ПРИБЫТИЕ

ПРИБЫТИЕ

Самолет в Израиль был на следующий день. Утром на Marxergasse 18-10 появилась еще одна семья из СССР. Увидев моих новых компатриотов, я мысленно сжался: какие мы разные! Что у нас общего с этими, может, и замечательными, но совершенно чужими людьми из чужих мест, чьи манеры мне неприятны, чью речь я не готов признать русским языком? А ведь с ними я и мои близкие должны составить один народ, раствориться в общем нуклеотидном котле… Что нас сплотит? Генофонд? Мечта? Труд в поте лица ради выживания?

В самолете было целых четыре семьи репатриантов. Не знаю, где прочие ночевали. Иные могли успеть на израильский рейс в день прибытия в Вену. Взаимного интереса и здесь не возникло: о чем ни заговоришь, всё врозь.

Когда шасси самолета коснулись посадочной полосы в Лоде, все пассажиры дружно захлопали в ладоши. Такое я наблюдал и после, но — только в самолетах компании Эль-Аль и только при посадке в Лоде. Из самолета нас пересадили в автобус, чтобы вести к зданию аэропорта. Взглянув в окно, Лиза закричала:

— Мама, пальмы, пальмы!

Я тотчас вспомнил анекдот: сцену, разыгравшуюся между мужем и женой, несколько лет назад получившими разрешение в Израиль. Когда всё было продано, она сказала ему мечтательно:

— Сколько денег! Можно было бы на юг съездить…

— Дура, — в сердцах возразил муж. — Мы ведь и едем на юг!

Вот и мы оказались на юге, среди пальм.

Друзей в Израиле у нас не было, родни — и подавно. Был Лев Утевский, ученый и художник, один из зачинателей нашей волны культурного движения среди евреев-отказников, — друг, к тому же, Иры Зубер, с которой я одно время работал в АФИ. Жил он в Беэр-Шеве, в пустыне. Лично мы с Утевским знакомы не были — как и с Гришей Кановичем, другим подвижником; у того на квартире для меня начался мой еврейский ликбез, я там в начале 1980-х слушал лекцию по иудаизму Вассермана (…или о еврейских пророках, Утевского?), но в толпе и оживлении этой сходки с хозяином меня не познакомили; а потом Канович уехал — и, честный социалист, определился с женой (детей у них не было) в кибуц Саса. Была у нас в Израиле — неведомая старуха Леа Колкер, славшая нам вызовы; о ней, назывной сестре, я не знал ровным счетом ничего, хоть и состоял в переписке. Свое первое письмо ко мне она, добрая душа, подписала: «мама». В ответном письме мне пришлось разъяснять ей, что лучше пусть она будет сестрой, «потому что посредникам, читающим наши письма, никогда не объяснишь наши еврейские родственные узы». Одной только Лее я позвонил из Ленинграда перед отъездом, сразу после получения виз; она обещала встретить и не велела брать мебель; по-русски говорила нетвердо. Больше мы никому из Ленинграда не звонили, потому что некому было; решили: будь что будет. Что-нибудь да случится. Лучше пусть будет плохая погода, чем никакой.

Оказалось, однако ж, что есть-таки у нас в Израиле хоть и не друг, а приятельница, с которой мы за одним столом сидели, в том числе и у нас на улице Воинова: Наташа Маркова. Как мы о ней забыли? Ее судьба, ее путь в Израиль заслуживали бы отдельного рассказа, даже романа. Худая, как щепка, она была сгустком энергии. Это про нее в песне сказано: «вместо сердца — пламенный мотор». Наташу мы сразу отличили в числе встречавших. Услыхала она о нашем приезде — хм, по радио, по русскоязычному израильскому радио Коль-Исраэль, и кинулась в Лод: спасибо ей. Приехала и Леа Колкер, дряхлая, с палочкой, с лицом терракотового цвета. Присутствовал Яша Кедми (он же Казаков), знаменитый пионер репатриации, выехавший еще до начала массового исхода: в 1969 году. Сейчас он представлял русский отдел министерства иностранных дел. Вероятно, от него все и зависело, что нас касалось: например, куда нас распределят. Но для нас главным встречающим оказался Эдуард Усоскин.

 

Уж не знаю, кого Усоскин представлял. Может быть, только себя, что тоже было совсем немало. Это был вождь par excellence. Вождь и борец. В нашем случае он всё взял в свои руки, в первую очередь — нас самих, плывших по течению; даже Наташу Маркову оттеснил. Прямо в аэропорту я оказался перед каким-то столоначальником по части алии

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Прибытие автозака

Из книги Тюремная энциклопедия автора Кучинский Александр Владимирович

Прибытие автозака Автозак остановился: послышалось лясканье сдвигаемых ворот так называемого «шлюза»; машина въезжает в «шлюз» – закрываются первые ворота, и открываются еще одни. Автозак въезжает во двор тюрьмы. Все меняется: интонации голосов конвоя, лай овчарок,


Прибытие в Кению

Из книги Белая масаи [litres] автора Хофманн Коринна

Прибытие в Кению В аэропорту Момбасы нас встретил изумительный тропический воздух, и уже там родилось предчувствие: это моя страна, здесь мне будет хорошо. Видимо, эту восхитительную ауру ощущала я одна, поскольку мой друг Марко сухо заметил: «Тут воняет!»Пройдя таможню,


ПРИБЫТИЕ МНИМОГО МОЖЕНЕ

Из книги Европа в огне. Диверсии и шпионаж британских спецслужб на оккупированных территориях. 1940–1945 [litres] автора Кукридж Эдвард

ПРИБЫТИЕ МНИМОГО МОЖЕНЕ На Бейкер-стрит продолжали обмениваться информацией по радиопередатчикам Мадлен и Пиккерсгиля, давно уже захваченным немцами. Сообщение о предстоящем прибытии агента SOE в Юру было послано не только Габриелю (Джону Янгу), но также и упомянутым


Город. Прибытие

Из книги Хроники разрушенного берега автора Кречмар Михаил Арсеньевич

Город. Прибытие Шаркет подкрадывался к Городу в самое тёмное время суток. Он терпеливо продрейфовал большую воду, которая пришлась на восемь часов вечера – в это время солнце пекло практически в полуденном режиме. На крыше рубки появилась коротковолновая станция


ПРИБЫТИЕ

Из книги В иудейской пустыне автора Колкер Юрий

ПРИБЫТИЕ Самолет в Израиль был на следующий день. Утром на Marxergasse 18-10 появилась еще одна семья из СССР. Увидев моих новых компатриотов, я мысленно сжался: какие мы разные! Что у нас общего с этими, может, и замечательными, но совершенно чужими людьми из чужих мест, чьи манеры


Глава 15 Крит. Прибытие

Из книги Вторая мировая война автора Черчилль Уинстон Спенсер

Глава 15 Крит. Прибытие Стратегическое значение Крита во всех наших средиземноморских делах уже было доказано и доводами, и событиями. Английские военные корабли, базирующиеся в заливе Суда или имеющие возможность пополнять там запас топлива, могли бы хорошо защищать


Прибытие в Лондон

Из книги Литвиненко. Расследование [Доклад по делу о смерти Александра Литвиненко] автора Оуэн Сэр Роберт

Прибытие в Лондон 6.67 Луговой и Ковтун прилетели в Гатвик утром 16 октября на борту самолета «Трансаэро», рейс UN333. Самолет прибыл в 10:48 утра. Регистрационным номером самолета, совершавшего перелет тем утром, был номер EI-DDK.6.68 В отличие от всех других самолетов, на которых


Прибытие Андрея Лугового и его группы

Из книги автора

Прибытие Андрея Лугового и его группы 6.232 Как я говорил, первыми из группы Лугового во вторник 31 октября 2006 были Татьяна Луговая и ее молодой человек Максим Бегак. Они прилетели в Хитроу на рейс 881 «Британских авиалиний», который приземлился в то утро в 7:11. Регистрационный


Прибытие Дмитрия Ковтуна

Из книги автора

Прибытие Дмитрия Ковтуна 6.237 Дмитрий Ковтун вылетел в Лондон на рейсе "Germanwings" ранним утром среды 1 ноября 2006 года.6.238 Я уже ссылался на показания Марины Валль относительно того, что Ковтун забронировал свой предстоящий перелет в Лондон через Интернет в воскресенье 29