Информационное сообщение о внешней политике Литвы из польского посольства в Риге

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Информационное сообщение о внешней политике Литвы из польского посольства в Риге

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

ПОСЛАНО т.т.

СТАЛИНУ,

МОЛОТОВУ

«23» XII1937 г.

7-м отделом ГУГБ НКВД получен из Варшавы следующий документальный материал:

Документально

Перевод с польского

Польское посольство

в Риге

23. X.1937

Информация из Литвы

1 приложение

Г-ну министру иностранных дел

в Варшаве.

Секретно

При сем препровождаю материал, полученный мною от моего постоянного осведомителя, проживающего в Ковно. В материале обсуждаются литовско-французские отношения, положение в Клайпеде и литовско-германские отношения.

Фр. Харват,

польский посол.

Посылается: г-ну министру иностранных дел — 2 экз.,

г-ну директору Кобылянскому.

----------

Литовско-французские отношения.

1). Во французских кругах говорят, что поездка Лозорайтиса в Париж имеет целью попытаться получить заем. Заем был бы использован на следующие инвестиции: на электрификацию страны, на строительство цементного завода и оружейного завода, на строительство завода искусственных удобрений, на эксплуатацию торфяных залежей и т. д.

2). Литовско-французские отношения, несомненно, ухудшились бы, если бы подтвердилось, что центр ГПУ, руководящий работой во Франции, находится в Ковно, где проживает известный Роберти, организатор похищений Миллера и Кутепова. Роберти якобы живет в Ковно по улице Мицкевича под фамилией Ганс Закс.

На запрос французского посольства относительно того, что из этого соответствует действительности, вице-министр Урбшиц якобы со смущением ответил, что Роберти в Литве не живет и никакого центра ГПУ в Литве нет, однако он сам в этом якобы не уверен.

Французы говорят, что если эти сведения подтвердятся, тогда Литва не получит взаймы ни гроша.

Положение в Клайпеде.

С тех пор, как Литва отказалась от прежней программы в Клайпеде, т. е. уже свыше года, в литовско-германских отношениях наступает период улучшения. 3а выгодное экономическое сотрудничество и хорошие отношения с Германией Литва отказалась от программы губернатора Новакаса.

В Клайпеде немцы господствуют нераздельно. Сейм, директория, магистрат, самоуправление — все оказалось в руках немцев. Литовцы много потеряли на всех участках. Характерным примером может служить история со школами. Литовское правительство построило несколько десятков зданий для литовских школ в Клайпедской области, которые ему обошлись в несколько миллионов литов. При губернаторе Новакасе, когда автономные органы (вопреки статуту) находились в руках литовцев, литовское правительство передало право собственности на эти здания автономным властям. Между тем произошла генеральная перемена. Литовцы капитулировали, автономия опять была восстановлена — немцы пришли к власти, и в настоящее время в этих роскошных зданиях, построенных на деньги, пожертвованные на литовское просвещение, находятся немецкие школы, в которых дети учатся на немецком языке. Однако не следует предполагать, что литовцы окончательно отказались от своей национальной политики в Клайпеде. Потерпев явное поражение в политической области, терпеливые литовцы решили действовать иным путем. Они решили провести в жизнь обширную программу экономического проникновения: они начали скупать дома, земельные участки под промышленные предприятия, лесопильные заводы, фабрики, акции промышленных предприятий и т. д. Они опять начали строить школы, но на этот раз их владельцем является частная компания, которая при посредстве Земельного и Литовского банков проникла в Клайпедскую область. Со стороны автономных властей эта акция встретила весьма энергичное и последовательное сопротивление. Немцы сознательно и умышленно саботировали литовские усилия. Магистрат не только не давал литовцам разрешений на постройку домов и создавал им затруднения на каждом шагу, но и задерживал общее развитие города, препятствуя расширению канализационной сети, не разрешая строительства новых улиц и т. п. Задержка развития и расширения Клайпеды стала политическим принципом клайпедских немцев. Они опасаются, что вместе с ростом города усилится также эмиграция литовцев из Великой Литвы.

На этой почве возник вопрос о конфискации территорий, нужных литовскому правительству на разные цели. Литовское правительство, не имея возможности иным путем приступить к реализации ряда своих мероприятий, имеющих общегосударственное значение, решило пойти по пути конфискации. До этого каждому владельцу земельного участка было внесено предложение продать участок на весьма выгодных условиях. Однако дисциплинированные владельцы-немцы отказались продавать по политическим мотивам. Лишь спустя некоторое время правительство уведомило их, что земля конфискуется на общественные цели, причем в качестве компенсации им были выплачены значительные суммы. Возник вопрос о том, поступило ли правительство законно. Утверждали, что параграфы 35 и 39 статута этому противоречат. Фактически дело сводится к вопросу о компетенции, однако литовское правительство имеет, по-видимому, основания утверждать, что у него имеются необходимые компетенции. Тем не менее местные органы еще долго будут иметь возможность затягивать формальности, связанные с конфискацией, т. к. акт о переходе собственности в руки государства должен быть утвержден местным судом и еще неизвестно, не придется ли правительству, как покупателю, войти в добровольное соглашение, если оно захочет провести дело формально.

Если говорить о побуждениях, которыми правительство руководствовалось, вступая на путь конфискации, то, не говоря о серьезных нуждах (вопрос о строительстве аэродрома на территории имения Конрада тянется уже в течение нескольких лет), не исключена возможность, что литовское правительство поощрялось до некоторой степени Францией и Советским Союзом.

Литовско-германские отношения.

До недавнего времени литовско-германские отношения развивались весьма благоприятно; только несколько недель тому назад можно было заметить, что это развитие задержалось, и неизвестно, является ли это принципиальным поворотом в германской политике — отходом от линии Цехлина — или временным недоразумением на почве клайпедских споров. В кругах обычно хорошо ориентирующихся в политике предполагают, что это — начало изменения принципиальной позиции Германии. Говорят, что Германия решила реактивизировать свою политику на Востоке. Ковенские политики связывают это с гитлеровской активностью в Данциге, с позицией германского правительства по отношению к польскому нац. меньшинству в Германии, с… (слово неразборчиво. — Пер.) антилитовской кампанией. Если бы это соответствовало действительности, тогда это означало бы, что политика германского посла в Ковно, Цехлина, т. е. политика сближения с Литвой, должна быть отброшена и заменена новым направлением. В соответствии с основами политики Цехлина национал-социалистам в Клайпеде по приказу из Берлина до настоящего времени не давали воли. Им не разрешалось вести агитацию и проявлять активность. Между тем знатоки положения в Клайпеде утверждают, что в Берлине принято решение об изменении политики, на основании которого ожидается большая активность гитлеровцев в Клайпеде.

Если это соответствует действительности, тогда Литва, по-видимому, опоздала со своими конфискационными мероприятиями в Клайпеде и дала ими немцам прекрасный предлог для враждебной кампании в прессе.

Среди немцев, проживающих в Клайпедской области и пользующихся правом гражданства в результате поражения, которое Литва потерпела в арбитраже в Берне, находятся руководители гитлеровского движения в Клайпеде со Шрейбером во главе. Предоставление гражданства Шрейберу и его возврат к политической деятельности праздновались в Клайпеде чрезвычайно торжественно. Шрейбер — крупный общественный деятель и политик, очень интеллигентный человек и способный организатор, значительно превосходящий всех остальных нынешних немецких лидеров в Клайпеде; он, по всей вероятности, станет во главе национал-социалистской акции, и не исключена возможность, что через некоторое время немцы попытаются поставить его во главе Директории. Если оправдываются предположения, что Германия отходит от линии Цехлина, что она намерена перейти к более активной тактике и что она намерена ослабить тормоза, сдерживавшие гитлеровское движение в Клайпеде, тогда легко себе представить, как немедленно ухудшатся литовско-германские отношения. Теперь, в период расцвета торговли с Германией, евреи начинают поговаривать о возможности таможенной войны с Германией, и многие из них предвидят далеко идущие последствия такого положения вещей. Они утверждают, что в случае, если Германия предпримет враждебную по отношению к Литве акцию, кампанию в прессе и гитлеровскую деятельность в Клайпеде, тогда Литва может очутиться в неприятном положении. Наблюдая за той игрой, которую Литва вела в течение многих лет, сближаясь то с Германией, то с Россией, можно вывести следующие заключения и предусмотреть следующие возможности.

В случае значительного ухудшения отношений с Германией Литва будет вынуждена искать большего сближения с СССР, но она не сможет этого осуществить немедленно; некоторые утверждают, что она будет вынуждена терпеть удары со стороны Германии и подчиняться ей. При проведении политики колебаний между одной ориентацией и другой всегда будут некоторые промежутки времени между одной констелляцией и другой. Это можно было отметить при изучении истории литовско-германо-советских отношений. И теперь, в случае если Германия поведет кампанию против Литвы, по всей вероятности, наступит такой промежуток времени, когда Литва не сможет опереться на Россию и нигде не будет иметь солидной опоры. Лозорайтис неоднократно говорил о том, что если вести игру с двумя, то часто попадаешь в зависимость то от одного, то от другого. Этим он мотивировал в свое время необходимость сближения с Польшей. Если эти предсказания подтвердятся, тогда Польша могла бы сыграть некоторую роль; этот момент был бы благоприятен для того, чтобы сделать попытку к сближению. С такого рода мнением я встретился в кругах, зорко наблюдающих за политической жизнью Литвы.

Верно: НАЧ. IV СЕКТОРА 7 ОТДЕЛА ГУГБ НКВД

КАПИТАН ГОС. БЕЗОПАСНОСТИ (Фурман)