Новый курс

Новый курс

10 января 1980 года состоялся пленум ЦК НДПА, объявивший состав руководящих органов республики. Новое правительство возглавил Б. Кармаль,[4] который стал также Генеральным секретарем ЦК НДПА и председателем Революционого совета. По существу, власть в стране и партии от одного крыла НДПА («Хальк») перешла к другому («Парчам»). Халькисты, которые фактически делали революцию, стали оттесняться с государственных и партийных постов.

События 27 декабря 1979 года — свержение аминовского правления и приход к власти сил во главе с Б. Кармалем — получили название второго этапа Апрельской революции.

Первые шаги обновленного руководства давали надежду на то, что оно будет конструктивно решать стоящие перед страной проблемы. Действительно, были приняты меры по ликвидации последствий террора и репрессий (освобождено 15 тысяч человек, возвращено имущество тем, кто его утратил в результате незаконной конфискации). Крестьянам предоставили семена и удобрения, выделили дополнительные кредиты на приобретение сельхозтехники и инвентаря. На одну треть подняли закупочные цены на сельхозпродукцию. Стали укрепляться отношения правительства с национальными предпринимателями. В их руки возвратили торговлю рядом потребительских товаров. Были снижены таможенные тарифы, поощрялись частные капиталовложения в промышленное производство.

В принятых НДПА «Тезисах ЦК НДПА ко второй годовщине Апрельской революции» и «Основных принципах Демократической Республики Афганистан» подтверждался курс на ликвидацию полуфеодальных пережитков в деревне, на проведение демократических аграрных преобразований, в первую очередь земельной реформы.

Через некоторое время Политбюро ЦК НДПА и Совет Министров ДРА приняли также постановление «О земельной реформе в Демократической Республике Афганистан», где подтверждалось право крестьян на землю. Предусматривалось подготовить новые законодательные документы «О воде», «Об использовании воды в сельском хозяйстве», положения, регулирующие арендные отношения, и закон «О кооперации».

Б. Кармаль обещал разрешить деятельность «прогрессивных патриотических партий», а также опираться на Национальный Отечественный фронт (НОФ), «объединяющий рабочих, крестьян, ремесленников, кочевников, интеллигенцию, женщин, молодежь, представителей всех национальностей и племен, все прогрессивные и патриотические силы и общественно-политические организации страны под руководством НДПА на общей платформе строительства нового, демократического общества».

Это было бы хорошей возможностью для расширения социальной базы режима. Однако афганское руководство не пошло дальше того, что уже делалось раньше. По сути, оно отказалось от союза с другими политическими силами. В состав созданного НОФ вошли все те общественные организации, которые находились под абсолютным контролем НДПА, — профсоюзы Демократическая организация молодежи Афганистана (ДОМА), Демократическая организация женщин Афганистана (ДОЖА), кооперативы творческие союзы интеллигенции, а также представители различных социальных слоев, уже подключенные в политическую систему через те или иные государственные органы.

Однако и данный этап революции ознаменовался внутрипартийными разногласиями. На этот раз главным их источником явились действия парчамистов, поставивших перед собой задачу изгнать из партгосаппарата не только сторонников Амина, но и всех халькистов, и добиться абсолютного превосходства в партийных и государственных органах власти.

При этом парчамистские руководители стали решительно отмежевываться от событий первого этапа революции. Период до 27 декабря 1979 года называли «черным этапом ошибок и извращений», что бросало тень на всю партию.

Приход к власти Б. Кармаля привел к значительным перемещениям кадров государственных служащих в верхнем, среднем и низшем звеньях управления в связи с удалением из госаппарата сторонников Амина. Решением Чрезвычайного революционного суда некоторые министры и ответственные работники НДПА — ярые сторонники Амина — были казнены. Начались неоправданные вытеснения с ответственных административных постов уцелевших халькистов. Около 100 руководящих деятелей партийно-государственного аппарата, включая нескольких министров (в том числе известных халькистских лидеров), были арестованы и длительное время находились в тюрьме. Другие содержались под домашним арестом или оказались не у дел.

Развитие событий в партии и Афганском государстве обеспокоило ЦК КПСС. Руководство КПСС через партийных советников, других советских представителей, а также в ходе личных встреч с Б. Кармалем приложило максимум усилий для того, чтобы ликвидировать фракционные устремления новых лидеров НДПА. В январе 1980 года этому вопросу было посвящено специальное обращение ЦК КПСС.

Под нашим влиянием внутрипартийные разногласия «уменьшились» и стали проявляться в завуалированной форме только при кадровых изменениях. До конца изжить эти разногласия фактически не удалось.

Ввод советских войск в Афганистан, как быстро выяснилось, не привел к спаду вооруженного сопротивления оппозиции правящему демократическому режиму, на что надеялось наше руководство. Оказывая военную помощь афганской революции, советское руководство переоценило возможное влияние самого фактора ввода в ДРА Ограниченного контингента советских войск (ОКСВ). Оно недостаточно учло и тот факт, что в результате многовековой борьбы с различными завоевателями в сознании каждого афганца прочно утвердилось представление, что иностранные войска, вошедшие в страну, пускай даже с самыми благими намерениями, — это иноземные оккупанты, с которыми надо сражаться. Для этого традиционно все племена имели самостоятельную четкую военную организацию на принципах родоплеменной самообороны. Ополченцы («лашкара») образовывали отряды численностью от десятка до нескольких тысяч человек. Создавались также и межплеменные формирования, в которых использовались самые опытные, сильные и смелые воины. Нередко они действовали как наемники. Именно эти отряды племен стали ядром вооруженных формирований внутренней оппозиции в борьбе с регулярными частями советских и афганских войск. Деятельность душманов щедро оплачивалась зарубежными покровителями, которые снабжали их всем необходимым.

В связи с экстренным доукомплектованием частей и соединений за счет республик Средней Азии первоначально в составе советских войск, введенных в Афганистан, был большой процент военнослужащих узбеков, таджиков, туркменов. На первый взгляд воины данных национальностей должны были найти большее понимание у родственных народностей Афганистана. Однако на деле это имело обратный эффект. Пуштунские племена, ставшие основой мятежного движения, исторически враждовали с национальными меньшинствами севера в своей собственной стране. Появление же в Афганистане иностранных представителей этих национальностей явилось только дополнительным фактором возбуждения их шовинизма.

С вводом советских войск в Афганистан главным объединяющим идеологическим и политическим лозунгом антиправительственных сил стал призыв к священной войне «джихад» с неверными. Следует признать, что этот призыв нашел понимание многочисленной части афганского населения, чему способствовала деятельность исламских авторитетов, направленная на придание этому лозунгу патриотического, религиозного и в известном смысле социально-классового звучания.