Часть тринадцатая.   Расправа.

Часть тринадцатая.   Расправа.

 Рядом с ним сидел Альдо Лампреди, а на переднем сиденье около водителя – Вальтер Аудизио, ворчавший на каждом повороте:

          - Да осторожней ты!

 «Фиат» остановился у небольшого ручья, в котором три пожилые женщины полоскали белье.

 Когда все четверо вышли из машины, было 3.50 пополудни.

 Одна из женщин спросила водителя:

          - Что здесь происходит?

          - Не знаю, - ответил водитель.

 Он и на самом деле ничего не знал.

 Перед тем, как выехать из Донго, ему было сказано:

          - Учти, парень, сейчас ты увидишь очень важных людей.

          - Если дорожишь своей головой, постарайся их сразу забыть.

 Войдя в спальню, как потом бахвалился Аудизио, он поприветствовал Муссолини и сказал ему:

          - Я пришел, чтобы освободить вас.

 Тем самым он хотел усыпить подозрение дуче.

 На что Муссолини, тронутый его словами, ответил:

          - Я отдам вам всю империю.

 Присутствующий при этом Альдо Лампреди впоследствии заявил, что такого театрального диалога он не слышал, да его и быть не могло - Муссолини отлично понимал, что пробил его час.

 Лампреди, будучи членом правления компартии, прибыл в Донго вместе с экзекуционным взводом, чтобы проследить за тем, как будет исполняться приказ Луиджи Лонго:

          - Никаких эффектных сцен, никаких исторических речей, только экзекуция.

 Лия де Мариа стояла у окна спальни и смотрела, как четверо вооруженных людей повели к машине её постояльцев.

 Кларета, которая была ей очень симпатична, куталась в шарф.

 А Лия, провожая её взглядом, ломала себе голову, что же ожидает столь приятных людей.

 Когда «Фиат» тронулся с места, Кларета не плакала.

 Сидя на заднем сиденье, она держала Муссолини за руку.

 Оба они показались Дженинацце странно спокойными.

 Спускаясь под гору, машина двигалась со скоростью похоронных дрог, впереди нее, не торопясь, шёл Лампреди.

 На переднем сиденье,  периодически оглядываясь назад, восседал  Аудизио с автоматом в руках.

 Отъехав пятьсот метров от крутого поворота дороги, он приказал водителю остановиться у  железных ворот виллы Belmonte, каменные стены которой густо заросли плющом, а невдалеке за домом виднелось озеро.

 Выйдя из машины, Аудизио подошел к воротам, открыл калитку, затем вернулся и сказал Муссолини и Кларете:

         - Выходите.

 Рукой, показав им, чтобы они шли к дому, он пошел следом за ними.

 В пятнадцати метрах от озера их ожидал Моретти, а на повороте дороги двое партизан перекрыли дорогу, шедшую из деревни.

 Между ними и автомашиной находился Лампреди, так что бежать было некуда.

 Аудизио жестко произнес:

 - По приказу командования добровольческого корпуса «Свобода» на меня возложена миссия, привести в исполнение приговор итальянского народа.

 Кларета крикнула:

          - Вы не можете лишить нас жизни таким образом!

          - Вы не можете так поступить!

 - Отойдите в сторону или будете убиты первой! - рявкнул Аудизио.

 На лбу "полковника" выступили крупные капли пота, и он с остервенением нажал на спусковой крючок автомата, но новенький автомат... заклинило.

 Тогда он выхватил из кобуры пистолет, раздался сухой щелчок, и опять выстрела не последовало.

 Обернувшись к Моретти, Аудизио крикнул:

           - Дай мне свой автомат!

 Моретти тут же подбежал к нему и передал вошедший в историю длинноствольный французский автомат калибра 7,65 миллиметра, образца «Д-Мас», выпуска 1938 года, номер Ф.20830 с трехцветной лентой на цевье.

 На секунду Муссолини вспомнил, как в феврале 1916 года вот так же, как и сейчас, перед ним стоял офицер и тоже зачитывал приказ... о присвоении ему чина капрала.

 Как же там было, в том приказе?

 Ах, да:

        -За примерную службу, высокий моральный дух и храбрость истинного берсальера.

       - Муссолини всегда первый на опасных заданиях.

       - Не боится трудностей, усерден и точен при исполнении поручений.

 Муссолини расстегнул свою серо-зеленую куртку и, глядя в упор на своего палача, отчетливо произнес:

        - Стреляйте мне в грудь.

 Кларета, на секунду опередив автоматную очередь, бросилась к дуче, прикрыв его своим телом, и была сражена наповал, упав к ногам палача с зажатым в руке стебельком.

 Аудизио дал две короткие очереди по Муссолини, выпустив девять пуль.

 Четыре попали диктатору в нисходящую аорту, а остальные - в бедро, шейную кость, затылок, щитовидную железу и правую руку.

 На грузовике, окрашенном желтой краской, трупы были доставлены в Милан и под покровом темноты повешены на том месте, где немцами в августе 1944 года были расстреляны пятнадцать партизан.

 Дуче повесили головой вниз на специально сооруженной виселице.

 Рядом с ним висела Кларета Петаччи.

 На плане были повешены ещё тринадцать соратников Муссолини, среди которых были Алессандро Паволини, секретарь фашисткой партии Италии и брат Клареты, расстрелянные экзекуционным взводом в Донго сразу же после расправы над Муссолини.