Литературовед во власти

Именно на той волне и появился Звиад Гамсахурдия[59], который был организатором тех весенних демонстраций. Мы вместе учились в одной школе, он был в классе помладше. Его семью я хорошо знал, ведь его сестра была моей подругой в молодые годы. Тогда никто и не думал, что он далеко пойдет. Только после смерти диссидента Мераба Коставы[60] в восемьдесят девятом году Звиад стал номером один.

Осенью девяностого оппозиционный блок победил на выборах – Звиад стал председателем Верховного Совета, а в апреле девяносто первого – уже президентом республики. Получить 87 % голосов на выборах было совсем нетрудно, ведь коммунисты уже потеряли поддержку народа, – можно было и 95 % взять. Председатель избиркома – старый член компартии – почувствовал запах перемен и отстранился, а я был его замом, и все документы шли через меня. Еще до окончания голосования я дал интервью, где заверил, что оппозиция получит минимум 70 %.

Был ли этот интеллигент готов к такому посту? Надо признать честно, Гамсахурдия не был готов взвалить на себя эту ношу. Он совершил много ошибок: например, у нас были прекрасные отношения с Баку, но вдруг мне звонит их премьер с вопросом: "Объясните! Кто такой ваш президент? Почему такие глупые заявления?" Оказывается, Гамсахурдия в эфире ВВС сказал: "Карабах – это Армения, а значит, нечего Азербайджану идти туда".