ЕВРЕИ СИБИРИ

ЕВРЕИ СИБИРИ

Первые евреи попали в Сибирь из России, скорее всего, в семнадцатом веке. В 1632-34 годах Россия воевала с Польшей и угоняла в плен жителей городов и деревень - поляков, немцев, литовцев и евреев. В Москве пленных опасались оставлять, чтобы они не выведали каких-либо секретов, и потому их ссылали в Пермь и в Сибирь - "в службу" и "на пашню". После войны, по мирному договору с Польшей, "литовские и немецкие люди и жиды" могли при желании остаться на "государевой службе" в России, но могли вернуться на родину, и царь Михаил Федорович обещал их "всех отпускать без зацепки". Известно, что некоторые из пленников остались в Сибири: одни из них перешли в православие и "поженились на русских девках и жонках", другие сохранили прежнюю свою веру, - возможно, среди оставшихся оказались и евреи.

В царствование Алексея Михайловича снова была война с Польшей, и много евреев - мужчин, женщин и детей угнали в Россию вместе с прочими пленниками. Некоторые из них оказались в Москве, и в 1659 году их обнаружили при облаве в Немецкой слободе. Они сохраняли свою веру и жили в столице без разрешения, потому что в Москве могли тогда поселяться только крещеные евреи. Под угрозой высылки несколько евреев приняли лютеранство и остались в Немецкой слободе, но остальные пожелали сохранить свою веру, и их отправили в Сибирь, с женами и детьми - "на вечное житье". Кое-кто из сосланных снова пытался пробраться в столицу, но особым царским указом велено было их заново "сослать с Москвы в Сибирь".

В начале восемнадцатого века правительство стало ссылать в Сибирь, на Нерчинский, Ачинский и другие рудники осужденных на смерть или приговоренных к вечной каторге - "для извлечения из руд металлов". Изредка туда попадали и евреи, а их потомки оставались затем в тех местах, занимались торговлей, ремеслами или земледелием и долго еще помнили о своих предках-каторжанах. После разделов Польши новые подданные Российской империи ездили торговать во внутренние губернии и, очевидно, в Сибирь, но в 1791 году им очертили границу их проживания и передвижения. Сибирь не попала в черту оседлости, и теперь уже евреи могли оказаться там только в качестве ссыльных, каторжан, незаконно проживавших или поселившихся по особому разрешению. В начале девятнадцатого века евреи жили уже в Томске, Омске, Каинске, Нижнеудинске и в других городах Сибири. В Тобольске у еврейской общины было погребальное братство с книгой записей, отдельное кладбище и своя молельня, перестроенная из купленного дома. В дневнике графа М.Сперанского есть пометка за 1820 год: "Каинск - маленький городок, ныне только в план приведенный. Множество жидов и цыган". Каннские евреи - около ста человек - молились в собственной молельне, погребали умерших на своем кладбище, и, благодаря еврейским купцам, Каинск стал главным перевалочным пунктом отправляемого за границу пушного товара.

Многие ссыльные евреи были холостые, но им не разрешали жениться на русских женщинах без принятия православия. Девушек-евреек в сибирских городах было очень мало, и особые сваты специально ездили в черту оседлости и привозили оттуда невест. За них уплачивали свату огромные деньги, иногда до двухсот рублей и более - в зависимости от наружности невесты. В отчаянии каинские евреи стали просить, чтобы и им - по примеру прочих сибиряков - разрешили покупать привозимых из-за границы калмычек и жениться на них по еврейскому закону. Сибирские власти дали лестный отзыв о трудолюбии и безукоризненном образе жизни местных евреев, которые не желают жениться "на девках другого закона" и потому "претерпевают всегдашние нужды в хозяйственном устройстве и истомление жизни от безнадежности иметь когда-либо жену". И тогда в Петербурге постановили: "Евреи могут покупать или выменивать приводимых из-за границы женщин калмыцкого рода нехристианской веры и, обращая их в еврейский закон, сочетаться с ними браком". Перешедшие в еврейство жены-калмычки соблюдали законы еврейской веры, ходили в синагогу и мало чем отличались от прочих евреек.

Изредка попадали в Сибирь и вольные, "полезные для края" евреи и оставались там навсегда со своим потомством. Чаще всего это были винокуры, "известные опытностью своею и отличным искусством в винокурении", потому что местные мастера не владели секретами производства и их надо было еще обучить. Известен случай, когда лично Николай I - "в уважение к крайней необходимости" - разрешил винокурам Давыдовым поселиться на Иркутских заводах, но повелел взять с них подписку, что они "никого не склонят в еврейскую веру". А некий купец Моисей Прейсман, который прожил в Сибири без разрешения почти сорок лет, в виде исключения - "как полезнейший человек для края" - получил право "остаться и впредь на жительство в Сибири". Правда для этого ему пришлось пожертвовать в Нижнеудинске большую сумму для местного собора, "храм, колокольню и крыльцо он покрыл листовым железом, а кровлю окрасил зеленою краскою на масле, каковое пожертвование стоило ему, Прейсману, десять тысяч рублей ассигнациями".

При Николае I в Сибирь стали посылать еврейских солдат и кантонистов. Со временем они обзаводились семьями, образовывали в городах еврейские общины и строили солдатские синагоги. В 1835 году власти выделили земли в Тобольской губернии и за Омском для расселения на пустующих окраинах России евреев-земледельцев. Намерения властей были поначалу самыми наилучшими: предполагали выстроить к прибытию поселенцев "избы из казенного леса", выделить по пятнадцати десятин "удобной земли на каждую душу мужского пола и снабдить каждое семейство за счет казны земледельческими орудиями, рабочим скотом и прочими необходимыми домашними вещами". Но вскоре в Петербурге спохватились и постановили: поселение евреев в Сибири "решительно и навсегда прекратить". Лишь небольшое количество переселенцев из черты оседлости успело поселиться на отведенных землях, где они образовали свои поселки и занимались хлебопашеством. Потомки этих колонистов расселились затем по всей Сибири и с гордостью подчеркивали свое происхождение: "Мы не ссыльные, - говорили они, - не "ноздреванные" какие-нибудь, мы вольные". В начале двадцатого века исследователь писал о них: "Еще в настоящее время можно встретить во многих селах Сибири старый тип еврея-земледельца - широкоплечего и высокого, коренастого, с загорелым лицом, одетого в русскую поддевку и говорящего чистым русским языком с сибирским акцентом. Многие из них и по сей день принимают близкое участие в делах схода, выбираются в сотники, сельские писари и старосты".

При Александре II некоторые категории евреев получили право селиться во внутренних губерниях России, в том числе и в Сибири. Они торговали там хлебом, ввозили скот из Монголии, снабжали необходимыми припасами районы приисков, занимались ремеслами, работали артелями по погрузке пароходов и железнодорожных вагонов, проникали в самые отдаленные места Сибири со своими товарами и во многом способствовали развитию малонаселенного края. Даже самый предвзятый исследователь признавал, что "для Сибири еврей пригоден и полезен", он "делается образцом и примером для неподвижного сибиряка-горожанина, которому есть чему у него поучиться", и он превращает каждый городок Сибири в торговый или промышленный центр.

Практически евреи не конкурировали тогда с местным населением, потому что всем хватало места и работы. Современник писал: "Коренное население, не знавшее ни дворянства, ни крепостничества, - народ смелый, здравомыслящий и честный. С евреем сибиряк живет в ладу; ни он, ни начальство не знают о существующих для евреев особенных законах… Но вот приехал вновь назначенный генерал-губернатор Восточной Сибири. В одном большом селе, где его встретили хлебом-солью, он заметил в толпе и еврейские лица, и спросил депутацию: "Что, жиды, небось, здорово вас обирают?" Когда сельчане ответили ему: "Нет, ваше высокопревосходительство, они народ хороший", - он сказал: "Ну, стало быть, вы их не знаете". Дав такой бесплатный урок местным жителям, администратор необъятного края вскоре развернул широкую деятельность по утеснению евреев".

С 1898 года право повсеместного жительства для привилегированных групп евреев перестало распространяться на Сибирь. В указе было записано: "Евреям приезд и водворение в Сибири воспрещается", и с этого момента они могли попасть туда лишь с разрешения местных властей. Многие рвались в Сибирь за куском хлеба, от скученности и голода черты оседлости, но их перехватывали по дороге, не разрешали оставаться даже на самое короткое время и немедленно высылали обратно. По всей Сибири установили особые кордоны на границах губерний, на пристанях и на железнодорожных станциях, где в паспортах приезжавших евреев ставили особый штамп - "въезд в сибирские города воспрещен". В еврейских общинах не хватало учителей, резников, раввинов, но получить разрешение на их приезд не было никакой возможности. Лишь евреи-каторжники и ссыльные имели привилегию - попасть в Сибирь и остаться там -навсегда. Доходило порой до абсурда: некий резник, проживший в Сибири двадцать с лишним лет, достал удостоверение о том, что он - сосланный в Сибирь конокрад, и после этого получил право на постоянное жительство. Выходило так, что честный и порядочный еврей из черты оседлости не мог попасть в Сибирь никоим образом, но еврей-преступник попадал туда на законном основании.

Чрезвычайно запутанное законодательство о евреях стало хорошей статьей дохода для местных чиновников. Они пугали сибирских евреев угрозой выселения - особенно перед еврейскими праздниками, сажали их в каталажки до окончательного выяснения вопроса и, конечно же, получали за освобождение соответствующие подношения. Еврейский вопрос всплывал всякий раз, когда какому-либо чиновнику надо было поправить свои финансовые дела. Это принимало иногда такие размеры, что даже из Петербурга одергивали полицейские управления, которые "слишком энергично начали выселять евреев" и могли подорвать экономику края. Порой местные жители противились выселению евреев. В Забайкальской области рабочие приисков снова призвали и скрывали от властей высланных евреев-торговцев, потому что в их отсутствие торговцы-неевреи стали брать с рабочих тройные цены. В Иркутске местные офицеры и жандармы прятали от полиции некоего еврея, мастера "офицерских принадлежностей", который подлежал выселению. И очень часто купцы или волостные правления просили оставить у них выселяемых евреев, этих "полезных и нужных" граждан, - но эти их пожелания расходились с тогдашней официальной политикой.

По переписи 1897 года в Сибири и на Дальнем Востоке оказалось тридцать три тысячи евреев. Из них - По три тысячи в Иркутске и Томске, более тысячи в Омске, Красноярске и Чите, около трехсот во Владивостоке и Благовещенске, девятьсот тридцать евреев в Каинске - при общем населении города в шесть тысяч человек, сто двадцать семь евреев на Сахалине, и даже в якутском городе Верхоянске - шестеро. Разбросанные по огромной территории и оторванные от европейских единоверцев, они попали под местное влияние и образовали особый тип сибирских евреев. "Сибирские евреи, - писал очевидец, - плохо знали еврейскую грамоту, но были по-своему набожны. Они усвоили себе местные нравы и обычаи. Многие пили водку и играли в карты, а еврейские девушки в деревнях пели русские песни в хороводах; они вечно жевали "серу" и щелкали кедровые орешки, что называлось "сибирская беседа"… Иркутские евреи обыкновенно роднились между собой, но бывали браки и с "рассейскими" соплеменниками. Молодые люди, ездившие в "Рассею", привозили оттуда красивых невест, не считаясь с их общественным положением. С партиями же для еврейских девушек дело обстояло хуже, и каждый заезжий приказчик-еврей мог сделаться желанным женихом богатейшей невесты".

Исследователь жизни евреев Сибири писал: "Гостеприимство у сибирских евреев развито не менее, чем у сибиряков вообще… К вашим услугам будет и стол его, и квартира, он снабдит вас всеми необходимыми вам сведениями, члены его семьи будут ухаживать за вами, словом, вы встретите у него самый радушный прием… Приезжает в город какой-нибудь магид - проповедник, его окружают должным почетом, его "слово Божие" охотно слушают, его обильно награждают. Сибирский еврей охотно жертвует на богоугодные заведения (особенно - Иерусалимские, Яффские), а также на постройку молитвенных домов… Нередки случаи, когда перед постройкой синагоги разъезжает уполномоченный по всей Сибири и собирает крупные пожертвования. Большинство молитвенных домов в Сибири - каменные, просторные, и хотя они не блещут особой красотой, тем не менее ими гордятся еврейско-сибирские общины. Они любят также украшать свои кладбища и воздвигать красивые памятники своим покойникам… Смешанные браки и переход в христианство весьма редко наблюдаются среди сибирских евреев… Сибиряк-еврей обладает весьма ценной чертой - чувством человеческого достоинства и отсутствием высокомерия. Характер у него - мягкий и прямой. Он никогда не скрывает своей принадлежности к еврейской нации, никогда не будет унижаться перед чиновником и не допустит обиды со стороны последнего".

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

«Я слышал, что в СССР ощущается нехватка рабочей силы. Как в этих условиях обеспечивается потребность в ней в районах с неблагоприятным климатом, в Сибири например?»

Из книги СССР. 100 вопросов и ответов автора Прошутинский В

«Я слышал, что в СССР ощущается нехватка рабочей силы. Как в этих условиях обеспечивается потребность в ней в районах с неблагоприятным климатом, в Сибири например?» — Недостаток рабочей силы действительно ощущается в ряде районов страны. К сожалению, и демографическая


Глава 29 Евреи

Из книги Германский офицерский корпус в обществе и государстве. 1650–1945 [litres] автора Деметр Карл

Глава 29 Евреи Рассмотрим, каким же на самом деле было отношение офицерского корпуса к людям другой национальности, и в особенности к евреям. В XIX веке такие вещи не были вопросом принципа ни для общественности в целом, ни для офицерского корпуса в частности. И только ближе


Глава XII. В Сибири: в Чите и в Петровске

Из книги Воспоминания декабриста о пережитом и перечувствованном. Часть 1 автора Беляев Александр Петрович

Глава XII. В Сибири: в Чите и в Петровске В Чите мы уже нашли многих из наших товарищей, приехавших раньше нас. Сначала нас ввели в средний каземат, где могли поместиться только четверо. Осматривал наши чемоданы, грубо приказывая все вынимать и показывать, очень грубый


Глава XIII. В Сибири — на поселении

Из книги Каббала власти [ёфицировано] автора Шамир Исраэль

Глава XIII. В Сибири — на поселении Не помню всех подробностей нашего отправления; но помню, что много саней было занято под нас; помню также, что на первом ночлеге, когда все мы улеглись по лавкам и по полу, нас очень смешил Николай Иванович Лорер, приходивший в нетерпение от


ЕВРЕИ И «ПРОТОКОЛЫ»

Из книги Повседневная жизнь Монпарнаса в Великую эпоху. 1903-1930 гг. автора Креспель Жан-Поль

ЕВРЕИ И «ПРОТОКОЛЫ» Анонимный автор «Протоколов» считает, что за сложным диалектическим витком традиция-свобода-деспотия стоит единая воля группы еврейских лидеров - крайних шовинистов и манипуляторов, одержимых идеей мирового господства («Мудрецы»). Эти Мудрецы,


Евреи с Востока

Из книги Кто и когда купил Российскую империю автора Кустов Максим Владимирович


Необыкновенные приключения чехословаков в Сибири

Из книги Война. 1941—1945 автора Эренбург Илья Григорьевич

Необыкновенные приключения чехословаков в Сибири 17 мая 1918 года вспыхнуло восстание Чехословацкого корпуса. Оно было вызвано в первую очередь требованием большевиков в ходе переговоров с чехословаками разоружиться по дороге на Дальний Восток, откуда их должны были


Евреи

Из книги Неизвестная «Черная книга» автора Альтман Илья

Евреи Немцы пытали еврейских девушек, закапывали в землю старых евреев. Гитлер думал сделать из евреев мишень. Евреи показали ему, что мишень стреляет. Евреи были учеными и рабочими, музыкантами и грузчиками, врачами и колхозниками. Евреи стали солдатами. Они никому не


Евреи-военнопленные

Из книги Легенды Львова. Том 2 автора Винничук Юрий Павлович

Евреи-военнопленные


Евреи

Из книги Легенды Львова. Том 1 автора Винничук Юрий Павлович

Евреи Золотая роза Ай, вы не знаете о Золотой Розе? А что вы знаете? Это всё равно, что не знать, откуда солнце всходит. Потому что наша Роза была как солнце. Её все любили и прислушивались к её словам. никто не имел права перебить. – Тихо, Роза говорит!А какая она была


Не те евреи

Из книги В поисках Эльдорадо автора Медведев Иван Анатольевич

Не те евреи Раз в год решил цыган ходить в церковь. Пришёл, стал в сторонке и слушает, что священник будет говорить. А священник как раз повествовал, как евреи били Господа нашего Иисуса.«Ну, проклятые евреи, – думал себе цыган, – чего они нашего Иисуса били? Что он им,


К берегам Сибири

Из книги Великие тайны великих людей автора Прокопенко Игорь Станиславович

К берегам Сибири В распоряжении потерпевших крушение моряков осталось пять саней, четыре шлюпки, 23 собаки и запас продовольствия на два месяца. Де Лонг принял решение пробиваться на юг к устью сибирской реки Лена, до которой было 1200 километров.Походу по дрейфующим льдам


Кузбасский Стоунхендж. Сенсационная находка в Сибири

Из книги Советский анекдот (Указатель сюжетов) автора Мельниченко Миша

Кузбасский Стоунхендж. Сенсационная находка в Сибири Ученые не просто заглянули во времена, когда еще и динозавров на Земле не было, – они обнаружили следы разумной деятельности!Георгий Сидоров, руководитель экспедиции, рассказывает об увиденном: «Там было что-то


Евреи

Из книги Московщина автора Вудка Арье

Евреи 5483. Члены бунда отказываются идти на демонстрацию в Песах, потому что нельзя кричать «Хлеб рабочим!».5483A. Бундовский979 лидер стоял перед своей командой и объявлял: «Завтра мы все выходим на большую демонстрацию. Чтобы все до одного пришли, товарищи!». Ответил один из


25. Евреи

Из книги Забайкальское казачество автора Смирнов Николай Николаевич

25. Евреи Большинство верующих держались в лагере достойно. Но не все.Был, среди прочих сектантов, «виновных» в том, что верили в конец света, один высокий хромой мужик, демонстративно, стоя молившийся в столовой перед едой. Он активно обращал в свою секту христиан других


Глава I[1] Краткий экскурс в историю освоения Сибири и проникновения казаков в Забайкалье[2]

Из книги автора

Глава I[1] Краткий экскурс в историю освоения Сибири и проникновения казаков в Забайкалье[2] Освоение Сибири русскими началось в период усиления самодержавия и централизации государства. В стране правил царь Иван IV, прозванный Грозным. В 1549–1560 годах были проведены реформы