ОЧЕРК ОДИНАДЦАТЫЙ

ОЧЕРК ОДИНАДЦАТЫЙ

"Евреев на землю!" Биробиджанский проект

1

Потери в Первой мировой‚ а затем и в Гражданской войне привели к значительному сокращению населения России. Миллионы убитых на фронтах‚ умерших от ран и инфекционных болезней‚ эмигрировавших после победы большевиков‚ погибших от погромов‚ бандитизма‚ террора‚ при подавлении крестьянских восстаний – таков итог тех лет.

В 1914 году рождаемость в Российской империи превышала смертность, положительный прирост населения составлял 16‚5 человек на каждую тысячу. Но постепенно смертность стала превышать рождаемость‚ и в 1919 году на каждую тысячу населения умирало на пятнадцать человек больше‚ чем появлялось на свет. А в 1920 году В. Ленину написали в письме: "Раньше в тюрьмах кормили лучше‚ чем при советской власти. В два года все разорено‚ приведено в нищету... Декреты пекутся ежедневно‚ а пользы – ни на волос. Человек малограмотный‚ не умеющий правильно мыслить‚ занимает пост комиссара‚ жрет за десятерых‚ ездит на извозчиках и портит воздух".

В годы НЭПа началось развитие промышленности‚ которая по основным показателям стала постепенно приближаться к довоенному уровню. Сократилась инфляция‚ курс рубля стал более устойчивым после проведения финансовой реформы. В стране отменили продовольственные карточки. Крестьяне в деревнях‚ освобожденные от продразверстки‚ засевали дополнительные участки земли‚ разводили скот: в 1926 году валовая продукция земледелия и животноводства превысила довоенный уровень. Повышалось потребление мяса‚ молока и сахара в пищевом рационе населения‚ а потребление картофеля – основного продукта питания в годы войны – постепенно снижалось. Возобновили работу фабрики и заводы. Восстанавливался транспорт‚ строились автомобильные и железные дороги‚ взамен теплушек появились пассажирские вагоны; в городах заработали водопровод и канализация. Смертность уменьшалась‚ рождаемость увеличивалась – возрастал естественный прирост населения.

По окончании Гражданской войны демобилизовали из Красной армии около пяти миллионов человек. Победителям казалось‚ что для них наступит теперь сытая, привольная жизнь‚ однако действительность оказалась иной. Бывшие красноармейцы‚ командиры и комиссары не получили того‚ о чем мечтали; "пламенные" революционеры и ниспровергатели буржуазного строя заговорили о перерождении общества во время НЭПа и сползании к капитализму "со знаменем коммунизма в руках". На их глазах вновь происходило расслоение на бедных и богатых в городе и деревне‚ расцветали частные предприятия и магазины‚ обогащались те самые – или похожие на них – "буржуи" и "кулаки"‚ которых еще недавно они безнаказанно уничтожали. Из письма в ЦК ВКП(б) (1926 год): "Товарищи‚ подумайте‚ как же так: если я кулака‚ например‚ в 1918 году ставил к стенке‚ а теперь приду и скажу: "Иван Иванович‚ возьми меня подработать". Вытерпит ли мое революционное сердце‚ чтобы склонить перед ним голову?.."

Некий крестьянин из Владимирской губернии жаловался в столицу: "Видим‚ идет семипудовая тетка с заплывшим от жира лицом‚ в пышном наряде‚ за ней идут дети‚ тоже нарядные‚ самодовольные‚ счастливые. Идут очкастые‚ усатые‚ в три обхвата дяденьки с золотыми‚ блестящими кольцами. Идут совбарышни с самодовольной‚ счастливой улыбкой‚ за ними – ухажеры... И если посмотришь с глубоким вниманием вокруг‚ то видишь‚ что те люди‚ которые делают подлости‚ которые не имеют права жить‚ они больше обеспечены правом к жизни. Обездоленные‚ запуганные‚ оборванные‚ грязные‚ с честным порывом жизни лишены права пользоваться ею. Жить можно только за деньги. Неужели жизнь-то проститутка?.."

Письма с жалобами и возмущением поступали отовсюду. В газету "Батрак" (1926 год): "Я был всю Гражданскую войну на фронте... а теперь я пасу скотину‚ всеми забытый солдат революции... Нет‚ товарищи‚ не было правды и не будет‚ хоть сделай сто революций. Как мы были бедняками‚ так и остались... я был пастух и помру пастухом". В "Крестьянскую газету" (1926 год): "Социализм придет очень нескоро или же совсем не будет его‚ потому что все стоящие у власти получают большое жалованье‚ а при социализме жалованья не должно быть никому – потому им нет никакого смысла проводить социализм".

17 декабря 1926 года проходила всеобщая перепись населения, которая насчитала на территории Советского Союза почти сто пятьдесят миллионов человек (147 027 915) – 18% из них жили в городах и 82% в сельской местности. Перепись выявила более полутора миллиона безработных‚ зарегистрированных на биржах труда‚ но в действительности их было значительно больше. В рядах безработных оказалось огромное количество евреев; требовалось принять экстренные меры‚ чтобы их трудоустроить и предоставить средства к существованию‚ – так возникла кампания по переселению евреев на землю.

2

С начала девятнадцатого века царское правительство создавало в черте оседлости сельскохозяйственные поселения‚ в которых крестьяне-евреи обрабатывали землю. К 1914 году их количество составляло пятьдесят три тысячи человек‚ в основном на юге Украины‚ а также в Белоруссии‚ Литве и Латвии. В Екатеринославской губернии было семнадцать еврейских поселений‚ среди них – Сладководная‚ Хлебодаровка‚ Веселая‚ Приютная‚ Роскошная‚ Богодаровка и Трудолюбовка; в Херсонской губернии евреи занимали двадцать одно поселение – Добрая‚ Излучистая‚ Израилевка‚ Бобровый Кут‚ Нагартов (в переводе с иврита "хорошая река")‚ Ефингарь ("красивая река")‚ Сейдеменуха ("поле отдыха") и другие. Там сеяли пшеницу, ячмень и овес‚ сажали картофель‚ косили сено для скота; земледельцы держали коров‚ волов, лошадей и овец‚ разводили домашнюю птицу, высаживали фруктовые сады‚ мололи зерно на собственных мельницах, перерабатывали молоко в сыр и масло; в поселках были построены каменные дома‚ школы‚ синагоги‚ аптеки; на собранные средства содержали врачей и раввинов.

В неурожайные годы поселенцы бедствовали так же‚ как и их соседи-христиане‚ но несмотря на различные трудности, земля кормила тех‚ кто ее обрабатывал. В поселениях преобладали небогатые земледельцы‚ которые с трудом дотягивали до очередного урожая‚ но были и зажиточные хозяева‚ обрабатывавшие свои наделы с помощью новейшего инвентаря. Ни одно из еврейских поселений не распалось со времени возникновения; третье‚ а то и четвертое поколение поселенцев освоилось на земле‚ изменился и внешний их облик: взамен болезненной бледности и физической недоразвитости торговца или ремесленника – загар на лице и мускулистое тело земледельца от привычной полевой работы.

Во время погромов Гражданской войны еврейские сельскохозяйственные поселения разделили судьбу окрестных местечек. В Трудолюбовке убили всех мужчин‚ поселение уничтожили‚ а его территорию распахали и засеяли хлебом; наполовину исчезло поселение Нечаевка‚ серьезно пострадали Добрая‚ Сагайдак‚ Ново-Полтавка и другие. Одни из жителей погибли‚ другие умерли от голода и болезней‚ третьи побросали свои дома или продали их на снос и ушли в города. Количество земледельцев в еврейских поселениях значительно уменьшилось‚ их хозяйства были разорены войной‚ погромами‚ реквизициями времен "военного коммунизма"; многие оказались без коров‚ лошадей‚ семян‚ необходимого инвентаря и запасов продовольствия – не было возможности вспахать землю и дождаться результатов нового урожая.

По окончании Гражданской войны часть беженцев вернулась на прежние места и снова занялась сельским хозяйством. Появились коммуны "Гехалуца"‚ которые объединяли молодежь‚ возникли земледельческие артели‚ созданные общественной организацией Сетмасс (Союз еврейских трудящихся масс)‚ происходило и стихийное расселение на земельных участках‚ которые раньше принадлежали помещикам и остались свободными после наделения крестьян землей. На этих участках – как правило, неподалеку от местечек – евреи организовывали группы земледельцев‚ чтобы прокормиться в голодные годы. "Издали замечаем двух крестьян‚ которые пашут на поле, – сообщали очевидцы. – Мы подходим‚ останавливаемся. "Хаим. Йосл". Если бы не имена‚ ни за что не признали бы евреев в этих людях‚ стоящих перед нами. В домотканых холщовых портах и рубахах‚ босые‚ они так ловко ходят за плугом‚ как если бы отцы и праотцы их были земледельцами".

Из газетной статьи: "Какой-то дядя в картузе‚ съехавшем козырьком на ухо‚ ходит за плугом и покрикивает на коня‚ а позади него шагает другой и пихает что-то в борозду. Это и есть переселенцы‚ минские евреи – двое портных... или двое мелких лавочников‚ которых слопала кооперация‚ или двое сватов-шадхенов‚ которых сводит со света эта новая мораль‚ позволяющая юношам и девушкам влюбляться друг в друга‚ не давая при этом заработать бедному еврею-посреднику‚ хотя, казалось бы, ему тоже надо жить".

В степных районах юга Украины насчитывалось полтора миллиона десятин бывшей помещичьей земли‚ которую прежде не обрабатывали. Туда начали переселяться украинские крестьяне‚ а вместе с ними отправились в путь и евреи. Они объединялись в группы‚ на свой страх и риск шли на юг Украины или в Крым‚ где занимали и распахивали свободные целинные земли. В те годы в Крыму появилось двадцать новых еврейских поселений‚ часть из них с названиями на иврите – Кадима (Вперед)‚ Херут (Свобода)‚ Ахдут (Единство)‚ Бейт-Лехем.

К началу 1925 года в Советском Союзе занимались земледелием около ста тысяч евреев с учетом членов семей: половина из них поселилась на земле еще в царское время‚ а остальные после Гражданской войны. Представитель евсекции побывал в новых‚ стихийно созданных поселениях‚ где условия жизни были невыносимы‚ и задал естественный вопрос: "Почему вы не посоветуете тем‚ кто сидит в местечке‚ не трогаться пока с места? Вы так сильно мучаетесь‚ – отчего же еще находятся желающие переселяться?" На это он получил ответ: "Нам нечего терять. В местечке остается только умереть с голода..."

С. Диманштейн говорил на совещании в ЦК ВКП(б): "От революции в большинстве своем евреи даже проиграли‚ а не выиграли... Пятнадцать–двадцать процентов улучшили свое положение после революции‚ тридцать процентов осталось в том же положении и у пятидесяти процентов положение ухудшилось... Еврейское население в местечках вымирает‚ молодежь уходит в контрабанду‚ где находит себе выход человек‚ ни к чему не приспособленный".

Обследование украинских местечек приводило к незавидным результатам: "Дома не имеют дворов‚ не имеют зеленых насаждений... крайне близко расположены друг к другу... Улицы немощеные‚ тротуаров нет... Пищевые продукты (на базарной площади) продаются прямо с земли‚ в лучшем случае с возов... Общественных уборных‚ мусорных ящиков нет... Колодцы содержатся в крайне антисанитарном состоянии... Все отбросы‚ мусор‚ вплоть до человеческих выделений выбрасываются на улицу куда попало... Все это дождями смывается в реку‚ в сухую погоду пылью разносится по местечку‚ заносится обувью в квартиры".

Стороннего наблюдателя поражали в местечках обветшалые деревянные дома‚ покосившиеся‚ подпертые бревнами стены‚ забитые фанерой окна‚ повалившиеся заборы‚ непролазная грязь после дождей. "Если еврейское местечковое население не перевести на другие хозяйственные рельсы‚ – предупреждали экономисты‚ – то оно несомненно обречено на голодное вымирание". Чтобы разрешить эту проблему‚ в августе 1924 года был создан Комитет по земельному устройству трудящихся евреев (КОМЗЕТ). Его задачу определили однозначно: "открыть для еврейской бедноты доступ к производительному труду на земле". Председатель Комитета П. Смидович заявил: "Экономическая политика советской власти зажимает и будет зажимать" традиционные источники дохода еврейского населения – частную торговлю‚ посредничество‚ ремесленный труд‚ поставив евреев "перед опасностью вырождения"‚ а потому выход один: наделить землей беднейшие слои еврейского населения.

КОМЗЕТ обещал в ближайшие десять лет переселить на землю сто тысяч семей – примерно двадцать процентов еврейского населения Советского Союза. Для этого решили выделить сто тысяч гектаров из государственного земельного фонда в степных малонаселенных районах северного Крыма и юга Украины‚ где "евреи могли бы селиться более или менее компактными массами". Земля предоставлялась для обработки безвозмездно‚ в постоянное трудовое пользование; наравне с прочими переселенцами евреям полагались льготы на переезд‚ освобождение от налогов и воинской повинности на первые три года‚ материал для постройки домов‚ кредит на приобретение инвентаря – и тысячи семей торговцев‚ ремесленников‚ лиц без определенных занятий заявили о своем желании стать земледельцами‚ чтобы вырваться из нищеты еврейских городков и местечек.

Из письма евреев Гомеля в редакцию газеты "Эмес" (1925 год): "Мы проживаем последние крохи. Одни из нас уже похожи на мертвецов‚ другие еще немного барахтаются и... тоже погибнут... Дайте нам возможность переселиться на землю... Вы не хотите нашей торговли – дайте нам землю".

3

В 1925 году начало работу всесоюзное добровольное Общество землеустройства еврейских трудящихся (ОЗЕТ)‚ чтобы помогать переселению и собирать для этого средства в Советском Союзе и за границей. "Никакими посторонними делами‚ – утверждал Ю. Ларин, первый председатель Общества‚ – ни борьбой с религией‚ ни борьбой с сионизмом‚ ничем этим ОЗЕТ не занимается. Его дело – организовать еврейское земледелие". Работу ОЗЕТа контролировала евсекция; работники этого добровольного общества превратились в государственных служащих‚ которых назначали и смещали по указанию властей. В правление ОЗЕТа вошли советские партийные и государственные деятели – председатель президиума ЦИК М. Калинин‚ нарком внешней торговли Л. Красин‚ нарком иностранных дел Г. Чичерин и его заместитель М. Литвинов. Почетными членами Общества стали известные деятели науки и культуры‚ среди них М. Горький‚ который написал из Италии: "Факт возникновения ОЗЕТа несколько отрезвит граждан-антисемитов‚ в чьих черепах снова начинает закипать нездоровый мозг".

ОЗЕТ совместно с КОМЗЕТом вербовал переселенцев‚ помогал им при переезде‚ размещал на новых местах‚ строил дома‚ обеспечивал скотом и инвентарем. Переселение на землю пропагандировали в книгах и брошюрах на идиш‚ русском‚ украинском‚ узбекском‚ татарском и других языках‚ в агитационном фильме "Евреи на земле" и в газете "Трибуна"; для привлечения переселенцев исполняли по радио песни на идиш: "На Херсонской вольной ниве не познаете нужду..." Отделения ОЗЕТа появились по всему Союзу – в Ленинграде‚ Минске‚ Харькове‚ Казани‚ Тбилиси‚ Омске‚ Красноярске‚ Хабаровске; чтобы подчеркнуть его интернациональный характер‚ создавали тысячи ячеек на заводах и в учреждениях‚ в школах и институтах‚ в воинских частях и на флоте – целые предприятия записывались в них по команде начальства‚ и со временем в ОЗЕТе оказалось более трехсот тысяч человек‚ половину которых составляли неевреи.

ОЗЕТ направлял трудовые бригады на уборки урожаев‚ посылал делегации рабочих‚ военных‚ школьников и студентов для ознакомления с жизнью евреев-земледельцев‚ собирал пожертвования среди евреев-нэпманов, проводил всесоюзные лотереи‚ по которым можно было выиграть часы, фотоаппарат, велосипед, швейную машину или Большую Советскую энциклопедию, даже поездку в США, – доход с каждой лотереи давал дополнительные средства на переселение еврейских семей.

Первые переселенцы вспоминали: "Отец был меламедом. Перестали приходить ученики. Не стало заработков. Поехали на телеге в Крым..." – "Было голодно. Мама-учительница получала семьдесят рублей в месяц‚ а пуд муки стоил триста рублей... Бросили все‚ приехали на пустое место..." – "Воды не было‚ воду покупали у соседей. Вырыли землянки‚ начали строить бараки‚ совместно обрабатывали земли..." – "Голая степь. Солончаки. Вспахали – заблестела соль. Посеяли – ничего не уродилось..." – "Местные не верили‚ что евреи смогут утвердиться‚ а мой отец говорил: "Мы трудно работаем‚ но мы хорошо будем жить".

Украинцы на Украине и татары в Крыму с беспокойством встретили пришельцев‚ которые занимали свободные земли‚ и отношения между соседями бывали напряженными. Татарские руководители в Крыму призвали татар расселяться без разрешения на пустовавших землях, а деятели ОЗЕТа обвинили их в натравливании татарского населения на переселенцев-евреев. Крестьяне на Украине захватывали порой участки‚ выделенные для переселенцев‚ пытались завладеть их урожаем‚ уничтожали посевы на полях‚ и евреи поговаривали о создании отрядов самообороны. На отношения соседей влияли и невиданные ранее трактора, новейший инвентарь‚ семена и породистый скот, которые евреи получали бесплатно из-за границы – к зависти окрестных жителей. В ЦК партии Украины отметили с беспокойством: "И сейчас уже в крестьянство проникли слухи об особых льготах для переселения евреев и соответствующие разговоры. На Правобережье‚ где земельная теснота наивысшая‚ такие разговоры наиболее политически опасны".

Первые переселенцы-евреи из Украины‚ Белоруссии‚ России жили в бараках‚ палатках‚ на подводах под открытым небом‚ получали у государства инвентарь и семена‚ засевали выделенные им участки‚ которые прежде не обрабатывались‚ сооружали временные землянки с убогой мебелью – стол‚ кровать и скамейка. Условия жизни были тяжелыми‚ и в ежегоднике "Еврейский крестьянин" написали: "Когда вчерашний сапожник‚ одетый в рубище‚ с блестящими глазами‚ с перекошенным от отчаяния лицом‚ внешне спокойно заявляет‚ что если ему не будет оказана немедленно помощь‚ он уйдет куда глаза глядят‚ – это не жест‚ не шантаж‚ а крик наболевшей души доведенного до отчаяния бедняка... У него есть лошадь‚ которая не может работать‚ у него есть корова‚ которая не дает молока‚ и у него есть куча детей‚ которые тщетно молят о куске хлеба. Этого земледельца даже не радует выпавший благодатный дождь‚ не тешит предстоящий урожай‚ который нечем и некуда убрать и до которого он едва ли доживет... Бедность ужасающая: почти все голодают в буквальном смысле слова... Голодны люди‚ голодны лошади".

Не выдержав тяжелых условий жизни‚ новые земледельцы уходили из поселений‚ разбредались по округе‚ искали работу в городах. В харьковской газете "Штерн" появилось такое сообщение: "В Харьков прибыло из Крыма большое количество цыган‚ среди которых многие говорят по-татарски и на идиш и объявляют себя евреями‚ оставившими свои места из-за голода... Неясно‚ оцыганившиеся ли это евреи‚ случайно приставшие к табору‚ или оевреившиеся цыгане".

4

У советского правительства не было средств‚ чтобы осуществить такой грандиозный проект‚ а потому руководители ОЗЕТа обратились за помощью к еврейским общинам всего мира. Известные еврейские писатели подписали воззвание "К евреям всех стран" – финансово поддержать переселенческую деятельность‚ чтобы "презрение поколений" не стало уделом тех‚ кто не впишет в это начинание "своего имени". Группы содействия ОЗЕТу появились в Берлине‚ Лондоне‚ Нью-Йорке‚ Копенгагене‚ в Риге и Тель-Авиве‚ в Буэнос-Айресе и Иоганнесбурге. Ежегодник "Еврейский крестьянин" предостерегал: "Еврейские массы говорят своим американским землякам: "Требуйте‚ чтобы каждый трудовой грош‚ собираемый среди вас в Америке... пошел на землеустройство евреев в Советском Союзе... Следите‚ чтобы эти деньги не были вписаны в сионистскую "золотую книгу"‚ а были засеяны еврейскими земледельцами в плодоносной земле Советского Союза".

Общество распространения земледельческого и ремесленного труда среди евреев (ОРТ) присылало из Берлина деньги и специалистов‚ чтобы подготовить молодежь к профессиональной деятельности‚ развивало ремесла в земледельческих поселениях – изготовление ковров‚ платков‚ покрывал‚ шляп и перчаток для дополнительного заработка. Еврейское колонизационное общество (ЕКО) снабжало земледельцев инвентарем и посевными семенами‚ создавало и финансировало школы для приобретения технических и сельскохозяйственных специальностей. Пришло на помощь и американское Общество содействия еврейской колонизации в России (ИКОР). За первые пять лет советское правительство выделило для переселения евреев не более тридцати процентов от всех затраченных средств‚ а остальное дополнили благотворительные организации из-за границы.

Более других помогал Джойнт‚ который в 1924 году образовал дочернюю компанию – Американскую еврейскую агрономическую корпорацию (Агро-Джойнт) для оказания помощи переселенцам. Директор Агро-Джойнта Д. Розен говорил: решение о его создании "было навязано нам страдающими еврейскими массами России. Для них вопрос о колонизации является не темой для теоретических споров... а вопросом жизни и смерти в самом подлинном‚ самом ужасном и неприкрашенном смысле этого слова". А П. Смидович‚ председатель КОМЗЕТа, заявил: "Если бы мы знали‚ что калмыки тоже смогут достать деньги за границей‚ чтобы вложить их в наше сельское хозяйство‚ – мы бы дали землю и им".

По договору с советским правительством Агро-Джойнт безвозмездно ввозил сотни американских грузовиков, тракторов и комбайнов, машины для копания глубоких артезианских колодцев на засушливых землях Крыма‚ корчевальные машины для расчистки лесных массивов в Белоруссии‚ а также сельскохозяйственный инвентарь – все это навсегда оставалось в СССР и не подлежало какой-либо оплате.

Работники Агро-Джойнта выбирали и подготавливали земельные участки‚ строили для переселенцев поселки‚ школы, больницы и клубы‚ инкубаторы, птицефермы и силосные башни‚ занимались водоснабжением‚ обеспечивали семенами‚ создавали ремонтные станции и курсы по подготовке механизаторов‚ закладывали фруктовые сады и виноградники‚ поставляя из Франции лучшие сорта виноградной лозы‚ развивали огородничество‚ овцеводство‚ кустарные промыслы‚ выдавали ссуды на покупку скота‚ птицы‚ инвентаря‚ выделяли средства на улучшение медицинского обслуживания населения, награждали медалями Агро-Джойнта лучших земледельцев-евреев. На деньги этой организации свыше тысячи детей учились в школах для подготовки полеводов, а техникум в Ново-Полтавке преобразовали в сельскохозяйственный институт.

Агро-Джойнт тратил огромные средства на безвозмездную помощь, но – в отличие от Джойнта прежних времен – требовал возврата выдаваемых ссуд с учетом годовых процентов; переселенцев обязывали вложить и собственные средства‚ чтобы присутствовала личная заинтересованность. На устройство одной семьи следовало затратить тысячу рублей‚ из которых триста–четыреста рублей выделял переселенец‚ двести–триста – КОМЗЕТ и ОЗЕТ‚ четыреста–пятьсот рублей – Агро-Джойнт. Его директор Д. Розен писал про еврейских земледельцев: "Они поразительно сильны духом несмотря на очень тяжелые условия‚ в которых им приходилось жить без каких бы то ни было удобств‚ в жалких землянках или лачугах‚ часто даже под открытым небом‚ выполняя работу‚ к которой многие не привыкли".

Из воспоминаний о том времени: "Отец получил кредит у Агро-Джойнта‚ купил двух лошадей и корову‚ кур и индеек‚ инвентарь и посевной материал... На деньги кредита отцу построили небольшой‚ сельского типа дом под железной крышей..." – "После вспашки засевали землю пшеницей‚ ячменем‚ овсом‚ кукурузой‚ подсолнечником. Огород засевали овощами‚ не требовавшими много воды – тыква‚ лук‚ картофель... На вырученные деньги погашали кредит..." – "Когда пришел первый трактор "Фордзон" красного цвета‚ в поселке был праздник‚ катали на нем детей и взрослых. Спасибо Джойнту – помог жить вместе‚ еврейским поселком‚ без чужих".

Агрономы утверждали‚ что на Украине "уже на втором году хозяйствования еврейский переселенец осваивает девяносто процентов всей надельной земли". Земледельцы-евреи использовали трактора‚ тщательно обрабатывали почву под наблюдением специалистов Агро-Джойнта‚ очищали семена перед севом и получали порой более высокие урожаи‚ чем их соседи – потомственные крестьяне. Выращивали пшеницу‚ рожь‚ овес‚ ячмень и подсолнечник‚ закладывали виноградники‚ разводили коров и овец‚ основывали пункты по переработке молока и сыроварни‚ кожевенные и черепичные заводы. Представитель Агро-Джойнта отметил в своем исследовании: "Новые еврейские земледельцы... владея живым и подвижным умом‚ культурными навыками и запросами городских жителей‚ быстро усваивают любой экономический совет... Любое просветительское начинание – будь то лекция или беседа по сельскому хозяйству‚ устройство сельскохозяйственной библиотеки – находит тут самое живое сочувствие и напряженное внимание".

Для поселения евреев выделяли земли не только в Крыму и на юге Украины‚ но и небольшие участки в Белоруссии‚ Дагестане и Узбекистане, в Брянском и Смоленском округах РСФСР. К 1928 году в земледельческих поселениях Советского Союза находилось около двухсот тысяч евреев‚ что составляло примерно восемь процентов еврейского населения страны. К 1931 году Агро-Джойнт образовал сто семьдесят поселков на Украине и в Крыму‚ способствовал расселению двадцати тысяч семей‚ построил для них семь с половиной тысяч домов. В Херсонском округе еврейские поселки занимали сплошную территорию на расстоянии пятидесяти километров; можно было пересечь Крым из Феодосии в Евпаторию‚ встречая на пути одно еврейское поселение за другим.

Названия поселков отражали веяния того времени: по-русски – Красный пахарь‚ Новая заря‚ Пролетарий‚ Трудовая нива‚ Красный луч‚ Сталино‚ Луначарск‚ Комзетовка; на идиш – Эрд Арбейтер (Земледелец)‚ Арбейт (Труд)‚ Штерн (Звезда)‚ Най Вег (Новый путь)‚ Фрайндшафт (Дружба)‚ Лениндорф и Бухариндорф (село Ленинское и село Бухаринское). Появилось и поселение Икор по названию американского благотворительного общества‚ а также село Розенвальд – в честь чикагского еврея Ю. Розенвальда‚ пожертвовавшего пять миллионов долларов на нужды переселенцев.

А брошюра ОЗЕТа уже предупреждала евреев-земледельцев в 1929 году: "Безусловно‚ деятельность заграничных буржуазных организаций не может не иметь кое-какое нежелательное для нас идеологическое влияние... однако это уже наше дело разъяснить еврейскому населению истинный смысл деятельности всяческих буржуазных филантропов‚ которые под различными масками – то благочестия‚ то национальной солидарности – преследуют свои классовые интересы".

Агро-Джойнт предоставил Советскому Союзу заем на выгодных условиях – девять миллионов долларов, а также крупное безвозмездное пожертвование; договор о совместном сотрудничестве был продлен до 1953 года. Но экономический кризис в Америке и Европе уменьшил поступление средств‚ и Агро-Джойнт начал сворачивать свою деятельность. На это повлияло и усиление репрессий в СССР‚ аресты поселенцев-евреев‚ преследования иностранных специалистов – врачей‚ инженеров‚ агрономов‚ которые работали в Агро-Джойнте, хотя эта организация постоянно подчеркивала свое невмешательство во внутренние дела государства.

В атмосфере постоянного запугивания и террора не было возможности продолжать работу, и в 1938 году Агро-Джойнт прекратил свое существование. Его сотрудники, граждане СССР‚ также не избежали репрессий. Юриста И. Гроера‚ заместителя Д. Розена‚ приговорили к расстрелу за измену родине и шпионаж в пользу Германии; другого заместителя‚ агронома С. Любарского‚ расстреляли за шпионаж‚ экономическое вредительство‚ организацию террористических актов (реабилитированы посмертно).

5

Евреи не составляли большинства населения ни в одном из районов страны, а потому создание еврейской автономии – наподобие национальных областей малых народов – казалось невозможным. Лишь массовое переселение на какую-либо территорию могло разрешить обе задачи – привлечь безработных к труду на земле и образовать еврейскую автономию в Советском Союзе.

В 1923 году в ЦК партии поступило предложение – создать еврейскую национальную область на территории Белоруссии; работала комиссия для разработки проекта‚ но это ни к чему не привело. В том же году журналист А. Брагин предложил переселить евреев на пустующие степные земли юга Украины‚ чтобы у побережья Черного моря‚ между Бессарабией и Абхазией создать еврейскую автономию со столицей в Одессе. Этот план поддержали видные партийные деятели‚ однако его отклонили, чтобы не обострять отношения с коренным населением. Затем заговорили о еврейской автономии на пустующих землях северного Крыма‚ но деятели евсекции воспротивились этому: "Проект создания еврейской автономной республики в Крыму есть проявление глупости и злонамеренности. Глупости потому‚ что нам‚ евреям‚ он не нужен; злонамеренности потому‚ что выдумали его с единственной целью – выманить деньги у "состоятельного" американского еврейства".

Большевики-евреи опасались быть обвиненными в национализме‚ а потому выступали против еврейской автономии и постоянно подчеркивали‚ что переселение евреев имеет единственную цель – занять их "полезным" трудом для решения экономических проблем. Однако на съезде ОЗЕТа в конце 1926 года М. Калинин неожиданно выступил против ассимиляции: "Перед еврейским народом стоит большая задача – сохранить свою национальность‚ а для этого нужно превратить значительную часть еврейского населения в оседлое крестьянское земледельческое компактное население‚ измеряемое‚ по крайней мере‚ сотнями тысяч. Только при таких условиях еврейская масса может надеяться на дальнейшее существование своей национальности".

К тому времени стало ясно‚ что грандиозные планы КОМЗЕТа и ОЗЕТа практически невыполнимы. В стране было огромное количество крестьян с недостаточными наделами земли‚ которые стремились переселиться на новые места‚ а потому власти не могли выделить сотни тысяч гектаров для еврейского неземледельческого населения. Переселенческий земельный фонд на Украине был почти исчерпан; чтобы не возбуждать вражды‚ следовало найти земли для расселения евреев на пустых или малонаселенных территориях. Их искали в районе Азовского моря‚ на Северном Кавказе и Алтае‚ в степях Северного Казахстана; летом 1927 года экспедиция КОМЗЕТа побывала на Дальнем Востоке‚ за восемь тысяч километров от Москвы‚ и обследовала неосвоенные земли к западу от Хабаровска‚ на левом берегу полноводного Амура‚ отделяющего Советский Союз от Маньчжурии‚ провинции Китая.

Экономисты и агрономы ОЗЕТа возражали против переселения в тот район: там были обширные болотистые местности‚ непроходимая тайга‚ неисчислимые виды кровососущих насекомых‚ змеи‚ хищники‚ непроезжие грунтовые дороги со сгнившими мостами‚ долгая малоснежная зима с температурой до сорока градусов мороза и промерзанием земли на глубину до двух метров‚ жаркое и влажное лето с многодневными непрерывными дождями‚ когда реки выходили из берегов и смывали до основания целые деревни. Та территория изобиловала древесиной‚ рыбой‚ дичью и пушным зверем‚ отличалась богатством полезных ископаемых – железная руда‚ золото‚ уголь‚ мрамор и графит‚ однако добыть эти ископаемые было чрезвычайно трудно. И тем не менее в марте 1928 года советское правительство выделило этот район "для нужд сплошного заселения трудящимися евреями"‚ чтобы "при благоприятных результатах" создать там в будущем "еврейскую национальную административно-территориальную единицу".

Площадь того обширного края превышала территорию Бельгии‚ а его население составляло не более тридцати тысяч жителей‚ менее одного человека на квадратный километр. Выделенный для заселения район пересекала грунтовая дорога "колесуха"‚ построенная еще каторжанами. Пересекала его и Транссибирская железнодорожная магистраль – из Москвы‚ через Сибирь‚ до Владивостока на Тихом океане, на которой стояла станция Тихонькая и небольшой таежный поселок при ней в междуречье Биры и Биджана, притоков Амура. По названию этих рек и возникло наименование района – Биробиджан‚ а на месте станции Тихонькой вырос город с таким же именем. В брошюре ОЗЕТа написали: "Биробиджан в настоящее время почти не заселен и на эту землю не имеется претендентов со стороны местного населения; это исключает возможность нежелательных национальных трений между старожилами и еврейскими переселенцами".

Б.Бруцкус‚ экономист (1928 год): "Колонизация Амурской области... сопряжена с совершенно исключительными трудностями; невозможно себе представить‚ чтобы выходцы из еврейских местечек справились с такой задачей. Когда "евсекам" указывают на эти затруднения‚ они их не отрицают‚ но они говорят: положение еврейского населения настолько тяжело‚ что за охотниками поехать в Биробиджан дело не станет".

6

Инициатором этой идеи был "всесоюзный староста" М. Калинин – так он‚ во всяком случае‚ утверждал: "Я дал КОМЗЕТу задание найти такое место‚ где были бы все необходимые политические‚ климатические и естественные условия. И действительно‚ в Биробиджане имеется все. Прежде всего большая‚ свободная‚ плодородная территория на государственной границе. Там другой национальности‚ кроме еврейской‚ в качестве претендентов нет".

Существовали и стратегические соображения того времени – укрепить дальневосточную границу Советского Союза‚ не допустить проникновения китайцев на те земли‚ а когда японцы начали оккупацию Маньчжурии‚ заселение дальневосточных земель приобрело особую важность. А потому в брошюре КОМЗЕТа отметили: "Через десять–пятнадцать лет китайцы подойдут плотной массой к рекам Амур и Сунгари... Вопрос сводится к тому‚ удастся ли заселить в ближайшие десять–пятнадцать лет Биробиджанскую приамурскую полосу. Если она будет заселена своевременно‚ то тогда китайская сельскохозяйственная иммиграция станет невозможной".

Специалисты рекомендовали начать переселение через год‚ чтобы подготовиться к приему первых групп‚ однако все произошло значительно быстрее – в эпоху досрочного выполнения и перевыполнения любых планов. В марте 1928 года приняли решение о переселении евреев в Биробиджан‚ и уже через месяц первые группы из Украины и Белоруссии отправились в путь. Корреспондент газеты "Эмес" сообщал: "Харьков провожал нас скромно‚ но тепло... Короткий митинг. Делегации выстраиваются у паровоза‚ начинают петь "Интернационал". Переселенцы подхватывают‚ и под бодрые‚ веселые звуки музыки поезд отходит".

На станции Тихонькая их тоже встречали с музыкой; первые переселенцы получили лошадей‚ упряжь‚ кое-какой инвентарь и‚ разделившись на две группы‚ поехали на заранее выбранные участки. Одна группа отправилась по размытой грунтовой дороге на опытное поле – путь в шестьдесят километров занял у них несколько дней; другая группа поплыла на пароходе по Амуру‚ чтобы в безлюдном месте заложить рисовые плантации. А со станции Тихонькая уже телеграфировали в Хабаровск (май 1928 года): "В четверг прибывают сто шестьдесят пять переселенцев. Расквартировать невозможно. Срочно вышлите палатки..." – "Люди болеют. Настроение крайне напряженное. Дайте срочное распоряжение занять клубы‚ школы..." – "Фуража и продовольствия совершенно нет. Лошади и переселенцы голодают..."

Переселенцы на Дальний Восток – и евреи в том числе – получали повышенные льготы по сравнению с переселенцами в другие районы страны: почти бесплатный проезд по железной дороге‚ долгосрочные ссуды‚ освобождение от налогов на продолжительное время‚ отсрочку от призыва в армию; лишенцы получали на новом месте избирательные права‚ а их дети – "право поступления в высшие учебные заведения Сибири и Дальнего Востока наравне с детьми рабочих". К концу 1928 года в Биробиджан приехали девятьсот пятьдесят человек‚ однако шестьсот из них вскоре уехали обратно. Для многих переселение оказалось не продуманным желанием изменить образ жизни‚ но вынужденным бегством от голода и лишений. Они попадали в Биробиджан‚ ничего не зная об этом крае‚ порой в отдаленные его районы‚ куда можно было добраться лишь по реке‚ и то не в любое время года; у них не было навыков работы – пилить деревья в тайге‚ корчевать пни‚ распахивать целинную землю‚ а потому они уезжали обратно или отправлялись в индустриальные центры‚ где можно было устроиться на завод.

Из результатов обследования (1929 год): "В поселке при станции Тихонькая... образуется затор из еврейских переселенцев. Они живут в бараках. В невероятной скученности и грязи там валяются вповалку на двухэтажных нарах десятки чужих друг другу людей – холостяков‚ молодых женщин‚ стариков‚ многодетных семейств с грудными младенцами... Они сидят там по два и по три месяца‚ так как‚ во-первых‚ земельные фонды не подготовлены‚ а во-вторых‚ нет дорог".

Тяжелые условия быта‚ болезни‚ отсутствие медицинской помощи, беспокойство за будущее детей гнали людей из Биробиджана. Этому способствовали и климатические условия‚ неподготовленность местных организаций к массовому переселению‚ а также нехватка средств‚ чтобы обеспечить на первое время хлебом‚ орудиями труда‚ крышей над головой. Планы по переселению составляли завышенными‚ путевки выдавали порой немощным людям‚ неспособным к физическому труду‚ которые тут же возвращались обратно‚ а сотрудники КОМЗЕТа докладывали в центр о выполнении норм переселения.

Приезжали‚ конечно‚ и молодые идеалисты‚ захваченные грандиозной идеей создать в диком‚ заброшенном краю еврейский национальный район‚ – это был вызов для них‚ желание сразиться с природой и победить‚ но реальность сразу же начинала диктовать свои условия. Холод. Затяжные дожди. Непролазная грязь. Отсутствие дорог. Жизнь в палатках на голой земле. Перебои с поставками продовольствия. Поголовный падеж скота от сибирской язвы. Гнус‚ от которого не было спасения. "В последние ночи комары не давали спать, – сообщали первые поселенцы. – Печь сломана‚ питаемся плохо. Свиньи погибают. Дожди не прекращаются. Сено гниет. Все вместе создало у части ребят настроение: домой!.." В 1929 году планировали переселить пятнадцать тысяч человек, приехали не более двух тысяч; многие из них вскоре вернулись обратно или разъехались по городам Дальнего Востока.

В 1930 году был основан в Биробиджане еврейский национальный район (население – 38 000 человек‚ евреев – 2672). Официальная пропаганда делала свое дело‚ и в книге очерков написали о переселенцах: "Они приехали за десять тысяч километров‚ из голодных местечек‚ из бывшей черты их оседлости‚ которая осталась чертой их нищеты; они одолели традиции поколений и расстояние‚ и тайгу‚ и построили себе селение‚ и живут‚ и корчуют старые пни‚ и обрабатывают землю. Слушай это‚ Израиль! И не-Израиль тоже слушай хорошенько!.."

И. Фефер‚ из стихотворения на идиш:

Чей шаг? В сибирские леса

Вступила чья нога?

То мы‚ то наши голоса!

То мы‚

То мы‚

Тайга!..

Переселение в Биробиджан пропагандировала организация ОЗЕТ; ее отделения были повсюду‚ даже в Верхнеудинске существовал ОЗЕТ Бурят-Монгольской АССР ‚ выпустивший газету "Озетовец Бурятии". Проводили лотереи в пользу переселенцев‚ печатали пропагандистские материалы на идиш и русском языке‚ посылали в Биробиджан делегации рабочих‚ писателей‚ журналистов для пропаганды заселения района. Но несмотря на многие усилия, количество переселенцев было незначительным, и деятели евсекции признавали: "Евреи голосуют за Биробиджан руками‚ но не ногами". В 1931 году призвали к переезду солдат-евреев‚ и после демобилизации поехали в Биробиджан около тысячи человек. Удачным для переселения оказался 1932 год‚ когда в западных районах страны свирепствовал голод: приехали четырнадцать тысяч евреев‚ в основном с Украины‚ однако более шестидесяти процентов из них в том же году уехали обратно. В 1933 году планировали переселить двадцать пять тысяч человек‚ но приехали лишь три тысячи.

Промышленность и сельское хозяйство Биробиджана развивались слабо из-за недостатка отпускаемых средств и малого количества жителей‚ которые не могли освоить огромные‚ труднодоступные территории. Еврейский национальный район не обеспечивал себя продовольствием‚ а потому хлеб‚ картофель и другие продукты завозили из других районов. В городе Биробиджане были три мощеные улицы‚ отсутствовали водопровод и канализация‚ питьевую воду брали из неглубоких загрязненных колодцев‚ и жители страдали желудочно-кишечными заболеваниями; две поликлиники обслуживали население города‚ одна из которых предназначалась для начальства и членов их семей.

В мае 1934 года еврейский национальный район преобразовали в Еврейскую автономную область в составе Дальневосточного края. По этому поводу М. Калинин говорил: "Вы спрашиваете‚ почему организовали Еврейскую автономную область?.. Основная причина‚ что у нас евреев очень много... это единственная в Союзе ССР национальность‚ насчитывающая до трех миллионов населения и не имеющая государственного образования... Биробиджанская еврейская национальность не будет национальностью с чертами местечковых евреев... потому что из нее вырабатываются сейчас социалистические "колонизаторы" свободной‚ богатой земли с большими кулаками и крепкими зубами".

Первым секретарем обкома партии Биробиджана назначили М. Хавкина‚ а председателем областного исполкома И. Либерберга. В Биробиджане возникли еврейские сельсоветы; в 1937 году в еврейских школах учились почти две тысячи детей; пытались ввести изучение языка идиш в русских и корейских учебных заведениях‚ но из этого ничего не получилось. Выходила на идиш газета "Биробиджанер штерн" ("Биробиджанская звезда")‚ работали Государственный еврейский театр имени Л. Кагановича и областная библиотека имени Шолом-Алейхема. Идиш стал официальным языком наравне с русским‚ а потому вывески на улицах и железнодорожных станциях‚ печати и почтовые штемпеля изготавливали на двух языках. Однако языком делопроизводства идиш не стал‚ хотя и пытались это осуществить: большинство населения Еврейской автономной области не знало этот язык‚ и даже в еврейских колхозах документы составляли по-русски.

Из брошюры ОЗЕТа "Биробиджанские зарисовки" (1934 год): "Город Биробиджан насчитывает около шести тысяч душ населения... "Товарищ‚ что это за большое трехэтажное красное здание?" – "Это наш биробиджанский Дом Советов. Еще не закончен‚ но там уже разместилось большинство наших учреждений: райпартком‚ райкомсомол‚ районный исполком‚ райнаробраз‚ райздрав‚ райснаб"... Дождь... Как видно‚ дождь зарядил на целый день‚ но я думаю: "Светит солнце. Над Биробиджаном восходит солнце‚ наше большое социалистическое солнце‚ солнце трудовой и свободной жизни".

В Биробиджан переселялись представители разных национальностей‚ и к 1935 году количество евреев составило 23%: самый высокий процент еврейского населения за все времена. В 1937 году переселением занялись органы НКВД‚ предполагая направить туда семнадцать тысяч человек‚ но приехали лишь три тысячи. КОМЗЕТ и ОЗЕТ были распущены; плановое переселение евреев практически прекратили‚ чтобы возобновить его на короткий срок после окончания Второй мировой войны. В 1939 году в Еврейской автономной области насчитали 17 695 евреев (16‚2% населения)‚ и первый секретарь обкома партии заявил: "Незначительный процент еврейского населения не оправдывает той цели‚ которая была поставлена при создании автономной области".

7

Переселение евреев на землю было воспринято во всем мире как вызов сионистскому движению‚ которое желало заселить Эрец Исраэль. Большевики-евреи противопоставляли свою работу деятельности сионистов‚ и заместитель председателя КОМЗЕТа А. Мережин провозглашал: "Мы думаем‚ что переход к земледелию – лучший способ истребить сионизм... За три года планомерной работы в области сельского хозяйства... мы имеем успех‚ превышающий почти в пять раз результаты усилий сорокапятилетней работы в Палестине".

Коммунисты подчеркивали разницу между заселением Биробиджана и Палестины и утверждали‚ что переселение на Дальний Восток заменит сионистскую идею: вместо того‚ чтобы строить национальный дом на берегах Иордана‚ евреи построят его на берегах Амура. М. Калинин говорил: "Сионисты ведут кампанию против советской власти‚ сманивая еврейскую бедноту в Палестину‚ где они попадают в невероятную кабалу английского и еврейского капитала... Советская власть не может терпеть того‚ что из ее страны бежит не богач‚ не враг трудового народа‚ а обманутый еврейским капитализмом еврейский бедняк".

Вторили этому в брошюре ОЗЕТа "Биробиджан и Палестина" (1930 год): "Сионисты надеялись‚ что земельные массивы на Украине‚ в Белоруссии и в Крыму быстро иссякнут‚ и тогда они вновь смогут обманывать весь мир своей Палестиной. И вдруг – все надежды лопнули‚ как мыльный пузырь... Конкурировать с Биробиджаном Палестине не под силу". А еврей-коммунист из Германии сообщал в 1930 году после посещения СССР): "У Биробиджана большие перспективы. Евреи смогут наслаждаться там полной свободой... В Биробиджане нет арабской проблемы!"

Агро-Джойнт не принимал участия в биробиджанском проекте‚ вкладывая средства в развитие еврейских поселений в Крыму‚ Белоруссии и на Украине. Помогал Американский комитет по поселению евреев в Биробиджане (АМБИДЖАН)‚ собирали пожертвования еврейские организации в странах Америки и Европы‚ в Латвии было создано Общество содействия еврейской колонизации в СССР (ОСЕК). Американская благотворительная организация ИКОР безвозмездно привозила в Биробиджан тракторы‚ экскаваторы и автомобили‚ техническое оборудование‚ сельскохозяйственный инвентарь‚ разборные деревянные дома‚ медикаменты‚ типографии и электрические прачечные‚ породистых кур для птицеводческих хозяйств‚ сотни видов растений для опытных посадок; прислали в подарок даже коллекцию картин американских художников-евреев для местного музея‚ но картины в Биробиджан не попали‚ и следы их затерялись.