Моментальная зависимость[47]

Нарколог Юрий Вагин о том, чем дышала перестроечная молодежь

В период с 1984 по 1990 год численность наркоманов, зарегистрированных Министерством здравоохранения СССР, выросла с 35 до 67 тысяч человек. В 1996 году число состоящих на учете наркозависимых в России составило 250 тысяч, а к 2006 году – уже 350 тысяч. При этом, по данным Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков, за тот же год реальное количество наркоманов по приблизительным подсчетам достигало 2 миллионов. Наркоманом считается и давний пользователь героина с опухшими венами, и задержанный полицией школьник, первый раз попробовавший марихуану.

Об эволюции наркотических предпочтений в России рассказывает кандидат медицинских наук Юрий Вагин, который напоминает, что употребление наркотиков крайне отрицательно сказывается на здоровье. Сейчас Вагин – доцент Пермской медакадемии, а в конце восьмидесятых он занимался исследованием любителей клея "Момент" – наиболее известного и пугающего средства изменения сознания тогда.

В восемьдесят шестом году я учился в медакадемии и параллельно работал медбратом в психбольнице. Как-то раз научный руководитель обратил мое внимание на то, что в больнице лежит большое количество подростков, которые любят дышать клеем "Момент", бензином, ацетоном и линейкой растворителей под номерами 645-647. Когда я заканчивал ординатуру и стал думать о кандидатской работе, то вспомнил пациентов больницы. Меня интересовали изменения психики, ведь мозг – это большая жировая лепешка, а все вышеперечисленные вещества жиры растворяют. Соответственно, если ты пропускаешь через мозг по пол-литра 646-го растворителя, то от него очень быстро ничего не останется. Мой научный руководитель советовал изучить этот феномен с точки зрения аддиктологии, науки о зависимости. Он выдвинул гипотезу, согласно которой это не болезнь, а психическая зависимость, в основе которой лежит нарушение межличностных отношений. Всё это я и подтвердил на 100 подопытных нюхальщиках клея.

– Меня весь день бьют и обижают. А я вечером залягу под кроваткой, нанюхаюсь, и ко мне приходят гномики. Они меня жалеют, сказки рассказывают. Они меня любят, – рассказывал парнишка из детдома.

– Ну ты же понимаешь, что дышать – плохо? – переспрашивал я.

– Понимаю, но вы разве можете предложить мне что-то лучше взамен?

Мальчиков для исследования у меня был вагон и маленькая тележка, а с девочками пришлось повозиться. Требуемое нашел в спецшколе под Москвой. В этом учреждении для криминальных девочек до 16 лет из 60 человек половина дышала. Руководство совершенно об этом не подозревало, пока не начался ремонт школы. Директор привлек к ремонту девчонок, у которых появился неограниченный доступ к лаку, ацетону и краске – в итоге они в чаду залезли на крышу и попадали с нее.