирное время.

В сооружениях большой вместимости, кроме того, могут быть медицинская комната и кладовая продуктов. Для баков с водой и тары для мусора места выделяются отдельно, как и для артезианской скважины, дизеля или аккумуляторной электростанции.

Такое сооружение обязательно должно иметь план, принципиальные схемы расположения инженерно-технических систем, инструкции по их эксплуатации, паспорт убежища, а также журнал укрытий и убежищ.

Следует иметь в виду, что строительство убежищ началось еще до Второй мировой войны. Естественно, с того времени требования к ним неоднократно изменялись. Поэтому в реальном исполнении можно встретить самые различные варианты как по планировке и конструктиву, так и по внутреннему оснащению.

Планировка и состав помещений в убежище зависят от его вместимости, конструктивных особенностей, характера использования в мирное время и других причин. Отсеки, где размещаются собственно люди, считаются главными.

В убежище должны быть места для сидения на 80 %, для лежания на 20 % укрываемых. Между сиденьями ширина проходов составляет не менее 0,85 м.

При проектировании и строительстве стремятся к тому, чтобы фильтровентиляционная камера, санузлы и другие вспомогательные помещения занимали минимальную площадь, следовательно, почитать спокойно на унитазе газету вряд ли удастся.

Их размеры диктуются габаритами оборудования, удобством его монтажа и эксплуатации, а также степенью суровости проектантов.

Медицинская комната размещается в самой чистой и тихой части, подальше от венткамеры, дизельной и санузлов.

Санузлы и их запахи стараются удалить от жилых отсеков. Входы в них должны быть через умывальную комнату.

Дизельная электростанция обычно размещается в зоне защиты, она имеет вход из убежища через тамбур с двумя герметическими дверями.

Заполнение убежища производится через входы, количество и ширина которых зависят от вместимости убежища, его удаления от мест пребывания людей.

У входа должен быть тамбур, обеспечивающий шлюзование, то есть вход в сооружение без нарушения его защиты от ударной волны. Тамбуром называется помещение, заключенное между дверями – защитно-герметической и герметической. Помещение перед защитно-герметической дверью называют предтамбуром.

На случай эвакуации укрываемых при разрушении наземной части здания во встроенных убежищах предусматривается аварийный выход в виде подземной галереи с прочным оголовком, вынесенным за зону возможного завала.

Один из решающих факторов защиты – время заполнения убежища паникующей толпой по сигналу «Воздушная тревога». Чтобы максимально сократить это время, предусматривается не менее двух входов. При их проектировании учитывается необходимость защиты от действия ядерного взрыва и пропуска расчетного числа людей в минимальное время. Если вы не попали в эти расчеты – молитесь всем известным богам.

Для защиты от действия ударной волны во входах устанавливаются прочные металлические защитно-герметические двери. Конструкция входа рассчитывается на нагрузку, превышающую в полтора-два раза нормативную для всего сооружения. Это не случайно: входы – самое уязвимое место убежища: ударная волна, проникая через лестничные клетки, коридоры и другим путем, многократно отражается и уплотняется, увеличивая и без того сильное избыточное давление.

Защита от проникающей радиации и радиоактивного заражения обеспечивается устройством одного-двух поворотов на 90°, что значительно ослабляет радиацию.

Широкие входы и удобное их расположение вблизи людских потоков обеспечивают быстрое заполнение убежища. Однако сложившаяся обстановка может вынудить закрыть сооружение еще до того, как в него войдет расчетное число людей. Опять же уместно вспомнить о богах, если вы остались снаружи, или поискать укрытие самостоятельно. Да помогут вам в этом Иисус, Будда и Аллах…

Для обеспечения непрерывного заполнения убежища и одновременной защиты от проникновения ударной волны устраивают входы специальной конструкции, например, с тремя параллельными тамбурами. Чередуя последовательно заполнение и разгрузку тамбуров, возможно обеспечить почти непрерывное заполнение убежища счастливчиками, не нарушая его защиты.

Значительно проще, но и менее эффективны в смысле пропускной способности тамбуры с тремя последовательно установленными дверьми. В такое убежище также можно войти, поочередно закрывая и открывая двери, но только поодиночке или небольшими группами людей.

К входу в убежище обычно ведет лестничный спуск или наклонная площадка – пандус. Ширина лестничных маршей и коридоров должна быть в 1,5 раза больше ширины дверного проема. Чтобы предотвратить завал наружной двери, перекрытие перед входом – предтамбур – усиливается на возможную тяжесть от обрушения основного здания.

В тамбуре устанавливаются две двери: защитно-герметическая, которая открывается наружу, и герметическая. Размеры тамбуров определяются с таким расчетом, чтобы при открытых дверях пропускная способность входов не снижалась.

Отсеки оборудуют скамейками для сидения и двухъярусными полками – нарами – для лежания.

Убежище должно быть оснащено необходимым имуществом и инвентарем, включая шанцевый инструмент и средства аварийного освещения.

Конструкция убежищ

Основное назначение конструкций убежищ (в них входят перекрытия, стены, полы, ворота, двери и ставни) в том, чтобы выдерживать избыточное давление ударной волны, обеспечивать защиту от светового излучения, проникающей радиации, высоких температур при пожарах и препятствовать прониканию внутрь всякой радиоактивной, химической и бактериологической дряни. Одновременно с этим, как и в любом жилом доме, ограждающие конструкции должны обеспечивать поддержание внутри помещения нормального температурно-влажностного режима в период эксплуатации, не допускать промерзания стен и перекрытий зимой или перегрева в летних условиях и защищать сооружение от поверхностных и грунтовых вод.

Герметичность ограждающих конструкций зависит от плотности применяемых материалов и тщательной заделки мест примыканий.

Убежища обычно возводятся из сборно-монолитного или монолитного железобетона, а в ряде случаев – из кирпича и других каменных материалов. Выбор материала и конструктивной схемы зависит от требуемой степени защиты, местных возможностей и экономической целесообразности – попросту говоря, от наличия денег у местных властей.

Во встроенных убежищах наиболее распространена конструкция стен и перекрытий смешанного типа. Стены выполняют из кирпича, бетонных блоков, реже из сборных железобетонных элементов. Для увеличения несущей способности стены могут иметь горизонтальное и вертикальное армирование. Перекрытия бывают чаще всего из сборных железобетонных плит, поверх которых укладывают слой монолитного железобетона, усиливающий несущую способность перекрытий и задерживающий проникающую радиацию.

Ограждающие конструкции отдельно стоящих убежищ часто выполняют из монолитного железобетона. Подобные конструкции рамного или коробчатого типа более экономичны при высокой степени защиты.

Стены и полы встроенных убежищ должны иметь надежную гидроизоляцию от грунтовых и поверхностных вод. В отдельно стоящих убежищах, как и в обычных домах, выполняется гидроизоляция поверх перекрытия и организованный водоотвод.

Пожары, которые могут возникнуть в очаге ядерного поражения, смертельно опасны для спасшихся людей. В убежищах могут значительно повыситься температура и концентрации угарного газа, уменьшиться содержание кислорода.

Результаты исследований показывают, что непосредственно в зоне пожаров зданий температура может достигать 300–1000°С. Если не принять меры, при массовых пожарах ограждающие конструкции перегреются, превратив внутренние помещения в печь с человеческой начинкой. Поэтому при проектировании, строительстве и дооборудовании убежищ в первую очередь думают о теплозащите.

Защита убежища от прогрева достигается прежде всего солидной толщиной его ограждающих конструкций из несгораемых материалов – бетона, железобетона, кирпича. При необходимости на перекрытия дополнительно укладывают слой теплоизоляции из асбестовых плит, шлака, шлакобетона или керамзита.

Но наиболее важной и ответственной задачей, как ни крути, является обеспечение людей необходимым количеством воздуха, пригодного для дыхания. Испортить его стараются все: ядерное заражение, наземные пожары, а также сами люди, упрятанные в герметичные убежища-гробы.

Система вентиляции и очистки воздуха

Для защиты от отравляющих веществ, смертельных бактерий и радиоактивной пыли сооружение герметизируют и оснащают фильтровентиляционной установкой. Она очищает наружный воздух, распределяет его по отсекам и создает в убежище избыточное давление. Давление не дает зараженному воздуху проникнуть внутрь помещения через мельчайшие трещины в стенах и переморить всех сидельцев.

Иногда для этого применяют баллоны, заранее установленные в убежище. Но на длительные периоды времени и большие объемы помещений никаких баллонов не напасешься, поэтому такой способ не получил широкого распространения. Более экономично создание подпора за счет подачи наружного воздуха с предварительной его очисткой от вредных примесей и охлаждением в специальных фильтрах, состоящих из гопкалитовых кассет, где дожигают окиси углерода.

Затем воздух остывает в воздухоохладителе. Он состоит обычно из системы трубок, по которым циркулирует холодная вода. Проходя через воздухоохладитель, горячий воздух отдает тепло холодной воде, как в кондиционерах. Водяные воздухоохладители устанавливаются в убежищах, где имеется артезианская скважина, откуда можно получать достаточно холодную воду.

При отсутствии артезианской скважины может быть устроен воздухоохладитель в виде теплообменников из гравия, щебня, крупного песка. Здесь охлаждение воздуха происходит за счет поглощения тепла массой заполнителя.

После очистки и охлаждения воздух нагнетается в убежище вентиляторами.

В связи с тем, что при пожаре на поверхности в убежище подается ограниченное количество воздуха, применяются средства регенерации воздуха с устрашающими названиями: регенеративные патроны с кислородными баллонами или регенеративные установки другого типа.

Количество воздуха, необходимого для подачи в убежище, считают по допустимым нормам тепловлажностного режима и газового состава. Известно, что во время длительного пребывания людей в герметичном помещении содержание кислорода в воздухе уменьшается, а углекислоты увеличивается. При этом повышаются температура и влажность воздуха.

Системы воздухоснабжения, как правило, работают по двум режимам: чистой вентиляции и фильтровентиляции. Если убежище расположено в пожароопасном районе, дополнительно предусматривают регенерацию внутреннего воздуха.

В режиме чистой вентиляции наружный воздух очищается только от радиоактивной пыли. При режиме фильтровентиляции его дополнительно пропускают через фильтры-поглотители, где он очищается от отравляющих веществ и бактерий. Фильтры-поглотители имеют значительное аэродинамическое сопротивление, что затрудняет подачу большего количества воздуха. Поэтому в режиме фильтро-вентиляции подача воздуха сокращается, обеспечивая поддержание предельно допустимого газового состава.

Забор воздуха в убежище производится по одному из двух воздухозаборных каналов, то есть для каждого режима – чистой вентиляции и фильтровентиляции – предусматривается отдельный воздухозабор.

Но одной очисткой воздуха никак не обойдешься. Требуется обеспечить возможность длительного пребывания людей в убежищах – до прекращения пожаров или спада уровней радиации. Для этого сооружения, помимо фильтро-вентиляции, должны иметь надежное электропитание, водопровод, канализацию, отопление, а также запасы воды и продовольствия. Одним словом, человек может томиться в этих просторных гробах очень долго, вплоть до своего повторного воскрешения. Самые главные и жизнеопределяющие системы перечислены ниже.

Противовзрывные устройства предназначены для защиты от затекания ударной волны внутрь убежища, что может привести к разрушению вентиляционных систем и поражению людей.

Одним из остроумных видов противовзрывных устройств служит клапан-отсекатель. Он сделан из небольшого отрезка трубы с раструбом и прочного диска-поплавка, который может перемещаться только по вертикальной оси. Под действием ударной волны диск поднимается вверх, закрывает входное отверстие и тем самым отсекает ее. Клапаны-отсекатели чаще всего монтируют в оголовке аварийного выхода. Кроме них, могут быть установлены противовзрывные устройства пластинчатого типа. Они представляют собой прочную металлическую решетку, к которой шарнирами крепятся жалюзийные металлические пластины. Под действием избыточного давления ударной волны пластины плотно прилегают к решетке, препятствуя тем самым прониканию ударной волны. После спада избыточного давления они под действием пружины возвращаются в первоначальное положение.

Раньше в качестве противовзрывного устройства использовали гравийные волногасители – дешево и сердито. Волногаситель представлял собой слой гравия толщиной 80 см, находящийся в специальной камере на прочной металлической или железобетонной решетке. Нижний слой – 10–20 см – имел более крупные фракции, чем остальная масса.

Водоснабжение и канализация убежищ связаны с городскими сетями. Однако на случай их разрушения ядерным взрывом в убежище должны держать аварийные запасы воды и независимые приемники фекальных вод (грубо говоря – говнобаки).

Минимальная питьевая пайка на человека определена в 6 литров, и 4 литра – для санитарно-гигиенических потребностей на весь срок пребывания. Негусто, верно? В убежищах вместимостью 600 человек и более можно выпить еще дополнительно 4,5 м? воды, припасенной для тушения пожаров.

Санузел в убежище устраивается раздельным для мужчин и женщин. Смыв происходит в существующую канализационную сеть. Кроме того, создаются аварийные емкости для сбора нечистот с романтическим названием «люфт-клозеты».

Проблема отдельно стоящих убежищ заключается в их заглублении на три метра и более, вследствие чего фекальные воды часто не могут быть отведены самотеком в существующую канализационную сеть, залегающую на глубине 1,5–2 м. В таких случаях предусматривают станции перекачки. Они могут быть устроены как внутри, так и за пределами убежища.

Электроснабжение осуществляется от внешней сети города или объекта и при необходимости – от собственного дизеля. Без электричества нет жизни на поверхности земли, а уж под ней – тем более. Оно необходимо для питания всех внутренних систем и оборудования, начиная с воздухоснабжения и заканчивая артезианскими скважинами.

На случай прекращения электроснабжения от внешней сети в убежищах предусматривается аварийное освещение от переносных электрических фонарей, батарей и даже экзотических велогенераторов. Пользоваться свечами и керосиновыми фонарями можно в ограниченных размерах и только при условии хорошей вентиляции.

Дизельная электростанция, если она не работает и по каким-либо причинам не может содержаться в мирное время в состоянии постоянной готовности, должна быть поставлена на длительную консервацию и закрыта. В этом случае также обязательны периодические проверки сохранности, обычно констатирующие отсутствие таковой по причине банальной кражи. В этом смысле Россия подземная ничем не отличается от своей надземной половины.

Запас топлива, необходимый для работы дизеля в течение заданного времени и для контрольной проверки, хранится в топливном баке. Бак оборудуется фильтром для очистки топлива, указателем уровня и устройствами для заливки и перекачки топлива из основных емкостей – это бочки, цистерны. К дизелю топливо обычно подается самотеком. Аналогичные баки предусматриваются и для хранения масла.

Система отопления в виде радиаторов или гладких труб, проложенных вдоль наружных стен и подсоединенных к сети отопления здания, обеспечивает относительно сносную температуру и умеренную влажность.

В холодное время года расплывчатый термин «сносная» означает 10°C, если по условиям эксплуатации в мирное время не требуется более высоких температур.

Система обычно запитывается от теплоцентрали. Для регулирования температуры и отключения отопления устанавливается запорная арматура.

При невозможности подключения к домовой или ближайшей теплосети ставятся местные отопительные установки.

Если артезианской скважины нет, охлаждение производится по водовоздушно-радиаторной схеме. В этом случае вода внутреннего контура проходит через радиатор и здесь охлаждается воздухом, продуваемым вентилятором.

В случае пожара в дизельную может поступать горячий и задымленный воздух, что затруднит процесс охлаждения. Мудрые конструкторы предусмотрели охлаждение воздуха, подаваемого с поверхности. Если есть артезианская скважина, в дело вступает одно– или двухступенчатый охладитель. Если таковой нет, для охлаждения можно использовать гравийный теплоемкий фильтр, что опять-таки дешево и сердито.

И наконец, в каждом убежище обязательно предусматривается установка радиотрансляционной точки и телефона.

Остается лишь констатировать отсутствие в убежище безлимитного Интернета, что делает пребывание в нем абсолютно бессмысленным и невыносимым. Проектантам есть над чем подумать!

По пути к метро они встретили Рейдена.

– Мы снова тебя опередили, – с ухмылкой сказала ему Ворона.

– Зато тебя увидел, – ответил он.

Ворона только посмотрела на него своими большими серо-зелеными глазами, пытаясь понять, есть ли сарказм в словах Рейдена. Опомнилась она уже у входа в метро, куда ее притащил за руку взбешенный одним только видом соперника Игорь.

Рейден тем временем все-таки забрасывался в бомбоубежище, коли уж разгадал ребус Алика и приехал.

«Думала, не прощу его никогда, – размышляла Ворона, стоя на перроне вместе с Игорем. – А стоило ему улыбнуться мне краешком рта только, одно словечко доброе замолвить, и я уже счастлива, и уже надеюсь – какая там обида! Ведь стоит ему пальчиком меня поманить, и я побегу как собачонка. Я уже сейчас это знаю.

Он ведь, может, сказал и забыл через минуту. А для меня это как в кино момент, когда вдруг начинает литься романтичная музыка из ниоткуда, и слякоть вдруг превращается в красивый белый снежок, и преображается вообще весь мир».

«Проклятый спелеолог, – Игорь тоже думал о своем. – Ведь когда-то этот чертов Рейден был просто спелеологом – лазал по Сьянским пещерам и был себе счастлив. Связался зачем-то с диггерами и полез под землю, мало, что ли, пещер в мире. Потом объединил оба направления в списке интересов и добавил еще наземные объекты. Смотрите-ка, наш пещерный троглодит Рейден превратился в крутого сталкера! Еще бы в руферы заделался, лазил, сволочь, по крышам в поисках романтики закатов, пока не загремел бы с девятого этажа. Откуда только, мля, повылазили эти выскочки, изо всех щелей, как вурдалаки? Скоро на улице плюнуть будет некуда – обязательно попадешь или в кавеса, или в урбана. И черт бы с ними со всеми, но когда кто-то начинает клеить твою подругу при тебе же… – Тут его лицо буквально исказилось от злобы. Хорошо, Ворона не заметила. – Вообще-то, я сейчас спасовал, показал себя глупым малолеткой. Надо было молча подойти и ударить в торец, показать, кто хозяин на территории. Сейчас, конечно, уже поздно о чем-то говорить, но в следующий раз одному из нас придется поваляться на земле с разбитым фэйсом, и это буду точно не я. Да кто он вообще такой! Недоделанный сталкер, дрыщ-маломерка. Счет 2:1 в нашу пользу, и в споре за Ворону пока веду я. Определенно – я».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.