ПОСЛЕДНИЙ ПЕРЕДЕЛ

ПОСЛЕДНИЙ ПЕРЕДЕЛ

Изданный момент западная цивилизация достигла наивысшей степени своего могущества. Весь мир преклонился перед непревзойденным величием «золотого миллиарда». Аборигены–наместники из стран цивилизационной периферии с благоговением ступают мраморными лестницами дворцов международных организаций и резиденций западных правителей. Они мечтают о том, чтобы их заметили «богоподобные» властители мира, они неистово алкают служить им. Их господа, в свою очередь, благосклонно являют милость своим назойливым вассалам, «выпасающим варварские стада» за границами Запада, внутренне с презрением усмехаясь их пылкому раболепию…

Надо признать, что сейчас не существует реальной силы, способной бросить вызов западному могуществу, посягнуть на огромные богатства правителей «золотого миллиарда», вступить с ними в схватку и вырвать в открытой борьбе победу. Их многовековой опыт покорять и удерживать в повиновении «варваров» уникален и пока способен преодолевать почти любое сопротивление. Этот опыт воспитал железом и кровью особую касту западных конкистадоров, смыслом жизни которых стало беспрерывное завоевание мира — будь то в военно–политической, финансово–экономической или духовно–психологической форме. Используя изощренное коварство и зверскую жестокость, они создавали колониальные империи, а сейчас возводят на обломках национальных государств Мировую Империю. Эта каста избранных стремится установить тотальный контроль над всем, что имеет для нее ценность, это, что они не способны контролировать или считаютлишенным какой–либо ценности, ими безжалостно уничтожается.

Экспансия Запада, длящаяся на протяжении многих столетий, есть не что иное, как перманентная война на тотальное уничтожение всех незападных цивилизаций. Логика западного исторического развития свидетельствует о том, что весь незападный мир в целом является объектом атаки «золотого миллиарда». Компромисс с Западом невозможен. Его правители готовы идти лишь на временные тактические уступки, которые они рассматривает как дань необходимости. При малейшей возможности нанести неожиданный и решающий удар они его наносят, не колеблясь. Запад считается лишь с силой, и только она может остановить его натиск. Об этом свидетельствует прошлое, это доказывает настоящее, формируя неумолимо надвигающееся будущее.

Локальное противостояние западному экспансионизму еще продолжается. Некоторые народы даже пытаются проявлять собственную волю, но подавление их сопротивления — дело ближайшего времени. Они слабы и крайне уязвимы потому, что сознание их правящих элит «отравлено» западными ценностями, и прежде всего жаждой наживы. Мир уже давно не знает Борьбы как таковой, ее заменил Торг. Правящая верхушка Запада не побеждает своих врагов, а покупает их в буквальном смысле этого слова[228]. Для тех, кто преклонил колени перед «золотым тельцом», западные армии — непобедимы. Вожди современных «варваров» давно забыли о праве своих народов на собственную судьбу. Большинство из них предпочитает смотреть на Запад между своих ног, чем сквозь прорезь прицела. Они не хотят погибнуть в бою, для них проще жить стоя на коленях, получать мзду за покорность и считать себя элитой «свободного мира».

Но то, что имеет начало, имеет и конец. Глобализация–это пик могущества западной цивилизации, но и пролог к ее гибели.

Возникает закономерный вопрос: если у Запада на данный момент нет врагов, способных его уничтожить, то кто же представляет для него смертельную угрозу? Ответ настолько же очевиден, как и парадоксален — он сам. Причины надвигающейся гибели Запада находятся в нем самом, в присущей ему природе.

На протяжении столетий западная цивилизация воспитывала в своем лоне человека–нарцисса, отчужденного в своем солипсизме от всего, что его окружало. Единственное, что связывало и связывает этого нарцисса с миром, — это всепоглощающее стремление к абсолютной власти над ним и желание использовать его для удовлетворения собственных изощренных потребностей. Все, что оказывалось на пути к этому (духовного, интеллектуального или материального плана), целеустремленно уничтожалось. Но западный нарцисс уничтожал не только другие народы, но и самого себя, точнее, все то в собственной природе, что мешало ему двигаться к своей цели–абсолютной власти и неограниченному потреблению. Главные потери, в процессе духовно–психологической вивисекции, пришлись на его душу и разум. Однако установление человеческой одномерности, при подчеркнутой свободе реализации разнообразных проявлений этой одномерности, а также подавление духовной и интеллектуальной оппозиции превратили западное общество в примитивно–вульгарную плебейскую массу, желающую лишь panem et circenses[229].

Изданный момент население «золотого миллиарда» можно сравнить с высокоорганизованной и мобильной колонией саранчи, которая постоянно передвигается в пространстве, поедая на своем пути все, что только может. При этом Запад, прежде всего «поедает» природу, а поэтому и основу своего существования.

Дело в том, что его могущество основано на искусственно созданной им некросфере — глобальной технотронной системе, которая воссоздает материальную основу его существования. Западный человек уже давно не способен жить вне ее границ. Более того, она (в виде урбанизированных мегаполисов) стала его естественной средой. Но некросфераможетсуществовать, лишь поглощая биосферу, и этот антагонизм непреодолим. Постоянное ухудшение экологической ситуации в мире является следствием, вытекающим из наличия этого антагонизма. Некросфера не может не разрушать биосферу, так как сам процесс ее существования и является этим разрушением. Не только остановить, но даже сдержать указанное разрушение невозможно, ведь любая подобная попытка поставит под вопрос существование всей западной цивилизации. Уничтожение некросферы возможно лишь при условии уничтожения Запада как глобальной, доминирующей системы.

На данный момент внешней силы, способной это сделать, не существует. Если она не появится в ближайшие десятилетия, некросфера сначала «сожрет» биосферу, т.е. максимально истощит природу и исчерпает ресурсы Земли, а потом погибнет сама, похоронив под своими обломками западную цивилизацию, а заодно и большую часть человечества, функционально встроенную в ее инфраструктуру.

Экстенсивное развитие глобальной технотронной системы имеет тенденцию к ее непрерывному ускоряющемуся разрастанию. Это, в свою очередь, интенсифицирует поглощение ресурсов планеты «золотым миллиардом». Здесь себя проявляют не только специфические особенности некросферы, но и психологические установки западного человека, четко ориентированного на постоянное увеличение собственного потребления и непрерывное повышение уровня своего комфорта. Пока это происходит, Запад стабилен и гомеостатичен. Малейшее нарушение этого процесса приводит к внутренней стагнации и появлению деструктивных процессов его системного распада. Именно поэтому Запад, для обеспечения материальных основ своего существования, целенаправленно разрушал другие цивилизации и уничтожал незападные народы путем непрерывных войн. Западная цивилизация будет существовать до тех пор, пока будет способна осуществлять многоуровневую экспансию, одновременно устраняя явных и потенциальных соперников, которыми для нее становятся любые незападные народы благодаря уже САМОМУ ФАК ТУ СВОЕГО СУЩЕСТВОВАНИЯ.

Но ресурсы планеты не беспредельны, а природа крайне уязвима[230]. Западный человек, чья духовно–психологическая организация редуцировала к набору рефлексов социального насекомого, стал смертельно опасным для окружающего мира Эта духовно–психологическая мутация нашла свое отражение прежде всего в его отношении к одной из главных Основ человеческого существования — земле.

Данная трансформация имела революционную сущность. На место крестьянина, для которого земля была одухотворенным, живым существом, взаимодействие с которой имело не только материальный, но и сакральный аспект, пришел фермер, рассматривающий землю лишь как инструмент с помощью которого он производит сельскохозяйственную продукцию. Если для крестьянина земля была домом, где жили его предки, живет он сам и будут жить его потомки, то для фермера земля—это лишь заводской цех, в котором он работает чтобы получить максимальную прибыль. Таким образом фактически произошло отчуждение человека от земли и был разрушен их взаимовыгодный симбиоз. Как следствие этого земля потеряла свою сакральную сущность, превратившись в товар средство производства, использование которого должно не только окупаться, но и обеспечить победу в конкурентной борьбе. В итоге земля стала объектом беспощадной эксплуатации. Подобная прагматичность западного образца дала свои результаты. Их наглядным примером может быть Айова —один из ведущих сельскохозяйственных штатов Америки. За последние 100 лет вследствие интенсивного земледелия там была уничтожена половина всех пахотных земель. При этом скорость разрушения плодородного слоя в 30 раз превысила скорость его естественного формирования. Распространение же западных методов ведения сельского хозяйства на весь мир привело к катастрофическим последствиям в глобальном масштабе. До 1800 года в распоряжении людей было приблизительно 7,4 млрд.гектар угодий, пригодных для сельского хозяйства[231]. Только за минувший век из–за хозяйственной деятельности на планете было уничтожено более 2 млрд.гектар (т.е. 27%) земель, пригодных для обработки. За последние 40 лет утеряна приблизительно треть пахотных земель вследствие урбанизации: строительства дорог, эрозии, засоления и заболачивания грунта[232]. И это притом, что под сельскохозяйственные угодья занято уже 95% земли, пригодной для жизни человека. Размер пахотных земель сейчас составляет 1,4 млрд.гектар, и увеличения их площади уже не предвидится, так как восстановление плодородного слоя происходит крайне медленно–приблизительно 2,5 см за 500 лет. Для регенерации слоя толщиной в 15 см, необходимого для нормального производства сельскохозяйственных культур, требуется почти 3000 лет (!). В итоге благодаря распространению на весь мир западных сельскохозяйственных технологий, ориентированных на получение максимальной прибыли, а потому нещадную эксплуатацию земли, на планете ежегодно разрушается около 12 млн. гектар плодородной почвы.

Констатируя подобную ситуацию, необходимо учитывать, что для полноценного существования одного человека необходимо 0,5 гектар пахотных земель, около 1,5 гектар для возобновляющихся систем источников энергии, а также 1 гектар лесов и пастбищ. В 2000 году на каждого жителя Земли приходилось по 0,27 гектара, т.е. почти в 2 раза меньше необходимого минимума. Поэтому–то происходит как постепенное сокращение производства сельскохозяйственных продуктов, так и ухудшение их качества. Например, среднемировое производство зерновых с 1950 по 2000 год уменьшилось в 2 раза. И эта тенденция усиливается.

На данный момент земля и современная агрокультура может обеспечить достаточное количество пищи только для 3 млрд.людей. Если деградация пахотных земель будет и дальше происходить с указанной скоростью, то через42 года рассчитывать на достаточное для полноценной жизни количество пищи смогут лишь 2 млрд.человек.

Не менее критическая ситуация сложилась и с водой. Несмотря на ее огромное количество, легкодоступным для человека является только 1% ее пресных запасов. При этом необходимо отметить тот факт, что затраты пресной воды на каждого человека в мире за последние 40 лет уменьшились на 60% и на протяжении следующих 25 лет предполагается их дальнейшее сокращение еще в 2 раза.

Согласно подсчетам Организации Объединенных Наций, в 2025 году от нехватки пресной воды будет страдать две трети населения планеты. По прогнозам же специалистов ЦРУ США, уже к 2015 году в странах с хронической нехваткой воды окажется более половины населения Земли. Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, сегодня более двух миллиардов человек в 80 странах испытывают острую нужду в питьевой воде. По некоторым данным, из–за болезней, вызванных отсутствием чистой воды и элементарных санитарных удобств, каждый день умирают шесть тысяч детей. Многие эксперты убеждены в том, что в XXI столетии она станет играть такую же важную роль, как в XX столетии играла нефть, а в ближайшем будущем цена литра питьевой воды будет стоить дороже литра бензина. Уже сейчас нередко дипломатические отношения между государствами существенным образом усложняются из–за водных ресурсов. При сохранении вышеуказанной тенденции во многих регионах планеты в ближайшем будущем не исключены вооруженные конфликты за их источники. Еще в начале 90–х годов бывший Генеральный секретарь ООН Бутрос Гали предрекал, что войны будущего станут войнами не за нефть, а за воду. Об этом свидетельствует ситуация в Африке, на Ближнем Востоке и в Центральной Азии.

Впрочем, не все государства пока что бедствуют из–за недостатка воды. Некоторые ведут себя так, будто водные запасы безграничны. Так, например, в год для выращивания сельскохозяйственных культур на каждого человека необходимо 400 тыс. литров воды, в США же используется 1 700 тыс. литров. Если для бытовых нужд человеку необходимо около 50 литров воды в день, то в США ее потребляется в 8 раз больше, т.е. 400 литров. В результате в этой стране скорость отбора подземных вод в среднем на 25% выше, чем скорость их возобновления. В связи с этим будет неудивительно, если с водными ресурсами Америки повторится та же история, что и с нефтяными.

В начале XX столетия только в американском штате Оклахома нефти было больше, чем в Германии или Японии. Калифорния имела в своем распоряжении запасы большие, чем Германия, Япония, Франция, Испания, Дания, Швеция, Финляндия и Италия, вместе взятые. США владели запасами нефти, в 20 раз превосходящими индийские, в 16 раз бразильские и в 3 раза китайские. С 1859 по 1939 год на США приходилось 2/3 мировой добычи нефти.

До 1950 года Соединенные Штаты вырабатывали половину мирового объема нефти. Однако уже в 1997 году США добывали для собственных потребностей 40% нефти, к 2015 году, по мнению экспертов, добыча сократится до 30%, а в 2025–м до 15%. Недостающую часть им придется импортировать. Тактика консервации собственных месторождений уже ничего не решает, а запасы нефти на Аляске, как утверждают специалисты, дадут США отсрочку не более чем на 2 года. При этом удельное потребление энергоресурсов в США приблизительно в 2 раза выше, чем в передовых западных странах, и в 10—50 раз выше, чем в развивающихся, а используется они в 1,5—2 раза расточительнее, чем это делают их партнеры по «золотому миллиарду». В связи с этим, скорее всего, к тридцатым годам этого века США будут практически полностью зависеть от импорта нефти. Уже сейчас они ее покупают больше, чем Дания, Финляндия, Франция, Германия, Греция, Италия, Норвегия, Испания и Швеция, вместе взятые. Это связано еще и с тем, что за последние 40 лет использование природного топлива в разных областях экономики США возросло в 20—1000 раз, а американский гражданин потребляет в 20—30 раз больше горючего, чем житель развивающихся стран.

Структура энергетики США со временем очень существенно изменилась: в 1900 году на уголь приходилось 95% вырабатываемой энергии, почти весь остаток составляли нефть и газ; в 1950 году объемы угля и нефти использовались на равных (по 39%), газа потреблялось 20%, а электроэнергии — 2%; в 2000 году для производства энергии, угля использовалось менее чем 7%, газа и нефти — 75%, электричества— 18 %. Более высокая, чем у угля, энергоемкость, и в особенности преимущества добычи, транспортировки и применения, сделали нефть и газ основными источниками энергии для современной технической цивилизации. Это обусловило их соответствующий расход.

В общем, как утверждают специалисты, за последние 150лет человечество успело использовать 65% мировых запасов нефти.

Каждый день в мире расходуется нефти почти в 5 раз больше, чем удается найти ее в новых месторождениях. При этом, как утверждают эксперты, неразведанной нефти осталось приблизительно 10% от всех существующих на Земле запасов. Современные методы геологоразведки не выявляют значительных месторождений нефти и газа. Все наиболее крупные из них уже разведаны. Многие уже вычерпаны.

При этом, даже если она будет найдена в отдаленных, труднодоступных местах планеты или на большой глубине в океанах, это не сможет предотвратить надвигающуюся энергетическую катастрофу. Необходимо учитывать то, что наличие количественного максимума добычи энергоносителя определяется его «энергетической стоимостью». Если на поиск, добычу и транспортировку топлива затрачивается столько же энергии, сколько ее содержится в нем самом, дальнейшая добыча теряет смысл. После Второй мировой войны энергетическая эффективность добычи нефти составляла 50:1; в середине 1980–х она снизилась до 8:1, а для импортной нефти (с учетом доставки) до 5:1. Где–то к 2010 году эта величина приблизится к критической, т.е. 1:1. После этого добыча нефти станет нецелесообразной.

В конце марта 1998 года на московской встрече министров энергетики стран G8 представители Между народного агентства энергетики (International Energy Agency) обнародовали доклад, в котором сообщалось о том, что мировая добыча нефти достигнет своего пика между 2010 и 2020 годами, после чего нефтедобыча будет неуклонно снижаться, что неизбежно приведет к глобальному энергетическому кризису.

В 1956 году американский геофизик, сотрудник компании Shell доктор Кинг Хубберт (М. King Hubbert) в результате проведенных расчетов пришел к выводу, что нефтедобыча в США достигнет максимума в начале 70–х годов, после чего начнет падать. Его прогноз достаточно жестко оспаривался рядом специалистов, однако в установленный срок он с удивительной точностью сбылся. Расчеты по методике Хубберта, проведенные профессором геологии Принстонского университета (США) Кеннетом Деффейсом, показали, что пик мировой добычи нефти будет достигнут в 2003 году, но так как данные о мировых запасах этого энергоносителя не полны, он прогнозирует энергетический кризис между 2004–2008 годами. Многие эксперты Центра по анализу проблем, связанных с истощением мировых запасов нефти (Oil Depletion Analysis Center), полностью разделяют точку зрения К. Деффейса. Естественно, что существуют и оптимистические прогнозы, однако они не очень сильно отличаются от пессимистических. Так, по подсчетам шведских ученых из университета города Уппсала, пик мировой добычи нефти будет достигнут в 2010 году. В последнем прогнозе «World Energy Outlook» Международного энергетического агентства говорится о том, что существующие мировые запасы нефти будут вычерпаны к 2020 году.

Разведанные мировые запасы природного газа составляют 148,9 трлн. м3. При современном уровне потребления их хватит в лучшем случае на 70 лет.

По мнению специалистов, если исходить из нынешних темпов добычи и потребления угля, его запасы будут вычерпаны приблизительно через 100 лет. Уже к 2010 году доля данного энергоносителя в общем потреблении человечества может вырасти до 40%.

Важной особенностью угольной промышленности является ее несамодостаточность. Для ее функционирования нужна нефть, доля использования которой в добыче угля составляет от 40 до 50% всех энергозатрат. То есть отсутствие нефти будет означать остановку угольной промышленности, даже если уголь будет еще находиться в недрах земли.

Кроме основных невозобновляемых источников энергии (нефть, газ, уголь), обеспечивающих сейчас 80% энергетических потребностей человечества, есть и другие, условно возобновляемые. Их доля в энергоснабжении составляет одну пятую. Чтобы более наглядно представить себе масштаб их использования, обратимся к статистике (см. табл. 1).

Таблица 1 Ресурс США Мир Нефть 100,0% 100,0% Природный газ 36,0% 35,9% Уголь 22,2% 19,3% Ядерная энергия 20,6% 23,7% Биомасса 6,9% 5,9% Гидроэнергия 7,2% 7,2% Гидротермальная, 3,2% 6,0% ветровая 0,3% 0,2% Биотопливо (этанол) 3,6% 1,8%

Как можно заметить, все возобновляемые альтернативы представляют собой незначительную часть в общем объеме мирового производства энергии и заменить на необходимом уровне потребление невозобновляемых источников они, судя по всему, не способны.

Существует теоретическая возможность того, что будут найдены новые источники энергии, способные в полной мере это сделать, однако нет гарантий, что они реально появятся, причем до того, как будут вычерпаны нефтяные запасы. Возьмем в качестве примера извлечение энергии из водорода. Водородная энергетика включает в себя разработку эффективных методов и процессов крупномасштабного получения дешевого водорода (из метана и сероводородсодержащего природного газа, а также путем разложения воды) и создание технологий хранения, транспортировки и использования водорода в энергетике, промышленности и на транспорте. В настоящее время исследовательские работы в этом направлении ведутся более чем в 100 странах мира. Наиболее интенсивно в Японии, ФРГ, США[233], Китае, Индии, где приняты в той или иной форме национальные программы развития водородной экономики. Однако, по оценкам президента Международной ассоциации по водородной энергетике[234] профессора Везироглу, почти полный переход мировой экономики на водород (до 90%) возможен, в лучшем случае, лишь к 2070 году. Причем это всего лишь оптимистический прогноз.

Второй достаточно перспективный источник альтернативной энергии — управляемый термоядерный синтез. Исследования в этой области ведутся с 50–х годов прошлого века. В случае их успешного завершения человечество действительно может получить дешевую, практически неисчерпаемую энергию. Однако проблема в том, что на данный момент не существует даже экспериментального термоядерного реактора. Россия, ЕС и Япония в 1992 году объединили свои усилия для совместной разработки технического проекта первого подобного экспериментального реактора (проект ITER)[235], в основу которого положены термоядерные установки «Токамак», разработанные в России. Если в ближайшие годы начнется его строительство, то завершится оно не ранее чем через 9—10 лет. Первый же коммерческий термоядерный реактор будет создан соответственно в лучшем случае к 2025–2030 году. Создание же термоядерной энергетики как экономической отрасли отодвигается где–то к 40—50 годам, так как оно требует очень больших затрат на развитие специальныхтехнологий, материалов и на физические исследования.

Таким образом, если мировой энергетический кризис разразится к двадцатым годам, то ни технология извлечения энергии из водорода, ни управляемый термоядерный синтез ситуацию не спасут.

Первый всесторонний анализ развития западной цивилизации, в контексте ее особенности интенсивно потреблять в огромных масштабах природные ресурсы, был осуществлен экспертами Римского клуба. В упомянутой ранее работе «Границы роста» они представили результаты моделирования тенденций, прямо или косвенно связанных с неконтролируемым использованием ресурсов Земли. Основные выводы этого исследования состояли в том, что, при существующих на тот момент (1972) темпах развития, невозобновляемые ресурсы будут вычерпаны приблизительно через 100лет, после чего начнутся необратимые процессы распада всемирной экономической системы.

За минувшие 30 лет прогнозы Римского клуба не были опровергнуты, за исключением одного: авторы исследования ошиблись в своих оценках темпов использования ресурсов. В действительности, по уточненным данным, момент полного истощения ресурсов Земли наступит на 40 лет раньше, чем предполагалось вначале, т.е. где–то к 2032 году.

В таблице перечислены некоторые стратегически важные для экономической системы ресурсы. В последнем столбике приведены сроки их исчерпания с учетом возможного обнаружения новых месторождений (см. табл. 2).

По мнению специалистов клуба, У ЗАПАДНОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ ЕСТЬ ШАНС ПРОДЛИТЬ СВОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ, ЕСЛИ ЗА 2–3 ДЕСЯТИЛЕТИЯ НАСЕЛЕНИЕ ЗЕМЛИ БУДЕТ СОКРАЩЕНО ДО 1,5–2 МЛРД.ЧЕЛОВЕК. Это снимет антропологическо–техногенное давление с окружающей среды и замедлит использование ресурсов планеты. Данный вывод–рекомендация имеет огромное значение, так как именно он определил геостратегию Запада на ближайшие 50 лет.

Таблица 2 Ресурс Линейный рост (лет) Экспонентный рост (лет) Экспонентный рост и 5–кратный запас ресурсов (лет) Алюминий 100 31 55 Хром 420 95 154 Уголь 2300 111 150 Кобальт ПО 60 148 Медь 36 21 48 Золото 11 9 29 Железо 240 93 173 Свинец 26 21 64 Марганец 97 46 94 Ртуть 13 13 41 Молибден 79 34 65 Природный газ 38 22 49 Никель 150 53 96 Нефть 31 20 50 Платина 130 47 85 Серебро 16 13 42 Олово 17 15 61 Вольфрам 40 28 72 Цинк 23 18 50

* * *

Сентябрь 1995 года. Место действия — Сан–Франциско, впечатляющий символ «золотого миллиарда» — Фермонтготель. Действующие лица — высшая западная интеллектуальная элита и современные хозяева мира — представители транснациональной олигархии. Они съехались на конференцию, чтобы в течение трех дней обсудить главные аспекты настоящего и решить судьбу человечества на ближайшее будущее. Исходя из того, что главной проблемой является надвигающийся ресурсно–энергетический кризис, они коллективно пришли к выводу, что ПРАВО НА ЖИЗНЬ ИМЕЮТ ЛИШЬ ТЕ, В ЧЬИХ РУКАХ НАХОДИТСЯ КАПИТАЛ, А ТАКЖЕ ТЕ 20% ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, КОТОРЫЕ ОБЕСПЕЧИВАЮТ ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ГЛОБАЛЬНОЙ ФИНАНСОВО–ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ. Соответственно эта транснациональная элита сформулировала определяющий алгоритм своих совместных действий: «либо ты ешь ланч, либо на ланч едят тебя»[236]. Учитывая предшествующий опыт эффективного проведения Западом политики цивилизованного каннибализма, перспективы 80% землян являются настолько же однозначными, насколько и мрачными. Если мировые правители приходят к выводу, что на этом свете кто–то является лишним, то этот кто–то, как правило, рано или поздно, так или иначе, уйдет в мир иной.

Все уже решено. Непоколебимый прагматизм, утонченный интеллект и железная воля могущественной транснациональной олигархии ведет человечество в лоно Нового Мирового Порядка. Если не произойдет никакой неожиданности, в скором времени от той реальности, в которой сейчас пребывают народы мира, не останется и следа. Пройдя через радикальные метаморфозы, те из них, которые выживут, окажутся в совершенно иной действительности.

Сознанию человека присуща значительная инертность восприятия. И именно эта инертность порождает иллюзию устойчивости мира. Американские индейцы были не способны вообразить себе, что какая–то кучка чужеземцев из далеких стран разрушит их мир, в котором они жили тысячи лет, захватит их земли и уничтожит их самих. Африканцы, которых загоняли в трюмы кораблей и отправляли на невольничьи рынки, и подумать не могли до этого момента, что кто–то может лишить их свободы и Родины. Китайцы верили в вечность Поднебесной, пока отряды колониальной армии далекого королевства не принудили склониться в покорности властителей древней империи. Так же и граждане СССР не могли себе вообразить, что их могущественное государство, благодаря чьей–то воле, растает, будто утренний туман, у них на глазах. Точно такая же иллюзия присуща и тем, кто верит в вечность существующего на данный момент мироустройства.