1.1. Политическое andante

«ПОПОВЦЫ» МАНЕВРИРУЮТ

Статья Гавриила Попова, опубликованная в «Независимой газете» 8 ноября, подтверждает политическую гипотезу, выдвинутую мной четырьмя месяцами ранее в статье «ГКЧП-2. Когда?»

Вкратце — речь шла о политическом маневре так называемых демократических сил, оказавшихся у власти за пять, минут до катастрофы и пытающихся теперь «спрыгнуть с подножки» ими же разогнанного до предельной скорости российского «поезда», мчавшегося к пункту крушения. Такой маневр более чем логичен, и серьезный политический противник должен был бы его предвидеть заблаговременно. И принять меры.

На что же рассчитывают в этом случае маневрирующие «поповцы»? Разумеется, на то, что адекватных политических противников у них нет, что патриоты будут действовать в логике героя Высоцкого: «Бить ладьею как-то страшновато, справа в челюсть вроде рановато…», не слишком разбираясь в том, чем отличаются дебют от дуплета, а политика от аппаратной интриги.

В целом этот расчет верен. Наш оппозиционный патриотический истеблишмент в последнее время действительно наломал дров. Но еще больше их наломала сама власть. И конкуренция «дроволомов» рождает весьма своеобразный политический контур.

АППАРАТНЫЙ СИНДРОМ

Чего стоит, например, обещание не отпускать цены на энергоносители до зимы и буквально через два дня после этого обещания — резкое их повышение? Казалось бы, зачем? Ведь никто и не ждал, что цены останутся прежними! Элементарный здравый смысл требует «фигуры умолчания» в этом вопросе. Но нет! Последовал грубый политический «ляп», смысл которого всего-навсего в том, что необходимо было решить некую локальную задачу в сфере аппаратных игр, то есть там где по-прежнему сосредоточено все внимание самого Б. Н. и президентской команды. И в угоду этому приносится главный компонент власти — авторитет в массах, их доверие к легитимной российской власти, которая растабуируется самим ее высшим носителем.

Это происходит не в первый раз. В самом деле, давайте перечислим основные потери Бориса Ельцина. И подсчитал, во, что они ему обошлись.

Имея в сентябре-октябре 1991 года невероятно высокий рейтинг (безусловно, более 70), он терял последовательно и не только там, где это было предусмотрено его аналитиками (принятие непопулярных решений плюс неизбежный эффект привыкания давали планируемое падение до 40–50 к октябрю 1992 г.), но и там, где это объяснялось только «медвежьими услугами» так называемых друзей Б. Н. Что стоит поездка в Карабах, например? Зачем это тогда ему было нужно? А если ему это было не нужно, то кто побудил его к этому шагу? Безусловно те, кто хотел снизить его популярность. И это были отнюдь не «враги», а «друзья», конкретно президентский советник, госпожа Старовойтова.

Не успел этот инцидент уйти в прошлое — и пожалуйста — чеченский конфликт! Шли аппаратные игры против Руцкого.

Кому-то казалось казалось невероятно важным «подставить его». Но в результате, как-то походя, зачем-то «подставили» всю российскую власть. Произошло растабуирование этой новой и к тому времени еще авторитетной российской власти, сравнимое по своим масштабам с тем растабуированием, которое сознательно осуществлял Горбачев в Сумгаите. Фергане и прочих «горячих точках» по отношению к власти союзного центра, в том числе и своей собственной. Странное упорство, странная тяга к самоуничтожению.

Впрочем, что тут странного? Действия по борьбе с «красно-коричневыми», например? И то, что сам этот термин со всей очевидностью говорил о нежелании брать власть, ибо брать власть всерьез можно, лишь осуществляя политический синтез, а не сознательно раскалывая общество?

Но ведь в высшей партшколе этого не проходили, а аппаратное мышление диктовало именно такое решение. Что касается советников, то они (как и при саморазрушении союзного центра) решали свои задачи, а вовсе не задачу укрепления российской власти.

Поразительно, но все классические самоподрывы, осуществляемые Горбачевым в национальной политике, оказались воспроизведенными Б. Н. в точности. Как я уже неоднократно говорил в предыдущих статьях, все делается по одному политическому «лекалу».

Да, имидж Б. Н. подрывался именно демократами. И я готов отстаивать подобное парадоксальное на первый взгляд заявление.

Возьмем, к примеру тему пьянства. Тут уж, казалось бы, приоритет «красно-коричневых» очевиден. Разве не Исаков сделал депутатский запрос на эту «деликатную тему»? Но эта очевидность — кажущаяся, рассчитанная на наивного обывателя. Ибо сюжет в телепрограмме, прошедшей по всем каналам, был показан демократами, плотно держащими в своих руках «вожжи четвертой власти». А Исаков лишь «дернулся в ответ» на вызывающий телесюжет, весьма, надо сказать, профессионально отснятый и смонтированный.

Затем — вся эта тема с включенностью Б. Н. в тайные структуры «Мальтийского ордена». Тайные структуры на то и тайные, чтобы в них включали без указов и фотографий. Кстати, где впервые появилась фотография Бориса Ельцина в мантии «Мальтийского ордена»? Отнюдь не в «Правде» или в «Советской России», а в «Комсомольской правде», контролируемой тогдашним пресс-секретарем Б. Н. Ельцина Павлом Вощановым. И произошло это задолго до публикаций в «красно-коричневой» прессе.

Добавим к этому сдачу Парфенова и выволакивание на свет божий темы с агентурой КГБ. Возникает три крамольные мысли по поводу агентуры, которыми я не могу не поделиться с читателями.

Первое. Собираются ли сами демократы в момент, когда они овладевают всей полнотой власти, управлять государством без агентуры? Если — да и если тот же Ю. Щекочихин, становясь министром внутренних дел или министром госбезопасности, намерен отказаться от агентурных данных и ликвидировать оперативные отделы, то он осуществит подобную трансформацию впервые в истории человечества. Если же он собирается при всех режимах оставаться «оппозиционным журналистом», то его наскоки на агентуру — это просто мальчишество, вряд ли свойственное здоровым людям его возраста.

Второе. Относится ли это «благородное негодование» только к агентуре КГБ или к агентуре вообще? И согласен ли тот же Ю. Щекочихин столь же страстно бичевать агентуру ЦРУ, действующую на нашей территории? Тут, как вы понимаете, есть проблема.

И, наконец, третье. Собираются ли те же американцы или немцы в обмен на сдачу нами нашей агентуры, работающей в их странах, сдать нам свою агентуру, работающую у нас? И как в противном случае выглядит моральное обоснование подобного одностороннего процесса?

Так в чем же скрытый смысл этих разоблачений? было наглядно продемонстрировано, что власть играет не по правилам, и каждый, кто будет исполнять ее приказы, ею же защищен не будет. В любом государстве есть «грязные профессии» и профессионалы, делающие «грязную работу». Без этого государство не существует. Хотим мы или нет, такова проза жизни. Но тот, кто делает такую работу, будет исполнять свои обязанности лишь при условии, что никакая смена режима не отразится на нем. Теперь этим людям демонстрируют, что механизмы, защищающие тайну их деятельности, сломаны. Будут они в этих условиях работать? Едва ли.

Кто в этом заинтересован? Только не Президент. Он-то как раз, если, конечно, его интересует проблема власти, заинтересован в обратном. Чтобы ребята знали, что «за ним, как за каменной стеной». А такие «сдачи» — в чьих интересах? Ясно, что в интересах тех, кто разрушает власть. В данном случае — власть Б. Н. Вспомним сообщение в демократической прессе о расследованиях, проводимых милицией (!!!) по отношению к охране Президента России. Вроде бы один из охранников кому-то что-то продал — то ли автоматы, то ли пистолет… Вроде бы торжествует законность. А власть?.. Какая это власть, если служба безопасности читает и «мотает на ус», что даже охрану и ту «сдают ментам». Ну и попробуйте, введите после этого «чрезвычайное положение»!

На последнем совещании Совета Безопасности по поводу введения ЧП — против было Министерство безопасности. Так вот, я утверждаю, что задолго до совещания, это было предопределено действиями т. н. демократов, старательно спиливавших тот властный сук, на который они взгромоздились 23 августа 1991 года вместе с Б. Н. И что даже если ЧП будет введено — это будет псевдо-ЧП, которое приведет к развалу страны.

Можно приводить еще сотни примеров. Начиная с возложения на Б. Н. обязанностей премьер-министра (Зачем? Ведь речь идет о непопулярных мерах. Что за жест камикадзе?!), кончая странным нежеланием вовремя расстаться с Гайдаром. Опять же, смена кабинета в условиях непопулярных мер — дело житейское. Но держаться за непопулярного премьер-министра — это значит тонуть вместе с ним. Во имя чего? И разве на этом будут настаивать те, кому Ельцин нужен, кто заинтересован в сохранении его власти? Безусловно, нет!

В результате медвежьих услуг или намеренного удушения в объятиях, Ельцин, имевший год назад рейтинг около 80, сегодня имеет не более 20. Итого за год потеряно 60 пунктов! Поделим на 12 месяцев и получим 5 пунктов в месяц. Теперь учтем, что процесс нелинейный, и вначале терялось немного меньше (2–3 пункта в месяц), а сейчас теряется немного больше (6–7 пунктов), и посчитаем, когда будем иметь место критически низкий рейтинг, ну, скажем так, та «десятка», на которой уходил Горбачев. И мы увидим, что это произойдет весной 1993 года.

ВОЗВРАЩАЯСЬ К Г. Х. ПОПОВУ И ЕГО СТАТЬЕ

Славословия, утешающие отчеты нужны для того, чтобы Ельцин опомнился как можно позже и стал после этого действовать как можно более неадекватно. Ставка сделана на аппаратный синдром. На то, что Президент начнет «креститься» лишь тогда, когда «гром грянет». И сделает это, исходя из привычных стереотипов.

Как в этом случае может выглядеть следующее полугодие?

Еще два-три месяца будут говорить о великих свершениях, скорых успехах, выходе из кризиса и углублении реформ. Затем станет ясно, что дело — швах. И будут осуществлены «серьезные». кадровые перемещения. Но Ельцин и сейчас не контролирует до конца действий своей команды. В сущности этой команды уже нет, а немногих верных ему людей демократическая пресса превратит в «монстров». Кстати, это будет касаться не только консерваторов, но и демократов, по части которых будут сделаны «сенсационные разоблачения». В итоге — следующая «команда президента» неизбежно будет еще менее ему верна и совсем уже в нем не заинтересована. Очередные временщики будут заняты только собой. И тем, чтобы выполнить политический заказ тех, кто их придвинет к кормушке. А заказ будет элементарным — «потопить» Ельцина и обеспечить приход «команды номер три».

Какой же должна быть ельцинская команда «номер два с половиной», если ей будет поставлена такая задача? Она должна будет «поправеть» ровно настолько, чтобы «спустить на себя всех собак», но не настолько, чтобы быть дееспособной в «аховой ситуации». Она должна будет стать непопулярной, должна будет «сидеть на поводке» серьезного компромата, проявлять крайнюю зашоренность и неадекватность. Это будет команда, по отношению к которой Гавриилу Попову (или же, повторяю, другому «мистеру Икс») помогут развернуть весь, механизм «оппозиционной деятельности». Ему будут предоставлены все те условия, при которых он и ему подобные только и могут быть «борцами с властью», то есть обеспечены безопасность, средства массовой информации в режиме «карт бланш», финансовые источники и, главное, дряблый, бездарный, тупой лик «власти», пугающий общество. Все это мы уже проходили.

За работу, господа…

Впрочем, почему только «господа»? «Товарищам» в этой комбинации тоже есть место.

Представим себе некий ящик с твердыми стенками, внутри которого неким, не устраивающим одного из игроков образом, распределен политический истеблишмент. Представим себе далее, что нужно перераспределить этот истеблишмент внутри ящика, добиваясь новой конфигурации. Как этого добиться? Лезть внутрь ящика и там что-то перемещать — затруднительно. Куда как легче чуть-чуть постучать по его стенкам, не проламывая их при этом, но перераспределяя массы истеблишмента за сет подобных «постукиваний».

«Красно-коричневым», создающим разные «фронты» и «соборы», как раз и предназначено сыграть роль этого молотка. Конечно, не в своих интересах, а в интересах того, кто держит его в руках. Им, конечно, уже мерещится коалиционное правительство на паях с «Гражданским Союзом». Ох, уж эта химера двухпартийной системы!

В условиях национальной катастрофы нужно другое — сильная идеология, сильная оргструктура, а не борьба за портфели в правительстве с дышащим на ладан парламентом и постоянно «теряющим очки» президентом. Но указанных компонентов нет ни слева, ни справа. Нет их и в центре, у Совета Безопасности, где раньше или позже столкнутся Скоков с Бурбулисом.

Ни кандидаты в диктаторы, ни «борцы с режимом» не строят серьезных структур, не создают серьезных региональных сетей, не строят адресной и многомерной структуры агитации и пропаганды, не разрабатывают идеологии, рассчитанной на тот или иной политический синтез, и, по сути, не выдвигают концепций, адекватных сложившейся (сверхкатастрофической!) ситуации. Вместо этого эклектика и политический театр со знакомыми лицами. У «борцов с режимом», например, в качестве интегратора, сплачивающего их ряды, мы видим фигуру… Г. Э. Бурбулиса. Против которого все и «дружат»!

ПАТРИОТЫ! БЕРЕГИТЕ БУРБУЛИСА! ТОЛЬКО ОН ГАРАНТИРУЕТ СЕГОДНЯ ЕДИНСТВО ВАШИХ РЯДОВ!

В доказательство своей правоты я приведу всего лишь один аргумент. Потому что долго говорить об этом больно и скучно. Лидер патриотической оппозиции Г. Зюганов не далее, как осенью 1992 г., почему-то вдруг заявляет о необходимости сделать шаг навстречу правительственным структурам. Но ведь он же называл тех, кому теперь предлагается сделать шаг навстречу, «оккупационным правительством!» Одно из двух: либо лозунг «оккупационного правительства» должен быть снят, либо не может быть выдвинут лозунг о «шаге навстречу». Ибо шаг навстречу оккупационному правительству это коллаборационизм чистейшей воды! Так о чем думает Г.Зюганов, производя этот странный «политический коктейль»? И поступает ли он в данном случае с должной мерой политической ответственности? Ведь речь идет не об аппаратных маневрах, а о публичной политике. И логика политического поведения не может не быть поставлена во главу угла, поскольку люди, входящие в политическую организацию, которой руководит уважаемый мною Г.Зюганов, не «числа» и не игрушечные солдатики, а действующие лица истории. И думать он должен прежде всего о своем авторитете в глазах этих людей. А авторитет этот полностью определяется логикой поведения политического лидера. Если такие ошибки будут повторяться, то надо будет признать, что школа партийного аппарата не проходит бесследно, поведение лидеров патриотов столь же предсказуемо, как и поведение Б. Н. А значит, «команда номер три» изготовилась к прыжку. О чем и говорит статья Г. Попова. Тем важнее провести ее анализ и, исходя из этого, определить стратегию действий.

Итак, первое. Г. Х. заявляет, что Россия находится в «переходном состоянии». Это — ложь. И он прекрасно знает, что лжет. Россия просто разваливается на части. Государство сломано, все идентификационные поля рассыпаны, социальное разочарование огромно. Действовать надо, исходя из этого. А это значит действовать, исходя из этого? — Это значит строить национальное государство. Не нравится? — Не надо было разрушать империю!

Второе. Россия якобы осуществляет переход от государственного тоталитаризма, к новому варианту общественного устройства. К какому, заметим, — не говорится. Но главное даже не это. «Зацикленность» на общественном устройстве напоминает обсуждение перестановок мебели внутри горящего дома. Сначала надо спасти дом и потушить пожар, потом — обсуждать расположение шифоньеров и тумбочек. Сначала — ДОМ, ГДЕ ЖИВЕМ, И КТО ЖИВЕТ В ЭТОМ ДОМЕ, а уж потом — КАК ТАМ ЖИТЬ. А вовсе не наоборот.

Наоборот уже пробовали. И, между прочим, все развалили за считанные годы. Еще раз: никаких задач, помимо задачи государственного строительства, выдвигать сегодня на первый план нельзя. И «красным», и «белым» мы скажем одно: «На проклятые вопросы дай ответы нам прямые!» Хотя бы теперь, когда запах гари уже достигает столицы нашей Родины.

Третье. Насчет «социалистических» моделей, которые, по Попову, «вообще-то правомочны, но…» Не надо развлекать общество дешевыми побрякушками. В Средней Азии на грани голода уже сегодня миллионные массы. Завтра зоной бедствия станут крупнейшие индустриальные центры России. Голод, холод, болезни, убийства угрожают самому бытию нации. Говорите прямо, что вы собираетесь с этим делать, а не болтайте о «капитализме» и «социализме». Коридор возможностей российского национально-государственного строительства настолько узок, что всех, кто согласен войти в него, мало что будет разделять по части «измов». И уж в любом случае говорить надо о том, что соединяет. А нас соединяет Россия как условие нашего существования. Так и будем исходить из нес.

Четвертое. Именно из нее Г. Х. и не хочет исходить, говоря об «общей дороге мировой цивилизации», а также о том, что каждый раз, когда Россия с этой «дороги» сворачивала, у нее были де «крупные неприятности».

На самом деле все происходит наоборот. Реально крупные Неприятности с Россией случались именно тогда, когда ее пытались втянуть на эту «общемировую дорогу», ведущую в никуда. Заметим также, что для Этого втягивания использовались и продолжают использоваться лишь самые разрушительные технологии типа ультра-либеральных реформ в традиционном (или близком к традиционному) обществе!

Странные «радетели за Россию»!

Пятое. Попов говорит о трех (друг от друга, по-видимому, независимых?!) экспериментах в XX веке: фашистском, коммунистическом и рузвельтовском. Это «ласкает слух и нежит глаз» на восьмом-то году «перестройки»! Но как быть с тем, что без коммунистической модели господин Рузвельт скорее всего станцевал бы именно тот «танец», который ему сулила, начиная с 1939 года фашистская пропаганда? И как же строить нам эту рузвельтовскую модель в обществе, где нет капитализма? А то, что его нет сегодня, признает даже Попов. Так как же быть? Рузвельт боролся с мафией, а у нас, согласно Попову и Шмелеву мафия, и есть «социальная опора перестройки и демократии», «зародыш предпринимательского класса» и т. д. и т. п.

Рузвельт регулировал рынок, а у нас, — особенно с учетом всего того, что тот же самый Попов рассказывал нам в начале перестройки по поводу административно-командной системы, — неминуема эпоха первоначального накопления, капитала. И продлится она не менее двух десятилетий. А как ее неизбежное следствие — наркотики, детская проституция, преступное видео (все, как у них, в начале «пути», вспомним «Черный кодекс», пиратские королевства, работорговлю и прочие «прелести» их буржуазного общества, равно как и сегодняшнюю Колумбию).

Ну и зачем же лепетать о «социально регулируемом» и уж тем более «постиндустриальном» обществе, Реализуя одновременно стратегию первоначального накопления капитала и ломая всякую и всяческую преемственность? Ведь «перестройка», одним из идейных лидеров (которой Г. Х. является, как раз и знаменовала собой сознательный, вызванный с помощью определенных социальных технологий и административных мер РЕГРЕСС. И Г. Х. должен признать регресс и свою ответственность за этот регресс, а не лить крокодиловы! слезы по поводу российского High technology. Либо — «хай-тех», либо мафия и первоначальное накопление.

Шестое. По поводу того, что никто не знает, как решать национальную проблему. Если Г. Х. не знает этого, то пусть не берется руководить российскими партиями и движениями. Другое дело — что очевидный для всех — тип решения национальной проблемы не устраивает нашего «демократа». Но пусть он объяснит, почему! Не увиливая! Пусть ответит, почему говорить о французской нации или о немецкой не зазорно, а говорить о русской — значит быть «фашистом» и реакционером? И. неужто даже теперь, когда усилиями наших «демократов» русская нация оказалась на грани небытия, все еще будет постыдно обходить стороной самый ключевой, самый животрепещущий вопрос — о собирании русской нации?

Главный вопрос сегодня в том, кто и как именно будет ее собирать. Займутся ли этим подонки, кретины и провокаторы, призывающие мерить черепа и определять группу крови, или те, для кого нация — это общность судьбы, истории и культуры. Но вне этого собирания не произойдет ничего. Никаких реформ, никаких стабилизационных мер. Ибо это есть отправная точка стабилизации. И мы судим о политиках по тому, как они на этот вопрос отвечают. Молчание Г. Х. Попова — это тоже ответ. И мы услышали это молчание.

ЗА, А НЕ ПРОТИВ

Мы боремся с теми, кто разрушает, Россию. Это означает наше неучастие в разрушительстве как обязательное условие.

Ельцин разрушает Россию, но опрокинуть Ельцина путем еще большего разрушения России — это значит соучаствовать в историческом преступлении. Страна на краю пропасти. Прошло время борьбы «против»: Горбачева — против Лигачева, Ельцина — против Горбачева, Зюганова — против Ельцина. Наступило время борьбы «за». Это, пожалуй, главное, что должны в полной мере осознать все участники политического процесса. Тот, кто претендует на власть сегодня, должен предъявить программу национально-государственного строительства и все ресурсы, необходимые для ее проведения в жизнь.

Крах существующего режима может произойти слишком рано. Раньше, чем начнет работать эта альтернативная структура власти, которая самортизирует этот крах и не допустит, чтобы он обернулся распадом России. Помешать построению подобной системы режим не может. Мешает этому другое — глупость, эгоизм, политический нарциссизм, аппаратная, интрижная логика мысли и действия, отсутствие готовности к ежедневной, черновой, кропотливой работе, приверженность старым, уже отжившим идеям и формулам.

Вот они, враги оппозиционного движения, находящиеся внутри самого движения. Их надо победить, и все будет в порядке. Не победим — возобладает НЕТЕРПЕНИЕ, ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЗУД, АВАНТЮРИЗМ. И это погубит страну. Ибо, играя на слабостях движения, наши противники будут манипулировать слабыми и амбициозными партиями, сулить им власть, а на деле использовать их в своих интересах. Повторяю: этого допустить нельзя.

Будем помнить главное — НЕ РОССИЯ ДЛЯ ВЛАСТИ, А ВЛАСТЬ ДЛЯ РОССИИ.

«Россия-XXI век», № 1, 1993