Глава XXXII О МЕССИРЕ ЖАНЕ ДЕ БЕТАНКУРЕ, ПЕРВОМ ЗАВОЕВАТЕЛЕ <КАНАРСКИХ ОСТРОВОВ>, И О РАСХОЖДЕНИЯХ МЕЖДУ ИСПАНСКИМИ, ИТАЛЬЯНСКИМИ И ФРАНЦУЗСКИМИ, А ТАКЖЕ ПРОЧИМИ ИСТОРИКАМИ И <АВТОРАМИ> НАШЕЙ «ИСТОРИИ» ПО ПОВОДУ ВРЕМЕНИ ЗАВОЕВАНИЯ. О БЕТАНКУРАХ НА КАНАРАХ, АЗОРАХ, В КАСТИЛИИ И ПОРТУГАЛИИ

Глава XXXII

О МЕССИРЕ ЖАНЕ ДЕ БЕТАНКУРЕ, ПЕРВОМ ЗАВОЕВАТЕЛЕ <КАНАРСКИХ ОСТРОВОВ>, И О РАСХОЖДЕНИЯХ МЕЖДУ ИСПАНСКИМИ, ИТАЛЬЯНСКИМИ И ФРАНЦУЗСКИМИ, А ТАКЖЕ ПРОЧИМИ ИСТОРИКАМИ И <АВТОРАМИ> НАШЕЙ «ИСТОРИИ» ПО ПОВОДУ ВРЕМЕНИ ЗАВОЕВАНИЯ. О БЕТАНКУРАХ НА КАНАРАХ, АЗОРАХ, В КАСТИЛИИ И ПОРТУГАЛИИ

Вернемся к мессиру Жану де Бетанкуру и напомним, что <cреди историков> находились такие, кто считал, что, по всей вероятности, он завоевывал не Канарские, а Азорские острова, однако это предположение опровергается и нашей «Историей» и всеми остальными. К тому же Азоры были открыты гораздо позднее – в 1505 году47 – фламандцами48 или португальцами. По-видимому, причиной такого заблуждения стало то, что в «Истории завоевания Португалии» упоминается некий Бетанкур: когда испанский король вел на Терсейре войну против дона Антонио49, на стороне испанцев сражался один из правителей этого острова по имени Жан де Бетанкур50. Весьма вероятно, что, после того как Бетанкуры продали кастильцам завоеванные ими Канары, кто-то из них обосновался на Азорах51.

Итак, этот сьер де Бетанкур, начав, как я уже это сказал, в 1402 году завоевание на свои средства, был вынужден, чтобы завершить его, обратиться за помощью к Энрике III, королю Кастилии; он получил эту помощь вместе с титулом и достоинством короля, хотя и зависимого от кастильской короны; и, овладев некоторыми из этих островов и не имея возможности захватить остальные из-за недостатка сил, находившихся в его распоряжении, он удовлетворился тем, что оставил там своего племянника Масио де Бетанкура и уехал во Францию с намерением вернуться на острова. Однако различные заботы, которые ожидали его дома, и, кроме того, великие войны, которые в то время королевство вело против англичан и бургиньонов, помешали его возвращению, не говоря уже о его возрасте: ему было шестьдесят шесть лет, когда он умер; это случилось в 1425 году. И на этом событии «История» завершается. На Канарах ему наследовал его племянник Масио. На Лансароте <сьер де Бетанкур> построил замок Рубикон, а на Фуэртевентуре – замок Ришрок и форт Балтарэ.

Французские, испанские и итальянские историки, писавшие последние шестьдесят лет52 и не обладавшие достаточной информацией об этом <событии>, разногласят и с «Историей», и между собой. Во-первых, есть расхождения по поводу имени <нашего героя>: одни называют его Гийомом, другие – Жаном де Бетанкуром, каковым и было его подлинное имя. Французы именуют его Бетанкур, авторы историй на латинском языке – Бетанкурий (Betancurius), Бентакурий (Bentacurius) и Вентакуртий (Ventacurtius); итальянцы, португальцы и кастильцы – Бетанкор (Betancor), Бентакор (Bentacоr) и Вентакор (Ventacor), встречаются и такие варианты, как Летанкор (Letancort) или Лектанкор (Lectancort). Что касается места рождения, одни считают его пикардийцем, другие – нормандцем, кем он и был на самом деле, ибо довольно часто упоминается его дом в земле Ко в окрестностях Дьеппа.

Что касается времени завоевания, одни относят его к 1405 году, другие (и таких большинство) – к 1417 году и даже к 1424 году. И тем не менее оно началось в 1402 году, как мы покажем ниже. Испанцы пишут, что сьер де Бетанкур, завоевав четыре из Канарских островов с разрешения короля Франции и с помощью короля Кастилии, чьим вассалом и ленником он стал, выбрал для своей резиденции остров Лансароте, где построил замок из камня и, получив позволение папы Мартина V53, поставил там епископа по имени Менде54 (которого «История» называет Альбером де Лас Касасом55). К этому Гарибай56 добавляет, что в 1417 году королева Екатерина, вдова Энрике III, короля Кастилии, и опекунша своего малолетнего сына хуана II57, отдала эти острова французу Жану де Бентакору по просьбе и рекомендации его родственника Рубена58 де Бракмона, адмирала Франции, из чего следует, что кастильские короли и до того считали Канары своей сеньорией59, хотя, согласно «Истории»60, в то время они вовсе не притязали на них и даже едва ли знали об их существовании.

Мариана61 пишет, что Жан Бентакурто, француз, предпринял свое путешествие с разрешения Энрике III при условии, что эти острова останутся под патронатом и оммажем кастильской короны; что он завоевал пять самых мелких из них и не смог овладеть другими, столкнувшись с многочисленными и храбро сражающимися отрядами аборигенов. затем он упоминает о епископе Менде, посланном туда Мартином V62. Возможно, папа отправил этого Менде позже, и его не следует смешивать с Альбером де Лас Касасом, которого Бетанкур поставил при Иннокентии VII, о чем речь пойдет ниже.

Гомара63, повествуя о тех же самых событиях, вносит некоторые добавления. <По его словам>, первыми на острова напали жители Майорки, но эти охотники пограбить были изгнаны оттуда после великой резни, а в 1393 году на Лансароте побывали севильцы и бискайцы, где взяли хорошую добычу и даже увезли с собой в Испанию короля и королеву острова со многими другими пленниками; однако первым завоевателем Канар был Бетанкур, который явился туда в 1417 году; чтобы совершить такое путешествие, он продал все свое имущество во Франции и экипировал несколько судов; благодаря этому, а также помощи испанцев он смог осуществить свое предприятие; епископом островов он поставил монаха по имени Менде, чтобы, как на то было повеление папы Мартина V, обратить в христианство местные племена; <Бетанкур> стал королем четырех из этих островов и оттуда отправлял во Францию множество рабов, воск, кожу, сало, орсель, драконову кровь, фиги и другие товары; ему наследовал его племянник Мено, который постоянно ссорился с епископом Менде, и поэтому кастильский король послал туда Педро Барбу64, которому Мено продал эти острова, а этот Педро в свою очередь перепродал их Фернану Перасе65; затем они перешли к Диего де Эррера66, у которого их потом приобрел король Фердинанд67. В заключение автор еще раз напоминает, что до Бетанкура христиане посещали эти острова только ради грабежа68.

Сурита69, опираясь в своей истории на данные Перо Лопеса де Айала70, рассказывает почти то же самое. Он сообщает, что папа Климент V71 около 1345 года короновал королем Канарских островов Луиса де Ла Серда, графа Клермонского, поручив ему отправиться на их завоевание и распространить там веру, но ничего из этого не получилось; что затем в 1395 году андалусийцы и гипускоанцы72 отправились к островам близ Африки, у побережья королевства Бенмарен73, которое в наших историях именуется Бель-Марин (т.е. Марокко), разграбили Лансароте и некоторые другие острова, но, не найдя там того количества золота и серебра, на какое рассчитывали, покинули их, увезя с собой только рабов, козлиные шкуры и воск. В конце концов, кастильский король Энрике III поручил осуществить это завоевание Рубену де Бракмону, адмиралу Франции, который верно служил и его отцу, королю дону хуану74, и ему самому во время войн против Португалии75, а Рубен де Бракмон перепоручил это дело своему родственнику Жану де Бетанкуру, права которого позже подтвердила вдовствующая королева Екатерина. Этот французский рыцарь, получивший титул короля <Канар>, захватил остров Фер, напал на Гран-Канарию, которую не смог подчинить из-за сопротивления местных жителей, и построил на Лансароте замок. Сурита добавляет, ссылаясь на свидетельство Гарсии де Санта Мария76, что Бенедикт XIII77 (антипапа, имевший резиденцию в Авиньоне, а затем в Арагоне78) сделал епископом этих островов францисканца Альфонса де Санлукара79, который был назначен епископом Рубикона, суффраганом80 архиепископа Севильи, но, поскольку тот слишком медлил с отъездом, папа назначил туда другого человека из того же ордена – по имени Мендо; однако после смерти Бетанкура его наследник Мено вступил в спор с епископом Мендо, и для наведения порядка королева Екатерина послала туда некоего Педро Барбу де Кампоса; Мено, в конце концов, продал эти острова Барбе, который затем перепродал их Фернану Перасе, севильскому дворянину. <Сурита утверждает>, что, хотя острова принадлежали кастильской короне, тем не менее некий португалец Эрнан де Кастро81 в 1425 году высадился с отрядом на Гран-Канарию, правда, не смог овладеть ею; что Энрике, португальский инфант82, попросил у короля Кастилии <соизволения> захватить эти острова с обязательством принести ему оммаж, но тот отказал в его просьбе; что в 1430 году король хуан II разрешил некоему Гусману, графу Ньебла83, обладавшему правами на эти земли, продать их дону Гильермо де Лас Касасу84, от которого они пере шли к Диего де Эррера. Однако принц дон Энрике Португальский, все больше и больше осознавая важность островов для морских плаваний в Гвинею, несмотря на прежний отказ короля, послал в 1450 году флот к Лансароте и Гомере и до 1454 года вел там войну с кастильцами. Король же Кастилии Энрике IV85 разрешил португальским графам Атунья86 и Виллареаль87 завоевать остальные Канарские острова88, но затем в 1460 году отменил свое решение, не желая наносить ущерба Диего де Эррера, которому они принадлежали; и, наконец, в 1461 году некий Педро де Вера89 был послан на завоевание Гран-Канарии, где после жестоких боев взял форт Гэте90 и принудил жителей принять христианство; когда же те снова восстали, разгромил их и окончательно покорил Мигель де Моксига91, захватив их последний оплот – форт Фатега92, считавшийся неприступным. Потом были завоеваны Пальма и Тенерифе. В 1487 году король Фердинанд приобрел у доньи Инесы Пераса все права, которые она имела на Канары93.

Бендзони94 тоже считает Бетанкура первым завоевателем островов. Он <рассказывает>, что, когда Бетанкур бросил якорь у берегов Гран-Канарии (он имеет в виду Лансароте), король острова по имени Байанор попытался помешать ему, но наши французы взяли вверх, и король, в конце концов, заключил с ними соглашение; они построили там форт, а затем завершили завоевание; спустя некоторое время Бетанкур (на самом деле его племянник Масио) продал три из этих островов графу де Ньебла.

Паоло Иовий95 также отдает честь первооткрывателя этих островов нашему Бетанкуру, а не португальцам и испанцам, которые уже потом, следуя его примеру, осмелились пойти дальше.

Гонсалес де Иллескас96 говорит, что дорога к Счастливым островам была надолго забыта, но в 1405 году француз Бетанкур вновь открыл путь к ним; это произошло во времена хуана II, короля Кастилии (он хочет сказать – Энрике III), с разрешения его матери, королевы Катарины, и инфанта дона Фернандо, правителя Испании97; этот Бетанкур завоевал и христианизировал острова, а затем они были проданы и перешли под власть испанцев. Среди прочего историк отмечает важность этого завоевания, внесшего огромный вклад в покорение Нового Света, ибо Канарские острова стали перевалочным пунктом, очень удобным и подходящим для длительных плаваний <к берегам Америки>.

У Гонсало де Молины98 мы читаем о том же самом, а именно, что в 1417 году наш Бетанкур получил вместе с титулом короля разрешение на это завоевание от хуана II, короля Кастилии, по просьбе и рекомендации своего родственника Рубена де Бракмона, адмирала Франции. затем он добавляет, что этот Бетанкур был главным камергером герцога Бургундского99, но тут он ошибается, о чем мы сейчас скажем. Это его брат Рено100 де Бетанкур служил главным мажордомом герцога, сам же <Жан де Бетанкур> был камергером короля Карла VI. Гонсало де Молина говорит также, что Жану де Бетанкуру наследовал его кузен Масио, от которого ведут свой род дама Констанция де Эррера Ройас-и-Бетанкур, графиня де Лансароте, и все носящие это имя, живущие в Португалии и Кастилии, и что их герб сделан из сереб ра со львом из красной эмали; на самом же деле красные только язык и когти, а сам лев – черный.

Барруш101 и Рамузий102 пишут, что Бетанкур отправился в Испанию с намерением завоевать эти острова, о которых он узнал от моряков английского или французского судна, прибитого бурей к берегу; он уехал из Франции вместе с людьми и кораблями, пополнил свои запасы в Испании и завоевал Лансароте, Фуэртевентуру и Фер, <потратив на это> свои средства, а затем вернулся во Францию, оставив на Канарах своего племянника по имени Масио, который завоевал Гомеру с помощью кастильцев; позже Масио продал их все португальскому инфанту Энрике103, а сам удалился на Мадейру, которая только что начала заселяться; здесь он жил на доходы от габелей104 и других рент; затем он выдал замуж свою дочь Марию де Бетанкур105 за некоего Руя Гонсальво де Ла Камара106, капитана107 с острова Сен-Мишель108 на Азорах; наследниками Масио были его племянники Анри и Гаспар де Бетанкуры109, чьи потомки живы и по сей день. <Мы узна?м>, что таких островов двенадцать и что из них предстояло еще завоевать Гран-Канарию, Пальму, Грасьосу, Анфер110, Алегрансу111, Санта-Клару112, Скалистый113 и Лобос; что принц Энрике решил их покорить и христианизировать в 1444 году и послал туда Фернандо Касира с 2,5 тыс. пехотинцев и 1200 всадниками, который сократил их114 число; когда же король Кастилии стал претендовать на эти острова, Энрике Португальский отдал их ему, ибо признавал за ним такое право: ведь Жан де Бетанкур, первый завоеватель, отправился покорять их из Кастилии, и ему, как и его племяннику, помогали кастильцы; даже Гомера была захвачена с их помощью; Масио же продал только то, что завоевал сам благодаря собственным усилиям, а не сеньорию, которая уже принадлежала кастильцам. Позже по мирному договору115, заключенному между Альфонсом V, королем Португалии116, и Фердинандом, королем Кастилии117, все Канарские острова остались за Кастилией, а Мадейра, Гвинея и другие земли отошли к португальцам. Так об этом пишет Барруш. Однако испанцы и французы с ним не согласны. По мнению одних, Мено, или Масио, продал острова Перасе, по мнению других, – Ариасу де Сааведра118, а Перасе только Гомеру, Фер и Лансароте. И наконец, Фердинанд Католик приобрел одни и завершил завоевание других благодаря Педро де Вера де хересу и некоему Моксике, покорившим Гран-Канарию, и Альфонсо де Луго119, покорившему Пальму и Тенерифе; так что эта военная кампания длилась три года, после чего все они были приписаны к кастильской короне.

Кампана120 сообщает, что в 1492 году Фердинанд Католик приобрел их все, купив права у дона Диего де Эррера, получившего их через свою жену, дочь Фернана Перасы, и дав ему титул графа де Ла Гомера и дю Фер, и что папа Евгений IV121 еще в 1437 году объявил эти острова собственностью хуана II, короля Кастилии.

Французские историки единодушны с испанцами в том, что Бетанкур был первым завоевателем Канарских островов; правда, Винье122 датирует это событие 1405 или 1417 годом. Андре Фавен123 довольно убедительно доказывает124, что французы были первооткрывателями Нового Света и что эта честь принадлежит не Колумбу, которого испанцы считают первым аделантадо125 или великим адмиралом Индий, а французским дворянам Жану де Бетанкуру, Жерару де Молеону126 и некоему Этельфу де Ла Саллю. Этот Этельф де Ла Салль (Монстреле127 называет его Гейфер128), неоднократно упоминаемый в «Истории» под именем Гадифера де Ла Салля, находился в то время в Ла-Рошели в ожидании приключений, подобно героям и странствующим рыцарям прошлого; вернувшись с Канар, он участвовал в войне в земле генуэзцев в 1409 году129. Предполагают, что он тоже был родом из страны Ко, где до сих пор есть несколько фьефов, носящих имя Ла-Салль.