ГЛАВА 17 РЕЙТИНГ БЕЗУМИЯ. ВЕРСИИ ГИБЕЛИ ГРУППЫ ДЯТЛОВА НА ЛЮБЫЕ ВКУС И ЦВЕТ

ГЛАВА 17 РЕЙТИНГ БЕЗУМИЯ. ВЕРСИИ ГИБЕЛИ ГРУППЫ ДЯТЛОВА НА ЛЮБЫЕ ВКУС И ЦВЕТ

Все многообразие версий случившегося с группой Игоря Дятлова можно свести к трем большим несхожим группам, объясняющим трагедию воздействием факторов следующего характера:

— естественно-природного;

— паранормального;

— криминального.

Естественно-природные версии, как явствует из названия, пытаются объяснить трагические события на склоне Холат-Сяхыл природными явлениями и оперируют естественнонаучными фактами и представлениями в пределах компетенции авторов.

Наиболее аргументированной из всех версий этой категории представляется предположение Евгения Вадимовича Буянова, петербургского исследователя «дятловской» трагедии, о происшедшем на месте установки палатки сходе лавины. Эту версию Евгений Вадимович обосновал в книге «Тайна аварии Дятлова», написанной в соавторстве с Борисом Ефимовичем Слобцовым, неоднократно упоминавшимся в настоящем исследовании участнике поисковой операции. Нельзя не отметить, что книга получилась очень познавательной, даже о весьма скучных сугубо технических и математических материях авторы сумели написать живо и занимательно. Книгу эту можно рекомендовать к прочтению даже с целью простого расширения кругозора — время не будет потрачено зря. Не в последнюю очередь именно благодаря литературным достоинствам работа Евгения Вадимовича Буянова получила не только широкую известность, но и популярность. Сторонников его гипотезы обычно называют «лавинщиками».

Согласно «лавинной» версии, сход лавины спровоцировали неосторожные действия туристов, «подрезавших» пласт снега

при выравнивании площадки под палатку. Из-за этого выше по склону образовалась стенка, верхняя часть которой в какой-то момент подвинулась вниз, завалив частично палатку и находившихся внутри людей. Строго говоря, это была не лавина в традиционном понимании, когда снежный вал хаотично летит по склону, а подвижка снежной плиты на несколько десятков метров. Подвижка эта зацепила часть палатки, дальнюю от входа, передняя же не пострадала. Крепкий спрессованный (фирновый) снег толщиной около 50 см вполне способен причинить оказавшемуся под ним человеку тяжелые физические повреждения, так что травмирование Дубининой, Золотарева и Тибо-Бриньоля получает, вроде бы, вполне логичное объяснение. Оставшиеся нетравмированными члены группы предприняли все возможные меры по самоспасению — они нанесли большое число незначительных порезов правого (если смотреть со стороны входа) ската палатки с целью определить толщину завалившего их снега и обеспечить доступ воздуха, после чего серией длинных разрезов сделали выходы для себя и товарищей. Через эти разрезы-выходы они вытащили тяжелораненых друзей на склон и приняли необходимые меры по их утеплению — этим объясняется тот факт, что Золотарев и Тибо-Бриньоль были одеты лучше других членов группы. Последний, чей висок был раздавлен объективом фотоаппарата, находился к тому моменту уже в бессознательном состоянии. В подтверждение этого «лавинщики» ссылаются на то, что в кармане куртки Тибо лежали перчатки, а в валенке — сбившийся шерстяной носок. Дескать, если бы Николай находился в сознании, он обязательно надел бы перчатки и вытащил из валенка мешавший ноге носок.

Травмированные при поддержке остальных членов группы были доставлены в долину Лозьвы, где для них выкопали яму в овраге и соорудили настил. Сообразив, что лишенных рукавиц и обуви людей ждут неминуемые обморожения и смерть, часть туристов двинулась обратно к палатке и погибла на склоне. Два человека у кедра погибли, пытаясь из последних сил поддерживать огонь, служивший ориентиром для ушедших, и Александр Колеватов остался с ранеными товарищами один. Такова, по мнению «лавинщиков», канва событий.

Гипотеза, что и говорить, очень интересная, у нее лишь один недостаток — к группе Дятлова она не имеет ни малейшего отношения.

Вкратце самые существенные возражения против развития событий по «лавинному сценарию» можно сформулировать следующим образом:

1. Следов лавины на склоне Холат-Сяхыл не было отмечено, и снежной плиты, придавившей палатку, не видел никто из побывавших на горе в феврале — марте поисковиков. Среди последних, напомним, были не просто туристы, но и альпинисты, неоднократно сталкивавшиеся с лавинами прежде. По общему мнению всех видевших место постановки палатки, в том числе и московских экспертов, побывавших там в самом начале поисковой операции, оно не представляло никакой опасности. «Лавинщики» объясняют отсутствие снега тем, что его «раздуло сильным ветром» до появления первых поисковиков. При этом странным и необъяснимым остается тот факт, что «сильный ветер» почему-то не «раздул» следы ног дятловцев от палатки в долину Лозьвы. Следы эти, напомним, были видны вплоть до 6 марта 1959 г., их видели альпинисты из группы Абрама Константиновича Кикоина.

2. Подвижка снега (или лавина) почему-то удивительным образом не вырвала и даже не повалила лыжные палки, установленные с обеих сторон палатки. Напомним, что веревки-оттяжки дальней от входа части палатки были сорваны, однако палки, воткнутые в снег, устояли, а не завалились, что было бы логично при движении пласта снега.

3. Навал снега на палатку неизбежно привел бы к заваливанию ската и сделал бы невозможным нанесение тех разрезов, что нам известны. Палатка была обращена вверх по склону левым (если смотреть от входа) скатом, и быстрая подвижка снежной плиты неизбежно привела бы к тому, что он «лег» на тела туристов, находившихся внутри. При этом конек палатки «уехал» бы в район коленок лежавших людей. Для того чтобы выбраться наружу, дятловцам пришлось бы резать левый скат. На самом же деле был разрезан правый. Конечно, можно предположить, что туристы лежали головами в противоположном направлении, т. е. вниз по склону, но и это не решает проблемы с разрезанием брезента, а лишь усугубляет ее. Ведь правый скат в случае навала снега на левый оказался бы сильно смят и сложился бы «гармошкой». Палаточный брезент в таком состоянии резать вообще невозможно.

4. «Лавинщики» объясняют наличие маленьких, преимущественно горизонтальных, разрезов крыши тем, что туристы спешили проверить толщину обрушившегося на них снега и пустить в палатку воздух. Однако значительная часть этих разрезов почему-то оказалась сгруппирована возле входа в палатку, т. е. в той области, которая никак не пострадала от лавины.

Эта схема иллюстрирует сход снежной плиты на палатку группы Игоря Дятлова. Рисунок слева демонстрирует ситуацию до начала трагедии: при установке палатки дятловцы неосторожно «подрезали» пласт снега, создав выше по склону снежную стенку. На рисунке в центре показан сдвиг снежного слоя толщиною 0,5 м или даже больше, а на правом — ситуация после подвижки. Хорошо можно видеть, что сход значительной массы снега заваливает палатку таким образом, что ее левый скат, обращенный выше по склону, накрывает лежащих внутри людей словно одеялом. При этом конек крыши «к» при ширине ската ~1,4 м сдвигается в область коленей придавленных снегом туристов. Даже если оказавшиеся в снежном плену дятловцы имели возможность лежа на спине резать крышу палатки (что само по себе весьма сомнительно), то они нанесли бы разрезы на левый от входа скат, а не на правый, как это имело место в действительности. Из этой схемы хорошо видно, что «лавинная» версия не в состоянии объяснить появление разрезов на скате, обращенном вниз по склону.

5. Совершенно не поддается объяснению избирательность травмирующего воздействия на Дубинину, Золотарева и Тибо-Бриньоля, если только считать, что источником этого воздействия в самом деле явилась неодушевленная лавина. Золотарев, чтобы получить описанные у него переломы ребер по срединно-подмышечной линии, должен был находиться в положении «лежа на левом боку». Но в этом положении он никак не мог избежать травмирования правой руки. Даже если бы он заложил руку за голову, падение на него плиты весом около полутонны неизбежно должно было поломать также и кости руки. Другими словами, при положении тела «на боку» вышележащую руку травмировать намного проще, нежели ребра. Однако рука Золотарева осталась цела. С повреждениями Людмилы Дубининой картина выглядит еще более невероятной. Переломы ее ребер явились следствием как минимум двукратного приложения значительной силы при различных положениях тела («на спине» и «лежа на правом боку»). Согласитесь, надо иметь очень богатое воображение, чтобы представить лавину, дважды катящуюся по одному и тому же месту на склоне. Не лавина, а просто какой-то мальчик на салазках! Про объектив фотоаппарата, якобы вдавившийся в висок Николая Тибо, в этом исследовании уже было упомянуто. Площадка вдавления 3 х 2,5 см мало соответствует размерам объектива, но лучшего объяснения у «лавинщиков» нет: твердые предметы (вроде обуха топора) не годятся ввиду несоответствия формы и размера, а пустотелые (типа, кружки или фляжки) не подходят из-за низкой устойчивости формы. Другими словами, кружка или фляжка, оказавшись под головой человека, были бы просто смяты.

6. Транспортировка пострадавших от лавины туристов в долину Лозьвы была в тех условиях совершенно невозможна. Все рассуждения на эту тему следует признать досужими домыслами, а исторические параллели — некорректными. Людмила Дубинина с кровоизлиянием в сердечную мышцу умерла бы прямо на склоне в считанные минуты, Тибо-Бриньоль с момента травмирования находился в бессознательном состоянии и не мог передвигаться самостоятельно. Да и Семен Золотарев с многочисленными переломами пяти ребер также не мог перемещаться сам и нуждался в помощи. При всем желании 6 оставшихся туристов не имели шансов спустить вниз по склону трех обездвиженных товарищей и обеспечить их последующую транспортировку до оврага, сооружение там настила, заготовку дров для костра, а затем — подъем по склону в сторону палатки (не забываем, что некоторые из дятловцев двинулись обратно в гору). Поисковики в один голос говорили об отсутствии признаков волочения в районе следовой дорожки на склоне, да и число пар ног, оставивших следы, явно превышало шесть.

7. Лавина, с легкостью сокрушившая кости по меньшей мере трех членов группы Игоря Дятлова, чудесным образом не помяла фляжки, ведра, сборную печку, трубы дымохода и алюминиевые кружки членов группы. Это были тонкостенные изделия с низкой устойчивостью формы, часть из них (трубы дымохода) была сделана из тонкой жести, и их мог расплющить руками даже ребенок. Избирательность лавины, безжалостно изувечившей людей, но очень предусмотрительно не затронувшей упомянутые изделия из металла, не может не вызывать крайнее удивление.

8. Даже если считать, что лавина действительно погребла под собою половину палатки дятловцев, их уход от нее вниз по склону выглядит совершенно бессмысленным. Из альпинистского опыта известно, что после первого схода лавины возможен повторный (так как в снежном куполе происходит перераспределение нагрузки), но спасаются от этой угрозы не отходом вниз, а уходом вбок. В этом случае оптимальным представлялось выдвижение группы не в долину реки, а на перевал, в сторону лабаза. «Лавинная версия» не объясняет причину явно неоптимального и даже смертельно ошибочного выбора направления движения.

Вид снизу на движущуюся по склону лавину. Первое, что приходит на ум нормальному человеку, видящему перед собой катящийся снежный вал, — убежать в сторону, освободить дорогу. Этот позыв инстинктивен и понятен любому. Здесь уместна аналогия с разогнавшимся автомобилем. Мы ведь не пытаемся бежать перед мчащейся на нас машиной — мы стараемся скорее уйти или даже отпрыгнуть в сторону от направления ее движения. Причем эта логика интуитивно очевидна не только человеку, но и любому домашнему животному, видевшему автомобиль в движении. Однако «лавинная» версия господина Буянова простодушно пытается убедить нас в том, что дятловцы оказались глупее собак и куриц. По его мнению, уже пострадавшие от лавины туристы решились убегать от новой лавины не в сторону, а в самом этом направлении.

9. Наконец, «лавинная версия» не дает объяснение еще одному очень важному факту, который не следует упускать из внимания при разборе действий членов группы Игоря Дятлова. Многие из них вели дневники и имели письменные принадлежности, а Александр Колеватов, погибший, по общему мнению, одним из последних, делал записи в своем блокноте практически на каждой стоянке. Поскольку смерть членов группы была не одномоментной и далеко не быстрой, невозможно понять, почему никто из них не оставил никаких записей, объясняющих случившееся. Дневник Колеватова так и не был найден, хотя Юрий Юдин видел его в этом походе. Указание на замерзшие руки (и как следствие — невозможность держать карандаш) не может считаться объяснением, так как простейший текст не составит труда написать, даже зажав карандаш зубами. В качестве подходящего примера можно напомнить, что моряки с «Курска», задраенные в 9-м отсеке, по крайней мере одну из двух записок оставили не только в условиях резко понизившейся температуры, но и при отсутствии света.

Тезисы, опровергающие «лавинную версию», можно множить и дальше, но написанного вполне хватает, чтобы уверенно сказать: 1 февраля 1959 г. все было совсем не так!

Если лавина представляет собой явление хотя и сравнительно редкое, но все же более или менее знакомое большинству людей, то прочие естественно-природные версии апеллируют к таким природным аномалиям, о которых вообще мало кто знает. Авторы выдумывают некую «волшебную палочку», которую произвольно наделяют особыми необъяснимыми свойствами, воздействующими на людей нужным авторам образом. Всякий раз название «волшебной палочки» меняется, но механизм построения версии остается прежним — стихия воздействует на людей, лишая их всякого разума и силы воли, отчего туристы впадают в панику и бегут вон из палатки раздетые и разутые, ища спасения на морозе.

В качестве природного явления, являющегося толчком драматических событий, в этих версиях фигурируют инфразвук, зимняя гроза, шаровая молния и подобные феномены. Инфразвук рождался, якобы, при обдувании сильным ветром останцов — выходов скальной породы на перевале, ныне носящем имя Дятлова. Зимняя гроза образовалась на стыке двух атмосферных фронтов над Уральскими горами. А откуда взялась шаровая молния, не знают даже сами авторы, потому как природу зарождения шаровых молний не знает покуда вообще никто.

При всем богатстве выбора разницы между этими версиями нет практически никакой — это скорее набор мифов из разряда детских страшилок. Никто никогда не слышал, чтобы скальные останцы рождали инфразвук, но даже если этот эффект действительно имеет место, его воздействие на человеческий организм сильно преувеличивается. Известно, что космонавты при старте ракеты-носителя оказываются в зоне мощного инфразвукового воздействия частотой 5–7 Гц, производимого турбонасосными агрегатами и прокачиваемыми через трубопроводы ракеты значительными массами топлива. Во время этого воздействия они испытывают неприятные физиологические симптомы (в частности, жалуются на то, что ощущают передвижение внутренних органов). Однако это никак не отражается на адекватности восприятия окружающей обстановки и возможности управлять собою.

Разговоры о том, что совпадение сверхнизкой звуковой частоты с одним из основных биоритмов мозга может привести к потере самоконтроля и вспышке агрессии, совершенно ни на чем не основано. Соответствующие эксперименты проводились многими спецслужбами мира (начиная не только с фашистского гестапо, но и в СССР, и в США, Израиле и многих других странах). Разрабатывались весьма экзотические варианты воздействия на психику допрашиваемого, например, считалось, что лишение его тактильных ощущений приведет к разбалансировке механизма самоконтроля, вызовет панику и т. п. В конечном счете, все эти экзотические новации показали свою полную несостоятельность и очень высокую устойчивость к внешним раздражителям здоровой человеческой психики.

Предположения о том, что инфразвук явится мощным и эффективным инструментом пытки, оказались ложны и совершенно беспочвенны. Максимум неприятного воздействия заключался в появлении боли в ушах, но ее вполне сносно переносили испытуемые, сравнивая болевое воздействие с тем, какое ощущается при пульпите или запущенном кариесе зубов. В любом случае, как показали натурные эксперименты, пытка инфразвуком уступает по эффективности хорошо известному азиатскому приему ведения допроса посредством забивания в уши тонких палочек. Другими словами, забитый в ухо на пару сантиметров карандаш намного быстрее развяжет язык даже самому упорному шпиону, нежели мощнейшая инфразвуковая акустическая система. Кроме того, следует иметь в виду, что ветер, какой бы силы он ни был, явно не способен генерировать инфразвуковую волну большей мощности, чем ракетный либо авиационный реактивный двигатель, поэтому совершенно непонятно, почему туристы в палатке должны были обезуметь и потерять всякий самоконтроль, оказавшись в области инфразвукового воздействия (если оно и вправду каким-то образом возникло на перевале). Даже самая мощная инфразвуковая волна, сгенерированная самым мощным воздушным потоком, какой только можно вообразить, никогда не сможет превзойти своей амплитудой и переносимой энергией тот инфразвук, что генерируется в специально созданных человеком акустических системах. Рассказы о кораблях-призраках, экипажи которых якобы бросались за борт, поддавшись воздействию инфразвука, никогда не находили подтверждения — это такое же мифотворчество наивных фантазеров, что и инфразвук в уральских останцах.

В этой связи, кстати, можно припомнить и созданную уже в нашем столетии израильскими военными специалистами «акустическую пушку», которая в качестве оружия несмертельного действия использовалась в некоторых операциях спецназа. В теории считалось, что генерируемые пушкой мощные звуки широкого диапазона частот вынудят террористов покидать свои убежища. Пушку поднимали подъемным краном на такую высоту, чтобы штурмуемый израильским спецназом объект оказался в фокусе акустического воздействия. Сила звука израильского «чудо-оружия» превосходила громкость авиационной турбины, и инфразвуковые частоты тоже находились в диапазоне генерируемых сигналов, частота которых могла варьироваться в очень широком спектре. И что же? Оказалось, что, несмотря на неприятные ощущения, порождаемые звуком «акустической пушки», арабские террористы на протяжении многих часов и даже суток стойко переносили ее воздействие и сохраняли полный контроль своего поведения. И, несмотря на наличие «чудо-пушки», израильскому спецназу все равно приходилось брать в руки автоматы и гранаты и штурмовать укрытия противника по всем правилам специальных операций.

Шаровая молния и зимняя гроза в качестве источника опасности столь же экзотичны, что и инфразвук. Шаровая молния, к тому же, еще и чрезвычайно редка, считается, что с нею встречается всего один человек из миллиона. Убегать от шаровой молнии, разрезая палатку, без обуви и рукавиц — решение, прямо скажем, неоптимальное и даже неочевидное. Спасаясь от нее, куда логичнее было бы бросить в шаровую молнию какой-нибудь предмет — ведро, топор, валенок. Кстати, известны случаи, когда шаровую молнию удавалось отогнать, направляя на нее длинный вытянутый предмет, например ветку или лопату (возможно, это связано с накоплением на его конце в присутствии шаровой молнии статического заряда электричества, точнее сказать трудно, поскольку единой стройной физической теории, объясняющей рождение и поведение такого типа молний, пока не существует). Для нас немаловажно и то, шаровая молния — объект короткоживущий, время ее жизни исчисляется буквально несколькими десятками секунд, и потому совершенно непонятно, зачем дятловцам надо было убегать при ее появлении на полтора километра.

Кроме того, версии «зимней грозы» и «шаровой молнии» не объясняют травмирования членов группы. Если точнее, они не могут объяснить телесные повреждения некоторых членов группы естественными причинами, проистекающими из характера заявленной сторонниками версии угрозы. Чтобы как-то преодолеть эту нестыковку, придумано довольно корявое объяснение, согласно которому Рустем Слободин погиб из-за падений на склоне Холат-Сяхыл при спуске, а Золотарев, Тибо и Дубинина упали на тот самый камень, на котором их тела обнаружили поисковики в мае. То, что этот камень в феврале должен был закрывать многометровый слой снега, игнорируется. Вернее, доказывается, что февраль на Северном Урале — это самый снежный месяц, а вот ноябрь и январь самые сухие, потому, мол, дно оврага было практически свободно от снега. Как при этом оказался устроен в толще снега настил буквально в нескольких метрах южнее, понять невозможно, но в головах сторонников природно-стихийных версий сие противоречие уживается прекрасно. Да и странная «падучесть» четырех из девяти членов группы, повлекшая за собой их скорую гибель, также не вызывает удивления этих исследователей. В общем, совместить несовместимое (исходный посыл и конечный результат) получается у них плохо.

Паранормальные версии объединяют весь спектр гипотез — от явно фантастических до фольклорно-мистических. Это направление наиболее скучное из всех потому, что при кажущемся разнообразии исходных посылов логика доказательств сводится к введению в сюжетную линии некоей «волшебной палочки», произвольно решающей по желанию создателей все логические проблемы и неувязки.

К этой категории относятся версии: а) «инопланетного контакта» («желтые шары — инопланетные корабли»); б) проклятого манси места (плохая «энергетика» места сводит людей с ума); в) нападения снежного человека; г) действия «нечистой» силы (под таковыми понимаются лешие и персонажи мансийского фольклора) и т. п.

Существуют и совсем уж экзотические гипотезы, синтезирующие в себе некоторые из перечисленных выше. Их ярким образчиком является в высшей степени неординарная версия разносторонне плодовитого журналиста Кизилова. Последний считает, что группа Игоря Дятлова погибла в результате тайных экспериментов КГБ по созданию супероружия. На роль такового автор прочит «огненные шары». Господин Кизилов обладает, как ему кажется, ясным представлением об устройстве окружающего его мира и Вселенной вообще и редким даром говорить о сложных вещах просто, коротко и лапидарно. Чтобы стало понятно, что же имеется в виду, приведем несколько красочных цитат, вскрывающих всю глубину проникновения журналиста Кизилова в суть явлений: «Характер ранений позволяет предполагать, что проводились эксперименты на людях: убийство излучением неизвестного происхождения. Два человека были убиты воздействием на грудную клетку и два человека — воздействием на череп (на голову). <…> Основываясь на современных экспериментах над людьми и животными, которые исчисляются в общей сложности уже тысячами, можно весьма уверенно предполагать, что в конце 1950-х годов в СССР проводились опыты по разрушению внутренних органов и костного аппарата людей неизвестной энергией, источаемой какими-то аппаратами, установленными на огненных шарах. Язык у Людмилы Дубининой в целях эксперимента мог быть удален (разрушен) на астральном плане, а на физическом плане исчез сам собой вследствие потери астральной основы. <…> Состоялось астральное убийство, малоизвестное не только широким массам, но и многим медикам. Конечно, убийство грубое».

В общем, читаешь такое, и трудно оторваться от той причудливой и фантасмагоричной картины мира, которая видится журналисту. Оказывается, «аппараты на огненных шарах» уже в 1950-х годах вовсю бороздили бескрайние просторы страны, где телевизор еще смотрели через линзу всем подъездом, да и то не в каждом доме!

В общем, продолжать можно долго, аномально-удивительных версий исследователи наплодили множество, но обсуждать эти феерические игры не вполне адекватных умов здесь незачем — все подобные версии слишком произвольны и мало соотносятся с реальной жизнью. Как, например, может травмировать человека мансийская Сорни-Эква, мировой криминалистике и судебной медицине неизвестно, а между тем сторонники экзотических версий весьма живо полемизируют об этом на соответствующих форумах в Интернете, и, что немаловажно, понимают друг друга. Воистину, хороший «косяк» облегчает понимание и даже расширяет сознание, но, как говорил товарищ Сталин, «это не наш путь».

Мы же перейдем к рассмотрению наиболее реалистичных версий событий на перевале, которые относятся к третьей из вышеназванных групп.

Криминальные версии очень сильно различаются в деталях, но при этом сходятся в одном: гибель членов группы Игоря Дятлова явилась следствием злого умысла группы людей. Все странности, обнаруженные как на месте установки палатки, так и внизу, у кедра, по мнению сторонников этих версий, либо обусловлены обстоятельствами нападения, либо являются имитацией («постановкой») неизвестных убийц.

В отличие от предыдущих категорий, гипотезы этого типа учитывают куда больше привходящей информации и потому лучше аргументированы. В этом смысле их разбор не только интересен, но и полезен, учитывая тематическую направленность настоящего исследования.

Итак, рассмотрим основные версии по порядку.

1. Гибель группы Игоря Дятлова явилась результатом ошибочных действий спецназа МВД СССР («группы зачистки»). Суть данной гипотезы сводится к тому, что солдаты и офицеры некоего «спецназа МВД» группу свердловских туристов приняли за бежавших уголовников. Дескать, доблестных, но глупых советских спецназовцев руководители некоей неназываемой ИТК послали в погоню за бежавшими зэками, а военнослужащие, наткнувшись на склоне Холат-Сяхыл на палатку туристов, решили, что настигли беглецов. Дятловцы неосторожно пели блатные песни, слова которых разузнали во время похода (в одном из дневников туристов есть соответствующая запись), так что спецназовцы, не раздумывая, набросились на палатку, искромсали ее во время штурма и убили кого-то из туристов. После того как ситуация прояснилась и военнослужащие поняли, что по их вине погибли невиновные, они решили добить остальных и замести следы. «Заметание следов» привело к той ситуации, какую увидели в конце февраля работники прокуратуры.

Немаловажным обстоятельством для понимания внутренней логики этой версии является то, что в заметании следов активное участие приняли руководители тупоголовых спецназовцев. Эти руководители решили полностью покрыть убийц в погонах, для чего организовали настоящую «операцию прикрытия» с привлечением сил и средств другого ведомства — Министерства обороны. Тела погибших туристов сначала вывозили с перевала военным вертолетом, а затем, в конце месяца, завозили обратно. Именно сохранение тел погибших в разных условиях привело, по мнению сторонников этой версии, к различной степени разложения трупов. А нежелание вертолетчиков вывозить тела, найденные в мае в овраге, трактуется как подтверждение того факта, что вертолетчики были прекрасно осведомлены об истинной степени разложения тел, зашитых в брезент. Серьезным доводом в пользу того, что туристов убивали именно советские военнослужащие, считается «открытие» того «факта», будто переломы ребер Золотарева и Дубининой соответствуют размерам упорной части (затыльника) приклада автомата Калашникова. Но на самом деле «факт» этот фактом вовсе не является, затыльник приклада АК-47 заведомо больше участков повреждений на их телах (у автоматов сборки тех лет его длина составляла 130 мм). Кроме того, приклад автомата по классификации судебной медицины тех лет попадал в категорию «тупого предмета с тупогранной поверхностью», одну из четырех разновидностей тупого ручного оружия, которые судебный медик должен был уметь различать (тут мы снова обращаемся к основополагающему учебнику судебной медициы М. И. Райского, по которому учился Возрожденный, там такая классификация приведена на с. 105–106). Даже если бы судмедэксперт и не опознал отпечаток затыльника приклада на коже, он бы сумел классифицировать след (чего, однако же, не случилось).

Все огрехи расследования, проведенного Львом Никитовичем Ивановым, однозначно воспринимаются сторонниками версии как злонамеренное «запутывание следов», «замыливание розыска» и т. п. Информация о том, что в январе-феврале 1959 г. побегов с объектов Ивдельской ИТК не фиксировалось, расценивается как фальсифицированная и отвергается сразу. Вообще, все, что имеет своим источником официальные органы, воспринимается либо как заведомо искаженное, либо полностью лживое, зато всевозможные слухи, воспоминания и семейные предания принимаются на веру как истина в последней инстанции.

Чтобы читатель понял, о чем идет речь, можно привести пару примеров (на самом деле таких примеров много больше, но для их детального разбора надо будет подготовить исследование размером не в 800 тыс. знаков, а в 10 раз больше, но на борьбу с чужими глупостями банально жаль времени). Живо обсуждалось воспоминание некоего участника поисковой операции, который рассказывал, будто в палатке дятловцев поисковики ночевали несколько ночей — в ней не было больших порезов, а небольшие они без труда зашили.

В подтверждение этой легенды приводятся иные анонимные воспоминания, из которых следует, что в здание ивдельского УВД палатку доставили в хорошем состоянии и разрезы появились на ней позже. Другое весьма популярное направление обсуждения в рамках версии «группы зачистки» сводится к поискам доказательств того, что группа Дятлова подверглась нападению вовсе не 1 февраля, а позже, и не на склоне Холат-Сяхыл, а уже после достижения горы Отортен. С доказательствами, правда, негусто. Одно из них состоит в том, что газету «Вечерний Отортен» студенты сели бы сочинять уже после покорения вершины, а никак не раньше. Другое базируется на воспоминаниях Моисея Абрамовича Аксельрода, участника поисковой операции, хорошо знавшего Игоря Дятлова. Тот в одном из телеинтервью незадолго до смерти в 1991 г. сообщил, что «в дальнем углу палатки лежал дневник с датой последней записи — 2 февраля 1959 года» (наличие такого дневника официальными документами не подтверждается). Соответственно, палатка на склоне Холат-Сяхыл и странная диспозиция у кедра — всего лишь игра злонамеренных фальсификаторов.

В принципе, предположение о гибели группы на обратном пути — после прохождения Отортена — заслуживает внимательного анализа и не должно с ходу отвергаться. Однако серьезных доводов в его пользу все же не находится, напротив, имеются факты, прямо ему противоречащие (отсутствие записей в дневниках участников похода, сохранность продуктов, которые при обратном пути к лабазу неизбежно должны были подходить к концу). Кстати, наличие у группы якобы больших запасов продовольствия также трактуется сторонниками версии как признак фальсификации, мол, убийцы решили по-военному лучше «перебдеть», чем «недобдеть», а потому выделили избыточные фонды, компенсировав расход. Под «избыточным количеством продуктов» обычно понимают 3 кг сахара, оставленные дятловцами в лабазе; однако такой запас из расчета 2-недельного похода 10 человек (не забываем заболевшего Юдина, на которого также делалась продуктовая раскладка) вряд ли можно считать чрезмерным.

В общем, в этой версии мы видим классическую конспирологическую конструкцию — Власть (неперсонифицируемая и безликая) обманывает свой народ, обращается с ним как со слепым котенком, ну, а созидатели версии и ее сторонники выступают в почетной роли срывателей всяческих покровов.

Что можно сказать по существу? Зиждется сия живописная конструкция на многочисленных «разоблачениях совковой эпохи», примеры которой хорошо знакомы всем живущим в нынешней России. Версия эта очень современна — это проявляется как в оценках советского прошлого, так и в полнейшем непонимании ее авторами и сторонниками тех реалий, что существовали в СССР.

А реалии были таковы, что никакого «спецназа МВД» или «группы зачистки» в феврале 1959 г. на склоне Холат-Сяхыл (или Отортена) быть не могло по нескольким причинам:

— в 1959 г. «спецназа МВД» не существовало вообще. По смыслу, который вкладывают в это словосочетание современные сторонники версии, это мог быть так называемый «тюремный спецназ», т. е. подразделение внутренних войск МВД, призванное давить бунты и акции протеста в местах лишения свободы. Ныне такая обязанность лежит на отрядах специального назначения территориальных управлений федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН РФ) Минюста РФ. Однако «тюремный спецназ», существовавший в советское время, кстати, неофициально, стал появляться при крупных «крытках» лишь в 1980-х гг. Это были просто самые физически крепкие штатные работники, которым надлежало наводить порядок при первых сигналах о неповиновении «спецконтингента». Погонями и перестрелками они никогда не занимались, и этого от них никто не требовал. Вспомним хрестоматийную историю с захватом контролеров в питерских «Крестах» в феврале 1992 г. — как только появились заложники, товарищи из тюремной охраны (тогда это были военнослужащие В В МВД) сразу пригласили городской ОМОН. В 1959 г. в штатах ИТК просто не существовало отрядов «специально обученных лыжников» для погонь по тайге за беглыми зэками;

— технология поимки бежавших преступников в середине 1950-х гг. вовсе не требовала феерических подвигов на лоне природы. Группа преследования, составленная из наиболее опытных и физически подготовленных штатных работников охраны ИТК и солдат-срочников ВВ, могла действовать только «по горячим следам» и только в ненаселенной местности. Фактически преследование велось до захода солнца и, безусловно, прекращалось в темное время суток. Обычно преследователи делились на две группы, в составе каждой из которых находился кинолог с собакой и радист. Головная и резевная группы периодически менялись местами — делалось это для отдыха, но отнюдь не людей, а собак. В 1930—40-е гг. обе группы двигались пешим строем, но в 1950-е, с насыщением структур МВД автотранспортной техникой, резервные группы пересадили на вездеходы.

Преследование в ночное время не практиковалось в силу очевидной причины — бежавшие зэки, особенно завладевшие огнестрельным оружием при побеге, могли использовать темноту для уничтожения самой группы преследования. Возможное устройство засад следовало иметь в виду, поскольку в 1940-50-е в местах лишения свободы оказалось огромное число заключенных с боевым опытом, в том числе и специфическими навыками контрпартизанской борьбы. Главная роль в преследовании отводилась специально обученной собаке, дрессуре которой уделялось самое пристальное внимание. Так, например, собака не должна была прикасаться к предметам, отброшенным беглецами, поскольку на трассе отхода была возможна установка мин-ловушек. Она должна была уметь «держать след», т. е. не терять его даже в случае умышленного запутывания следовой дорожки. Собака должна была уметь различать ранние и поздние следы одного и того же человека — это позволяло избежать путаницы в том случае, если беглец начинал ходить кругами. Если беглец решал «замкнуть следовую дорожку» и некоторое время следовал уже пройденным путем, собака должна была распознать то место, где происходило «соскакивание», и выводить поисковую группу на новую «следовую дорожку». И уж тем более собака-преследователь не должна была путать запах преследуемого с запахами посторонних людей — в этом отношении собак «школили» неимоверно строго.

Военнослужащие внутренних войск, входившие в состав групп преследования, имели право открывать огонь на поражение без предупредительных выстрелов при малейшем неподчинении задерживаемых лиц. Это очень важный нюанс — никаких рукопашных схваток с задерживаемым контигнетом не предусматривалось в принципе. Либо беглецы выполняли беспрекословно все команды группы преследования, либо они просто получали очередь в грудь и освобождали от своего затянувшегося присутствия этот лучший из миров. Как в летнее, так и в зимнее время года технология поимки была одинакова.

Из всего сказанного следует несколько принципиально важных для нас выводов: а) если бы группа преследования из состава охраны одного из девяти лагпунктов Ивдельской ИТК действительно вела 1 февраля 1959 г. погоню за группой сбежавших зэков, то она никак не могла ошибочно стать на лыжню группы Дятлова и явиться к палатке на склоне Холат-Сяхыл, думая, будто догнала беглецов. Это абсолютно исключено! Собака головной группы могла потерять след беглецов, но она не могла его перепутать со следом туристов. Только глубоко несведующие в специальной дрессуре служебных собак люди могут всерьез полагать, будто собака, допущенная к боевому преследованию, может совершить столь грубую ошибку; б) даже если считать, что руководство Ивдельской ИТК сознательно обманывало прокуратуру области (что само по себе представляется почти невероятным) и в районе Отортена и Холат-Сяхыл 1 февраля 1959 г. все-таки осуществлялось преследование неких беглых уголовников, тем не менее с наступлением темноты эта операция должна была приостановиться. А это означает, что преследователи никак не могли набрести впотьмах на палатку туристов и заварить всю ту кашу, которая привела к трагедии; в) даже в случае, если в силу неких невероятных обстоятельств группа преследования обнаружила палатку туристов и приняла последних за беглых уголовников, инцидент разрешался без всякого кровопролития. Дятлов предъявил бы собственный паспорт и письмо профкома УПИ, из которого следовало, что туристическая группа осуществляет поход, приуроченный к XXI съезду КПСС, и ситуация моментально прояснилась бы. Студентов «сняли» бы с маршрута ввиду опасности пребывания в районе проведения спецоперации и отправили бы в район дислокации резервной группы. Возможно, старший группы запросил бы лагерное начальство выслать дополнительный вездеход, чтобы полностью вывести группу из района. Вот и все — никакой драмы; г) но если допустить совсем уж невероятное стечение обстоятельств и поверить, что группа преследования каким-то образом столкнулась с туристами, встретила с их стороны противодействие (несогласие, неподчинение) и в итоге солдаты внутренних войск применениям силу, то последствия подобных действий бойцов МВД оказались бы совсем иными, нежели те, которые известны нам из материалов уголовного дела. Мы бы обнаружили трупы с множественными огнестрельными ранениями и хорошо узнаваемыми пулями калибра 7,62 мм в телах погибших туристов. Не было бы никаких поломанных ребер, разбитых лиц и проломленного черепа Тибо-Бриньоля. Солдаты стреляли бы из своих АК-47 просто потому, что, во-первых, они умели это делать и имели полное право применить оружие на поражение, а во-вторых, никто никогда не обучал их каким-то особым приемам рукопашного боя. В этом отношении никаких иллюзий питать не следует — солдаты пустили бы в ход огнестрельное оружие, и оно оставило бы неустранимые следы на телах погибших туристов.

— если вопреки изложенному выше считать, что инцидент действительно связан с действиями военнослужащих внутренних войск, значит, он начался неожиданно для дятловцев, развивался стремительно и уже в первые секунды повлек фатальные жертвы, что сделало невозможным разрешение конфликта в примирительном духе. Но такое лавинообразное нарастание напряженности возможно было только при стрельбе по людям из огнестрельного оружия на поражение. Однако, как нам достоверно известно, погибшие туристы не имели огнестрельных ран;

— нельзя забывать о специфике конца 1950-х гг., безусловно влиявшей на деятельность работников МВД всех уровней. Волна хрущевских разоблачений преступлений сталинской эпохи показала, что даже самых высокопоставленных руководителей силовых ведомств можно отправить под суд за прегрешения прежних лет. Напомним, что при Хрущеве были расстреляны отнюдь не только Берия и его ближайшие соратники, но работники закавказских органов МВД-ГБ (Цанава и пр.), а значительная часть высокопоставленных и заслуженных работников центрального аппарата оказалась изгнана из «органов».

Чистка коснулась не только госбезопасности, но и широкого круга лиц из партийного аппарата, работников Прокуратуры, милиции, военнослужащих и т. п. — тех, кто считался по каким-то причинам особенно «замаранным» репрессиями 1930—40-х гг. Был, например, снят со своей должности Генпрокурор СССР Сафонов, остававшийся в кадровом резерве ЦК КПСС почти 2 года, а затем переведенный в транспортную прокуратуру с понижением на 9 (!) ступеней. Уже после казни Берия застрелился генерал армии Масленников, герой Московского сражения 1941 г., человек, получивший за годы службы в войсках НКВД 13 боевых ранений. Примеры можно множить почти до бесконечности… Ни высокие звания (Берия был маршалом!), ни политический вес (расстрелянный весной 1956 г. Багиров являлся, например, кандидатом в члены Президиума ЦК КПСС и возглавлял Компартию Азербайджана почти 20 лет) не гарантировали того, что прежние прегрешения не будут поставлены в вину. Неприкасаемых в стране не стало. Ну, то есть почти… Можно смеяться над многими перлами и необдуманными новациями «дорогого Никиты Сергеича», но нельзя не признавать того, что при нем произошла значительная гуманизация работы органов МВД-КГБ: усилился прокурорский надзор за деятельностью правоохранительных органов, возросли требования по соблюдению правовых норм, было покончено со вседозволенностью руководящих работников (по крайней мере среднего звена).

В этих условиях начальник «зоны», получив сообщение о том, что его подчиненные по ошибке убили студентов, вряд ли стал бы мараться, организуя «операцию прикрытия». Такого рода действия однозначно превратили бы его в соучастника преступления, которого он не совершал (как говорят в Одессе: «оно ему надо?»). Разумный руководитель просто-напросто поспешил бы первым «сдать» своего кретина-подчиненного, совершившего столь тяжкое преступление, и спокойно работал бы дальше до самой пенсии. Не будем забывать и о том, что бдительное око КГБ внимательно следило за деятельностью МВД в целом и конвойных войск в частности. Начальник лагпункта или колонии мог, конечно, своевольничать и творить беззаконие, но только до известных пределов. На убийство девяти безвинных человек КГБ не закрыл бы глаза ни в коем случае, и милицейский начальник, решившийся сдуру «прикрыть» своего безбашенного подчиненного, рисковал в кратчайший срок отправиться на нары, к тому самому «спецконтингенту», который он так бдительно сторожил до этого;

— наконец, рассмотрим самое важное и принципиальное возражение против всех «конспирологических версий», обвиняющих в убийстве туристов представителей Советской власти (не только спецназ МВД, но и военнослужащих ВС и КГБ).

Если бы группа Дятлова на самом деле была уничтожена с ведома высокого партийного и советского руководства, то последнему для маскировки случившегося вовсе не потребовалось бы прибегать к заумным «постановкам» и «инсценировкам». Тоталитарная Власть не боялась никаких разоблачений просто потому, что была тоталитарной. Тела погибших туристов запаяли бы в цинковые гробы и вернули в Свердловск без права открывать. Родственникам бы заявили, что погибшие нашли тушу падшего животного (оленя, рыси, медведя, росомахи и т. п. — в зависимости от фантазии), которую неумело освежевали. А погибшее животное болело чумой (сапом и т. п., в зависимости, опять-таки, от фантазии авторов). И незадачливые туристы, заразившись опасной болезнью, умерли в течение нескольких дней. Представитель власти вручил бы родным и близким погибших протоколы соответствующих экспертиз с красивыми гербовыми печатями, и на этом бы все закончилось. Никто бы не заводил уголовных дел! Вообще! Никаких экспертиз разрезанной палатки, никаких описей вещей, возвращенных родственникам… Ничего бы не вернули, все сожгли. Болезнь-то ведь была ого-го-го какая заразная! И никогда бы не появилась история таинственной гибели студентов УПИ на склоне Холат-Сяхыл, а была бы простая, весьма незатейливая история студентов, неосторожно освежевавших труп чумного животного и погибших по собственной глупости. Важно понимать, что Советская власть не стала бы оправдываться и маскировать содеянное просто потому, что не оправдывалась перед своим народом никогда, даже расстреляв поляков в Катыни и собственных граждан в Новочеркасске в 1961 г. Многие ли в СССР знали о последнем инциденте? Да почти никто — так, ходили какие-то глухие пересказы на уровне бабкиных сплетен, в которые и поверить-то было трудно… Из-за грубейших нарушений техники безопасности, преступной халатности и глупости начальства в Вооруженных силах СССР каждый год погибали десятки молодых здоровых людей со всей страны, и Советская власть даже не задумывалась над вопросом: «как спрятать концы?». Механизм, отработанный десятилетия, был прост и исключительно надежен: возвращали родителям тела погибших детей с предписанием хоронить в закрытых гробах и настоятельно советовали воздерживаться от антисоветских выпадов. Вот это — истинный почерк Советской власти.

На этом возражения против версии возможного появления на склоне горы Холат-Сяхыл «группы зачистки» из состава внутренних войск МВД можно прекратить. Суммируя вышесказанное, следует признать, что подобный вариант развития событий содержит неустранимые внутренние противоречия, не соответствует реалиям того времени и является совершенно невозможным.