№ 44. СПЕЦСООБЩЕНИЕ В.С. АБАКУМОВА И.В. СТАЛИНУ С ПРИЛОЖЕНИЕМ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА «АМЕРИКАНСКОЙ ШПИОНКИ» И.В. МАТУСИС [12]

П 58 — Центральный комитет Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков)

Т.т. СТАЛИНУ, МОЛОТОВУ, БЕРИЯ, МИКОЯНУ, ВОЗНЕСЕНСКОМУ, ЖДАНОВУ, МАЛЕНКОВУ, БУЛГАНИНУ

По поручению тов. Сталина посылаются Вам для ознакомления показания арестованной Матусис И.В. от 8.1.1948 г.

Зав. особым сектором ЦК ВКП(б) А. ПОСКРЕБЫШЕВ

8 января 1948 г.

№ 3615/а

Совершенно секретно

Товарищу СТАЛИНУ И.В.

О ликвидации американской резидентуры, возглавлявшейся активной разведчицей МАТУСИС, проводившей шпионскую деятельность в Архангельске и Владивостоке

Докладываю, что МГБ СССР и его органами в Архангельске и Владивостоке вскрыта и ликвидирована американская резидентура, проводившая активную шпионскую деятельность в портовых городах Архангельской области и Приморского края.

Резидентом являлась ныне арестованная МАТУСИС И.В., уроженка США, дочь активного троцкиста, работавшая под руководством установленных американских разведчиков — военно-морского атташе США в Москве контр-адмирала ДУНКАН, его помощника РУЛЛАРДА и американских кон-судов во Владивостоке КЛАББА и КОРРИ.

В 1943 году МАТУСИС и РУЛЛАРД, перед выездом на работу во Владивосток, получили в американском посольстве в Москве лично от воен-но-морского атташе США контр-адмирала ДУНКАН задание разведать состояние военно-морских сил Дальнего Востока, ледокольного флота, Северного морского пути, пропускной способности и технической оснащенности портов, судостроительных заводов, а также железных и шоссейных дорог.

По делу арестовано 11 американских шпионов, выданных МАТУСИС, в том числе командир тяжелого монитора 7-го военно-морского флота ЭРЛИХ, капитан теплохода «Иркутск» АЛЬВАРЕС, заместитель начальника агентства Инфлота во Владивостоке КОРАБЕНКОВА, заместитель начальника порта в Петропавловске на Камчатке БУХАТКИН и др., которые сознались в шпионской связи с американцами и подтвердили показания МАТУСИС.

МГБ СССР также дано указание своим органам на местах арестовать и доставить в Москву проходящих по показаниям МАТУСИС — БЕРЕСТЕЦ-КОГО — командира отряда учебных кораблей 5-го военно-морского флота, ЧАЙКУ — капитана теплохода «Комилес» и ОСИНОВСКОГО — бывшего капитана порта в гор. Молотовске, ныне работающего начальником аварийно-спасательной станции Рижского порта.

Арестованные МАТУСИС, ЭРЛИХ, АЛЬВАРЕС, КОРАБЕНКОВА, БУХАТКИН, БЕЛЯЕВ, КРЫЛОВА и КОППЕР содержатся под стражей в МГБ СССР, и допрос их продолжается.

При этом представляю протокол допроса МАТУСИС И.В. и ее фотографию.

О допросе других американских разведчиков из резидентуры МАТУСИС доложу Вам дополнительно.

АБАКУМОВ

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

арестованной МАТУСИС Ирины Владимировны, бывшего секретаря-переводчика американского консульства во Владивостоке от 8 января 1948 года

Вопрос: Кто вы по национальности?

Ответ: Еврейка.

Вопрос: Где родились?

Ответ: Я родилась в США, в гор. Нью-Йорке.

Вопрос: Когда?

Ответ: В июле 1913 года.

Вопрос: Каким образом вы оказались в Советском Союзе?

Ответ: Мой отец уроженец Одессы, принадлежал к анархистам и в 1905 году от преследования царских властей бежал в Америку, где работал на различных предприятиях в качестве бормашиниста, слесаря и электрика. В 1923 году он вместе со мной и матерью возвратился в Советский Союз.

Вопрос: С какой целью?

Ответ: Проживая в Америке, отец являлся членом «Общества друзей Советской России», вступил в строительную артель, организованную этим обществом из числа эмигрантов, желавших возвратиться на родину, и в составе этой артели в 1923 году прибыл в СССР.

Вопрос: Вы скрываете, что ваш отец прибыл в Советский Союз для проведения вражеской работы.

Ответ: Мне лишь известно, что отец по прибытии в СССР поселился на жительство в гор. Одессе, в 1924 году вступил в РКП(б), а затем примкнул к троцкистам, подписал так называемую «платформу 83-х», за что в 1934 году был исключен из партии. О другой деятельности отца против Советской власти я не знаю.

Вопрос: Неправда. Почему вы умалчиваете о связях вашего отца с иностранцами?

Ответ: Переехав в 1941 году на жительство в Архангельск, отец устроился на работу в агентство Инфлота при Архангельском морпароходстве, где, работая диспетчером, имел связь с иностранцами.

Вопрос: Преступную связь?

Ответ: Нет. Связь с иностранцами отец поддерживал по роду своей службы.

Вопрос: А ваша связь с иностранцами носила тоже служебный характер?

Ответ: Я действительно в Архангельске поддерживала знакомство с англичанами из британской военно-морской миссии, находившейся там во время войны, но это знакомство было основано на моем желании совершенствовать. знание английского языка, который я изучала, проживая в Америке.

Вопрос: Не выкручивайтесь. Устанавливая связь с англичанами, вы преследовали преступные цели. Говорите об этом.

Ответ: Я хотела с помощью англичан уехать из Советского Союза за границу.

Вопрос: Почему вы намеревались бежать за границу?

Ответ: Отец и мать на протяжении ряда лет расхваливали мне жизнь за границей, под их влиянием у меня возникли антисоветские настроения, которые из года в год усиливались, в результате чего я стала враждебно воспринимать мероприятия, проводимые партией и Советским правительством.

Особое влияние на меня оказывал отец, который, будучи исключен из партии за троцкистскую деятельность, сам был озлоблен против Советской власти.

В силу этих обстоятельств я высказывала мысль бежать за границу.

Вопрос: Вы не только высказывали? но и принимали практические меры к побегу за границу.

Ответ: Да. В июне 1941 года в Архангельск прибыла первая английская военная миссия. Я, как хорошо владеющая английским языком, была направлена военным командованием на аэродром «Ягодник» для обслуживания этой миссии и там познакомилась с английским полковником БЭРД, который впоследствии стал меня приглашать в здание английской миссии, в интернациональный клуб и посещать мою квартиру.

Находясь как-то в ресторане, я познакомилась со старшим инструктором группы английских танкистов, прибывших в Архангельск, УИЛКСОМ и вскоре вступила с ним в интимную связь.

Встречаясь с УИЛКСОМ, я рассказала ему о том, что до 1923 года вместе со своими родителями проживала в Америке, высказала ему свое недовольство положением в Советском Союзе и враждебном настроении против ВКП(б) и Советского правительства.

В одну из бесед с УИЛКСОМ я заявила ему о своем желании любым способом выехать за границу, и он обещал мне помочь в этом.

УИЛКС сказал мне, что когда группа английских танкистов, старшим которой он являлся, будет возвращаться на родину, то я вместе с ним пройду на английский пароход и таким путем мне удастся бежать из Советского Союза.

С этой целью УИЛКС даже принес мне на квартиру английскую форму, надевая которую я тренировалась, осваивая манеры английского солдата.

Вопрос: В связи с чем УИЛКС так охотно помогал в осуществлении ваших изменнических намерений?

Ответ: Я нравилась УИЛКСУ, и, как уже показывала, он со мной сожительствовал.

Вопрос: Перестаньте лгать. УИЛКС известен как английский разведчик, и ваша связь с ним носила не только бытовой характер. Рассказывайте правду.

Ответ: УИЛКС рассказывал мне, что он является работником английской разведки «Интеллидженс-Сервис» и под видом инструктора танковой группы направлен в Советский Союз с заданием собрать сведения о танковых войсках Советской Армии. В связи с этим УИЛКС спрашивал меня о том, знаю ли я что-нибудь о танковых частях в районе Архангельска. Получив от меня отрицательный ответ, УИЛКС сказал, что его также интересуют вопросы экономического и политического положения населения Советского Союза и, в частности, Архангельска.

Вопрос: Какими шпионскими сведениями вы снабжали УИЛКСА?

Ответ: Исходя из своих враждебных настроений к Советскому Союзу, я использовала материальные затруднения во время войны в беседах с УИЛКСОМ, в извращенном виде обрисовывала положение населения Архангельска, рассказывала о больших очередях в городе, о нехватке продуктов питания и промтоваров. При этом я клеветнически утверждала, что иностранцы обеспечиваются всем необходимым только лишь для того, чтобы скрыть истинное положение в стране.

Моя связь с УИЛКСОМ была кратковременной, поскольку в начале февраля 1942 года он со своей группой танкистов выехал в Англию.

Вопрос: А вас оставил для шпионской работы против Советского Союза?

Ответ: Шпионских заданий от УИЛКСА я не получала. Он просто обманул меня и, не предупредив, внезапно выехал на родину.

Вопрос: Перестаньте крутить. Вы продолжали иметь шпионскую связь с англичанами?

Ответ: Да. Общаясь с БЭРДОМ, последний интересовался экономикой Северного края и расспрашивал о лесозаводах и лесобиржах в районе Архангельска. Я назвала БЭРДУ количество имеющихся лесозаводов и сообщила, что на лесозаводе № 2 после пожара установлено импортное оборудование. Рассказала, что в 10–12 километрах от Архангельска строится завод по производству древесного спирта. Сообщила о наличии в Архангельске йодного завода, а также лесотехнического, медицинского и педагогического институтов.

В 1942 году БЭРД уехал в Англию, а я устроилась на работу в аппарат помощника военно-морского атташе США в Архангельске и связь с англичанами прекратила.

Вопрос: Как вы попали на службу к американцам?

Ответ: В июне 1942 года в Архангельске была основана контора помощника военно-морского атташе США, которую возглавлял капитан 2 ранга ФРЕНКЕЛЬ и капитан 3 ранга РУЛЛАРД.

Познакомившись в ресторане «Интурист» с ФРЕНКЕЛЕМ, а через него с РУЛЛАРДОМ, я была приглашена ими на постоянную работу на должность секретаря-переводчика.

Вопрос: И под прикрытием этой должности вели разведывательную работу?

Ответ: Я это признаю. В первое время моей работы ФРЕНКЕЛЬ и РУЛЛАРД относились ко мне настороженно, а затем, когда они убедились, что я враждебно настроена против Советского Союза, подозрения у них в отношении меня постепенно стали рассеиваться.

Желая снискать доверие у американцев, я стремилась всячески угодить ФРЕНКЕЛЮ и особенно РУЛЛАРД У, который в связи с частыми выездами ФРЕНКЕЛЯ из Архангельска являлся фактически руководителем конторы помощника военно-морского атташе. Я знакомила РУЛЛАРДА с характером работы советских учреждений, с которыми в первую очередь ему приходилось иметь дело.

После этого РУЛЛАРД стал давать мне отдельные поручения, связанные со сбором секретных сведений при посещении мною советских предприятий и учреждений. Так, будучи в портовом участке Бокарица, где концентрировались прибывающие в Советский Союз военные материалы, я по поручению РУЛЛАРДА путем личного наблюдения выяснила некоторые данные о пропускной способности этого порта, а также сообщила РУЛЛАРДУ, что Бокарица соединена с основной железнодорожной магистралью Архангельск — Москва отдельно железнодорожной веткой. Этими сведениями РУЛЛАРД остался доволен.

Проверив меня на выполнении отдельных заданий и убедившись в моей преданности американцам, РУЛЛАРД стал доверять мне и начал привлекать к работе по подбору лиц, которые могли бы снабжать американскую разведку шпионскими сведениями.

Вопрос: Кого вы привлекли для шпионской работы?

Ответ: В 1942 году, во время одного из моих посещений Архангельского интернационального клуба, я обратила внимание на женщину, свободно говорившую по-английски. От директора клуба ГОРИНОЙ я узнала, что это КОППЕР Салли, бывшая американка, которая работает на железной дороге на станции Исакогорка и изредка посещает этот клуб.

О встрече с КОППЕР я рассказала РУЛЛАРДУ, он заинтересовался ею и поручил мне познакомиться с КОППЕР и выяснить — не будет ли она полезна РУЛЛАРДУ в его разведывательной деятельности.

При следующем посещении интернационального клуба я познакомилась с КОППЕР, которая рассказала мне, что она финка американского происхождения, родилась в Бруклине, прибыла в Советский Союз из Америки в 1933 году вместе со своим мужем в группе других финнов и приняла советское гражданство. Первое время она жила в Петрозаводске, в 1939 году ее муж был призван в Красную Армию, а она в начале войны была мобилизована для работы на железнодорожный транспорт.

Я нашла с КОППЕР общий язык и пригласила ее в американскую миссию. Она согласилась.

Когда КОППЕР пришла в американскую миссию, я познакомила ее с РУЛЛАРДОМ. Он расспросил КОППЕР, где она жила в Америке, как попала в Советский Союз и чем теперь занимается. КОППЕР ответила на вопросы РУЛЛАРДА и пожаловалась ему на тяжелые условия жизни и работы в Исакогорке.

В дальнейшем РУЛЛАРД встречался с КОППЕР непосредственно, а в одном из разговоров, одобрив мой выбор в отношении КОППЕР, сказал мне, что он от нее получил интересные сведения об экономическом положении Северного края, но какие именно — не назвал.

Мне лишь известно, что в виде вознаграждения КОППЕР получала от РУЛЛАРДА продукты питания и предметы одежды, что он обычно не делал без пользы для себя.

Вопрос: Арестованный органами МГБ финн американского происхождения ЛАХТИ показал, что вы его также привлекли к шпионской деятельности. Это так?

Ответ: Подтверждаю. Осенью 1942 года я связала РУЛЛАРДА с ЛАХТИ.

ЛАХТИ явился в контору помощника военно-морского атташе в Архангельске и просил меня предоставить ему возможность поговорить с американским консулом. Заинтересовавшись этим человеком, я подробно расспросила его — кто он такой и по какому вопросу желает разговаривать с консулом.

ЛАХТИ рассказал, что он финн американского происхождения, прибыл в СССР в 1933 году, проживал в разных городах Советского Союза, был в ссылке в Сибири, откуда бежал, теперь проживает в гор. Онега и имеет намерение выехать в Америку, о чем и хочет переговорить с консулом.

Решив, что он может быть полезен РУЛЛАРДУ, я попросила его подождать, а сама пошла к РУЛЛАРДУ и сообщила свои соображения в отношении ЛАХТИ. РУЛЛАРД дал мне указание провести ЛАХТИ к нему. Я сказала ЛАХТИ, что консула в Архангельске нет, но его может принять помощник военно-морского атташе. ЛАХТИ согласился, и я провела его к РУЛЛАРДУ.

РУЛЛАРД обещал ЛАХТИ по поводу его просьбы снестись с американским посольством в Москве и результаты ему сообщить. В знак благодарности ЛАХТИ предложил свои услуги — оказать любую помощь РУЛЛАРДУ.

Воспользовавшись предложением ЛАХТИ, РУЛЛАРД стал расспрашивать его о порте Онега.

ЛАХТИ рассказал, что Онежский порт может одновременно принять два парохода, что сравнительно небольшая глубина у причалов не позволяет крупнотоннажным судам становиться под погрузку и выгрузку непосредственно у причалов, в связи с чем эти операции производятся с помощью барж и лифтеров.

ЛАХТИ также сообщил РУЛЛАРДУ о наличии лесозавода и лесобиржи в Онеге, что Онежский порт открыт для навигации в течение примерно двух с половиной месяцев в году и что за последние несколько лет, кроме советских судов каботажного плавания, крупные пароходы туда не заходили.

ЛАХТИ встречался с РУЛЛАРДОМ еще несколько раз и вел с ним продолжительные беседы.

По материалам, полученным от ЛАХТИ, РУЛЛАРД написал донесение и отослал его в отдел военно-морской разведки в Вашингтон, указав фамилию ЛАХТИ как источник получения этих сведений.

Вопрос: Кого еще вы подставили РУЛЛАРДУ для вербовки?

Ответ: В целях подбора кандидатур для использования американцами в шпионских целях я обзавелась в Архангельске знакомыми, но, кроме КОППЕР и ЛАХТИ, подходящих среди них не нашла.

Вопрос: Назовите других лиц, которые поддерживали шпионскую связь с РУЛЛАРДОМ?

Ответ: Я знала, что американцев снабжал разведывательными сведениями капитан порта в гор. Молотовске ОСИНОВСКИЙ.

В моем присутствии сотрудник американского военно-морского атташата ХАРШОУ, постоянно находившийся в Молотовске, рассказывал РУЛЛАРДУ, что он установил связь с ОСИНОВСКИМ, который, по словам ХАРШОУ, заискивал перед ним и высказывал антисоветские настроения.

Используя услужливость ОСИНОВСКОГО, ХАРШОУ получил от него ряд сведений, интересовавших американскую разведку. В частности, как мне помнится, ХАРШОУ говорил РУЛЛАРДУ, что им были получены от ОСИНОВСКОГО данные о том, что Молотовский порт приспособлен на одновременный прием четырех пароходов, что производятся работы по расширению этого порта еще на два причала и что в порту имеется четыре крана мощностью в 10–15 тонн.

От ОСИНОВСКОГО ХАРШОУ также узнал, что в Молотовске имеется законсервированный судостроительный завод, на котором предполагается начать строительство подводных лодок.

РУЛЛАРД поручил мне перепроверить сведения, полученные от ОСИНОВСКОГО, и я это сделала через своего отца, работавшего в то время старшим диспетчером Инфлота в Молотовске. Отец подтвердил правильность полученных от ОСИНОВСКОГО сведений и дополнил их некоторыми другими данными.

Вопрос: Когда был завербован американской разведкой ваш отец МАТУСИС?

Ответ: Он имел личные встречи с РУЛЛАРДОМ и ХАРШОУ в конторе американской военной миссии в Архангельске, куда приходил для оформления документов, связанных с пребыванием американских пароходов в Молотовском порту, но был ли он ими завербован, я не знаю.

Должна сказать, что по поручению РУЛЛАРДА, я неоднократно обращалась к своему отцу для выяснения тех или иных вопросов, интересовавших американскую разведку, и он всегда снабжал меня необходимой информацией.

За это с ведома РУЛЛАРДА я передала отцу из фондов американской миссии костюм и белье, а также снабжала его продуктами питания.

Вопрос: Вы не все рассказали о шпионской работе ОСИНОВСКОГО?

Ответ: О шпионской деятельности ОСИНОВСКОГО мне больше ничего неизвестно, так как он был связан с ХАРШОУ, который сделался преемником РУЛЛАРДА после перевода последнего в феврале 1943 года на работу во Владивосток.

Вопрос: Следствию известны важные цели, которые преследовала американская разведка, направляя РУЛЛАРДА на Дальний Восток. Дайте показания об этом.

Ответ: Это верно. Американцы все время проявляли особый интерес к советскому Дальнему Востоку и, как мне казалось, не располагали достаточными сведениями о нем.

После разгрома Германии предполагалось вступление Советского Союза в войну против Японии и, как нам было известно, СССР будут отданы Южный Сахалин и Курильские острова.

Так как в связи с этим границы Советского Союза приближались к границам США, американцы стали производить на Аляске работы по укреплению крупнейшей стратегической дороги, соединяющей особо важные автострады с отдельными районами Аляски, непосредственно граничащими с советским Дальним Востоком, и создавать там военные базы.

По этим же причинам граница Советского Союза по Тихоокеанскому побережью представляла для американской разведки чрезвычайно большой интерес. Интерес этот обуславливался еще и тем, что Владивосток, как и другие районы Дальнего Востока, по существу, не были изучены американцами.

Организованный в 1942 году аппарат помощника военно-морского атташе во Владивостоке, который возглавлялся морским офицером ТЕККЕРОМ, судя по тому, что я о нем слышала впоследствии в американском посольстве в Москве, не обеспечивал изучения Дальнего Востока, в связи с чем его работой были недовольны.

Поэтому в 1943 году ТЕККЕР был отозван и на его место направлен РУЛЛАРД.

Вопрос; А что, РУЛЛАРД был опытным разведчиком?

Ответ: РУЛЛАРД хотя и не отличался большим умом, но в работе проявлял кропотливость, упорство и считался у американцев опытным разведчиком.

За время пребывания в Советском Союзе РУЛЛАРД достаточно свободно овладел русским языком и мог вступать в любой разговор с советскими гражданами. Он умел вырабатывать соответствующий подход к различным типам людей и чувствовал себя свободно в любой обстановке, легко знакомился с людьми и быстро находил с ними общий язык. Уже в Архангельске РУЛЛАРД показал себя способным разведчиком и поэтому был назначен на Дальний Восток для усиления там разведывательной деятельности.

Вопрос: Известно, что с этой же целью и вы были направлены американской разведкой на Дальний Восток?

Ответ: Да. РУЛЛАРД в феврале 1943 года, будучи вызван в Москву за получением назначения во Владивосток, в беседе с американским военно-морским атташе в СССР контр-адмиралом ДУНКАНОМ, дал обо мне хороший отзыв и просил направить меня также на Дальний Восток. ДУНКАН с этим согласился.

Через несколько дней я была вызвана в американское посольство в Москве к контр-адмиралу ДУНКАНУ, который, объявив о моем назначении во Владивосток, проинструктировал меня и сказал, что мне и РУЛЛАРДУ предстоит большая работа на советском Дальнем Востоке, главным образом в Приморском крае.

Как заявил ДУНКАН, особое внимание мы должны были уделить вопросу разведки военно-морских сил Дальнего Востока, ледокольного флота, Северного морского пути и проводке по нему военных кораблей, пропускной способности и технической оснащенности портов, судостроительных заводов, судов дальнего и каботажного плавания, укрепрайонов, железных и шоссейных дорог, а также сбору сведений о естественных богатствах Дальнего Вое-тока.

ДУНКАН проявлял большой интерес к отдельным советским портам, в частности к сбору разведывательных сведений о работе арктических станций и проводкам судов через пролив Лаперуза.

ДУНКАН просил нас выяснить, как была организована проводка эсминцев «Сталин» и «Войков» из Ленинграда во Владивосток Северным морским путем.

На обеде, устроенном в честь РУЛЛАРДА и меня, контр-адмирал ДУНКАН, обратившись ко мне, высказал уверенность, что я буду хорошей помощницей РУЛЛАРДА, и пожелал мне успеха в моей разведывательной работе.

В марте 1943 года я и РУЛЛАРД выехали во Владивосток. В пути РУЛЛАРД проявлял большой интерес к Транссибирской железной дороге, почти на каждой станции мы выходили из вагона, становились в очередь у железнодорожных буфетов и билетных касс и прислушивались к происходившим там разговорам.

После приезда во Владивосток я, будучи польщена тем доверием, которое высказал мне контр-адмирал ДУНКАН, и заботой, проявляемой ко мне со стороны РУЛЛАРДА, еще больше активизировала разведывательную деятельность и стала штатным резидентом американской разведки во Владивостоке.

На Дальнем Востоке РУЛЛАРД и я провели разведывательную работу, которая была соответствующим образом оценена американскими властями. РУЛЛАРД впоследствии был вызван в Соединенные Штаты, получил благодарность от морского министра ФОРРЕСТОЛЛА и занял видное положение в русской секции военно-морской разведки США, а я, по специальному указанию Государственного департамента США, была принята в американское гражданство.

Вопрос: Назовите агентов, входивших в вашу резидентуру?

Ответ: В мою резидентуру входили: БЕЛЯЕВ — повар ледокола «Микоян»; БУХАТКИН — уполномоченный Инфлота и заместитель капитана порта в Петропавловске на Камчатке и НОСОВА — жена командира подводной лодки Тихоокеанского флота.

Вопрос: Когда вы установили шпионскую связь с БЕЛЯЕВЫМ?

Ответ: БЕЛЯЕВ Борис Иванович жил в Архангельске и плавал на ледоколе «Микоян», который обеспечивал проводку англо-американских транспортов в горло Белого моря. Там же в Архангельске проживают родители БЕЛЯЕВА, с которыми я была знакома еще с 1931 года.

Перед выездом из Архангельска во Владивосток от матери БЕЛЯЕВА я узнала, что БЕЛЯЕВ Борис находится во Владивостоке и плавает на каком-то пароходе.

Находясь во Владивостоке, я в 1944 году однажды встретила БЕЛЯЕВА на улице и из беседы с ним узнала, что он продолжает плавать на ледоколе «Микоян», который был переведен из Архангельска во Владивосток. БЕЛЯЕВ рассказал, что он плавал на этом ледоколе в Америку и работал в проливе Лаперуза.

Имея в виду, что американская разведка проявляла большой интерес к Северному морскому пути и ледокольному флоту Советского Союза, я решила завербовать БЕЛЯЕВА для получения необходимой информации по этому вопросу.

С этой целью я стала приглашать БЕЛЯЕВА в ресторан, обильно угощать и ?гем самым приблизила его к себе.

О своем намерении завербовать БЕЛЯЕВА я поставила в известность РУЛЛАРДА, который это одобрил.

В середине 1944 года, при очередной встрече, я сказала БЕЛЯЕВУ, что американцев, у которых я работаю, интересуют данные о ледокольном флоте, и просила его сообщить мне эти сведения.

БЕЛЯЕВ не возражал и спустя несколько дней передал мне ряд интересовавших меня данных.

Вопрос: Каких?

Ответ: БЕЛЯЕВ мне назвал количество ледоколов, работавших на советском Дальнем Востоке, перечислил их названия, указал, что ледоколы «Каганович», «Микоян», «Красин» и «Адмирал Макаров» в навигацию 1944–1945 гг. работали по проводке советских торговых судов в проливе Лаперуза, а «Каганович» и «Микоян», кроме того, занимались проводкой судов, направлявшихся с востока на запад.

Ледокол «Красин» и переброшенный из Белого моря ледокол «Монка-ольм» работали в Петропавловске на Камчатке.

БЕЛЯЕВ также подтвердил наличие в составе советского ледокольного флота ледокола «Молотов», однотипного с ледоколами «Каганович» и «Микоян».

Впоследствии из центральных газет я и РУЛЛАРД узнали, что ледокол «Молотов» после войны был переведен на запад и работал в Финском заливе.

По сообщению БЕЛЯЕВА, ледоколы бункеровались во Владивостоке на мысе Чуркин, а также в бухте Провидение.

БЕЛЯЕВ указал, что ледоколы советской постройки работают на угле и только лишь ледоколы, закупленные в США, работали на жидком топливе.

От БЕЛЯЕВА мне также стало известно, что во время войны ледоколы сквозных рейсов с востока на запад не совершали и что весь Северный морской путь был разбит на секторы и ледоколы осуществляли проводку торговых судов только лишь в тех секторах, в которых это вызывалось необходимостью.

Когда ледокол «Микоян» стал в ремонт на судоремонтный завод № 202, БЕЛЯЕВ сообщил мне, что на этом заводе имеется сухой док, способный вместить крупные корабли — как торговые, так и военные.

В связи с ремонтом ледокола «Микоян» БЕЛЯЕВ был переведен на ледокол «Адмирал Макаров» и совершал рейсы в бухту Ногаево. Возвратившись из рейса, БЕЛЯЕВ рассказал об условиях разгрузки судов в этой бухте.

Вопрос: БЕЛЯЕВ встречался с РУЛЛАРДОМ?

Ответ: Да. Во время одной из моих встреч с БЕЛЯЕВЫМ я познакомила его с РУЛЛАРДОМ.

РУЛЛАРДА в то время интересовал вопрос, какие меры принимаются японцами по отношению к советским торговым пароходам и ледоколам при прохождении их через пролив Лаперуза.

БЕЛЯЕВ сообщил, что японцы препятствий в прохождении советских ледоколов и торговых судов не чинят, но вместе с тем не пропускают через пролив Лаперуза судов, закупленных в Америке.

БЕЛЯЕВ также рассказал о том, в каком порядке суда проводятся через пролив Лаперуза.

Вопрос: Как были использованы РУЛЛАРДОМ шпионские сведения, добытые от БЕЛЯЕВА?

Ответ: Сведения, полученные от БЕЛЯЕВА о работе ледоколов в проливе Лаперуза, РУЛЛАРДОМ были направлены шифром в отдел военно-морской разведки в Вашингтон, остальные сведения БЕЛЯЕВА были внесены в донесения о Северном морском пути и направлены в тот же адрес позднее.

Вопрос: А как вы завербовали БУХАТКИНА?

Ответ: БУХАТКИН в 1942 году работал в Архангельске в качестве старшего диспетчера в агентстве Инфлота и занимался вопросами, связанными с ремонтом американских торговых судов. В связи с этим мне и РУЛЛАРДУ часто приходилось встречаться с ним.

Во время бесед, связанных с ремонтом пароходов, РУЛЛАРДУ удалось узнать от БУХАТКИНА ряд данных, касающихся ремонта американских пароходов на заводе «Красная кузница» в Архангельске.

В 1944 году во Владивостоке, когда РУЛЛАРД и я находились в здании Управления Госморпароходства по делам, связанным с прибытием американских транспортов, мы встретили БУХАТКИНА, который сказал нам, что он в тот же день отправляется в Петропавловск на Камчатке, куда он назначен на должность уполномоченного агентства Инфлота. БУХАТКИН немного проводил нас, но в связи с необходимостью подготовиться к отъезду зайти к РУЛЛАРДУ отказался.

РУЛЛАРД во время этого разговора сказал БУХАТКИНУ о том, что он очень интересуется Петропавловском на Камчатке, сам хотел бы там побывать, но ему это, очевидно, не удастся, и тут же спросил БУХАТКИНА —согласится ли он по возвращении из Петропавловска на Камчатке сообщить ему данные, касающиеся города и порта. БУХАТКИН согласился и обещал поддерживать с нами связь.

За время пребывания БУХАТКИНА в Петропавловске я переписывалась с ним, в завуалированной форме напоминала об обещании, данном им РУЛЛАРДУ, и просила изыскать возможность приехать во Владивосток.

В мае 1945 года БУХАТКИН освободился от работы в Петропавловске, прибыл во Владивосток и поселился в гостинице «Челюскин».

Через несколько дней после его приезда РУЛЛАРД и я встретились с БУХАТКИНЫМ, и он сообщил нам сведения, касающиеся советской Камчатки.

Вопрос: Что именно?

Ответ: БУХАТКИН рассказал, что город Петропавловск на Камчатке неблагоустроен и грунтовые дороги находятся в плохом состоянии. Приспособленных складов Петропавловск не имеет, в силу чего запасы продовольствия портятся.

Как сообщил БУХАТКИН, Аваченская губа, в которой находится Петропавловск, представляет собой очень удобную защищенную бухту для стоянки кораблей. Сам порт имеет четыре причала, в которых может находиться одновременно не больше 4-х пароходов. В порту имеется крупный плавучий док, который за несколько лет до войны был перегнан на Камчатку из Черного моря. БУХАТКИН назвал технические данные этого дока и указал размеры его вместимости.

Кроме того, БУХАТКИН сообщил о том, что в Петропавловске на Камчатке находится судоремонтный завод, на котором также строят катера и шхуны для рыбного флота. На этом заводе, по словам БУХАТКИНА, имеется довольно большое конструкторское бюро, в котором работало около 20 конструкторов и чертежников, в том числе и его жена.

БУХАТКИН назвал рыбо-консервные заводы, находящиеся по побережью Камчатки, и перечислил учебные заведения, которые имеются в городе Петропавловске.

Вопрос: В этот раз БУХАТКИН передал вам сведения и о военных объектах. Почему вы об этом умалчиваете?

Ответ: Расскажу и об этом. БУХАТКИН действительно сообщил РУЛЛАРДУ о наличии в Петропавловске на Камчатке пограничного отряда, о дислокации в районе сопки Ключевской воинских частей, а также о том, что в районе Петропавловска находятся аэродром и небольшая база подводных лодок.

Вопрос: Как вы в дальнейшем использовали БУХАТКИНА?

Ответ: По приезде во Владивосток БУХАТКИН был назначен капитаном буксира «Молот», и я с ним продолжала иметь связь.

Возвратившись из рейса в порт Находка, БУХАТКИН сообщил мне данные об этом порте, которым особенно интересовался РУЛЛАРД.

БУХАТКИН рассказал, что Находка соединена с основной Транссибирской магистралью отдельной железнодорожной веткой, что в порту одновременно под погрузку и выгрузку могут становиться не более двух пароходов, что при наличии большого количества пароходов погрузочно-разгрузочные операции производятся на рейде.

БУХАТКИН также рассказал, что в Находке имеются пограничные войска, а в порту представители таможни и Внешторга.

Вопрос: А какие шпионские сведения БУХАТКИН передал вам по Владивостоку?

Ответ: БУХАТКИН сообщил о пропускной способности и технической оснащенности Владивостокского порта.

Он рассказал, что глубина бухты Золотой Рог достаточна для приема кораблей любого водоизмещения как торговых, так и военных, что во Владивостокском порту имеется два плавучих крана, мощностью — один 120–130 тонн, другой 20–30 тонн. Назвал также количество кранов у причалов в порту и указал их грузоподъемность.

Кроме того, БУХАТКИН сообщил, что на судоремонтном заводе № 202 имеется сухой док, указал все технические данные его, а также то, что он может вмещать такие корабли, как крейсера «Калинин» и «Каганович».

Помимо этого, БУХАТКИН сообщил, что во Владивостокском порту имеется судоремонтный завод № 2 (портовые судоремонтные мастерские), которые квалифицированной рабочей силой почти не обеспечены, в связи с чем ремонт пароходов производится неудовлетворительно. В пример БУХАТКИН привел факт ремонта буксира «Молот», когда последний, после капитального ремонта на заводе № 2, вынужден был снова встать на ремонт на завод № 202 (Дальзавод).

БУХАТКИН рассказал и о системе комплектования судовых команд отделом кадров Дальневосточного госморпароходства, указав, что условия на судах каботажного плавания чрезвычайно тяжелые, питание плохое, в результате чего имеет место большая текучесть командного состава, которая к тому же не имеет достаточной квалификации. БУХАТКИН заявил, что с питанием хорошо лишь на пароходах заграничного плавания, где выдаются американские продукты.

По сведениям, полученным от БУХАТКИНА, РУЛЛАРДОМ были составлены специальные донесения и направлены в отдел военно-морской разведки США в Вашингтон.

Вопрос: Как оплачивалась шпионская работа БУХАТКИНА?

Ответ: За передачу сведений БУХАТКИН во время пребывания во Владивостоке получал от меня продуктовые посылки, а иногда деньги, но какую сумму, я не помню.

В конце 1945 года БУХАТКИН из Владивостока выехал в Москву, где он должен был получить новое назначение.

Вопрос: Вы договорились с БУХАТКИНЫМ о дальнейшей связи с ним?

Ответ: Когда стало известно, что БУХАТКИН должен выехать в Москву, РУЛЛАРД имел с ним беседу по этому поводу и в моем присутствии просил его не терять связь с нами.

Перед отъездом из Владивостока в Москву БУХАТКИН сообщил мне, что он уезжает, я напомнила ему просьбу РУЛЛАРДА не терять с нами связь. БУХАТКИН обещал сразу же по прибытии к месту нового назначения сообщить свой адрес и характер работы.

Однако своего адреса БУХАТКИН не сообщил, но с дороги прислал мне одну открытку, в которой писал, что едет в поезде хорошо, и просил передать привет РУЛЛАРДУ.

На этом связь с БУХАТКИНЫМ порвалась, и больше никаких сведений о нем мы не имели.

Вопрос: Теперь расскажите о шпионской связи с Носовой.

Ответ: НОСОВА Ольга Петровна являлась сестрой жены офицера-подводника Тихоокеанского флота и сама впоследствии вышла замуж за командира подводной лодки.

Во время войны с Японией НОСОВА служила лейтенантом в частях связи Хабаровского военного округа.

В 1945 году в Хабаровске она познакомилась с офицером американской аэрологической станции службы погоды военно-морского флота США майором КОДИСОМ и имела с ним интимную связь.

После своей демобилизации в декабре 1945 года НОСОВА приехала во Владивосток к своим родственникам, где я с нею и познакомилась.

В одной из бесед НОСОВА попросила меня помочь ей отправить в США майору КОДИСУ письмо. Я ответила, что об этом необходимо переговорить с РУЛЛАРД ОМ, и просила не терять со мной связь.

Я рассказала РУЛЛАРДУ о своем знакомстве с НОСОВОЙ и передала ее просьбу о пересылке дипломатической почтой письма майору КОДИСУ в США. РУЛЛАРД согласился и изъявил желание познакомиться с НОСОВОЙ.

Вскоре я пригласила НОСОВУ в американское консульство на вечеринку, где и познакомила ее с РУЛЛАРДОМ.

В дальнейшем НОСОВА стала поддерживать со мной связь и сообщила о том, что она живет со своей сестрой и зятем в бухте Уилисс, близ Владивостока, где находится база подводных лодок.

Когда я об этом передала РУЛЛАРДУ, последний заинтересовался возможностью собрать сведения о подводных лодках и поручил мне через НОСОВУ выяснить ряд интересовавших его вопросов в этом направлении.

Мне сравнительно легко удалось привлечь НОСОВУ к шпионской работе. Этому способствовало то, что она симпатизировала американцам и искала сближения с ними.

Вопрос: Какие сведения о советских подводных лодках вам выдала НОСОВА?

Ответ: НОСОВА мне сообщила, что в бухте Уилисс, где она проживала с сестрой и зятем — военным инженером-подводником, базируются подводные лодки типа «Щука» и «Малютка», что на средних подводных лодках команда состоит примерно из 12–18 человек.

НОСОВА рассказала, в какие дни, на какие сроки и куда подводные лодки выходили на боевые учения. Она также назвала фамилии командиров подводных лодок и дала им характеристики.

Рассказала о том, что уровень командного состава низкий, что большинство командиров малокультурны и что после ее общения с американскими офицерами ей, как заявила НОСОВА, противно встречаться с советскими офицерами.

НОСОВА также сообщила, что в бухте Уилисс имеются мастерские по ремонту подводных лодок, но что в капитальный ремонт лодки ставятся на завод № 202.

Вопрос: Каким путем НОСОВА добывала шпионские материалы?

Ответ: НОСОВА говорила мне, что сведения она собирала путем личных наблюдений и из разговоров с офицерским составом базы подводных лодок.

Однажды, как рассказывала НОСОВА, во время какого-то большого праздника она упросила своего знакомого командира одной из подводных лодок свести ее на подводную лодку, что он и сделал. Когда потом НОСОВА встретилась с РУЛЛАРДОМ, она рассказывала ему о своем посещении этой подводной лодки. РУЛЛАРД задавал НОСОВОЙ ряд вопросов, и она на них давала соответствующие ответы.

По указанию РУЛЛАРДА за сведения, которые НОСОВА сообщала американцам, я неоднократно выдавала ей вознаграждения продуктами питания.

Вопрос: Вы не выдаете известных следствию наиболее важных агентов из вашей резидентуры. Назовите их.

Ответ: Должна признать, что моим агентом также являлся ЭРЛИХ — дивизионный артиллерист отряда легких сил, а затем помощник командира эсминца Тихоокеанского флота.

*C ЭРЛИХОМ Ефимом Иосифовичем и его женой ГАЛЬПЕРИНОЙ Серафимой Михайловной* я была знакома еще с 1934 года по Севастополю, где я временно проживала. ЭРЛИХ был тогда курсантом училища береговой обороны ВМФ, а ГАЛЬПЕРИНА работала в редакции городской газеты «Маяк коммуны».

В 1937 году, по окончании военного училища, ЭРЛИХ был направлен в Тихоокеанский флот и моя связь с ним прервалась.

Занимаясь подбором агентуры для американской разведки во Владивостоке, я вспомнила ЭРЛИХА и решила разыскать и использовать его в этом направлении. Через офицера Тихоокеанского флота **Бориса ФЕЛЬДМАНА** я узнала, что ЭРЛИХ находится во Владивостоке и что ФЕЛЬДМАН хорошо его знает. Я попросила ФЕЛЬДМАНА передать ЭРЛИХУ мой адрес и сообщить о моем желании встретиться с ним. Вскоре ЭРЛИХ разыскал меня и пригласил к себе на квартиру.

ЭРЛИХ и ГАЛЬПЕРИНА очень радушно приняли меня. Я рассказала им, что работаю в конторе помощника американского военно-морского атташе и хорошо обеспечена. ЭРЛИХ и его жена, жалуясь на трудности жизни в Советском Союзе, восхваляли американцев и завидовали моему положению. Тогда же, отвечая на мои вопросы, ЭРЛИХ выболтал некоторые секретные сведения о Тихоокеанском флоте.

Под видом дружеской помощи я стала снабжать семью ЭРЛИХА продуктами питания из фондов американского консульства.

В процессе дальнейшего общения я сумела получить от ЭРЛИХА еще ряд сведений шпионского характера и после того, как убедилась, что он находится в моих руках, сказала ЭРЛИХУ, что все данные, которые он мне сообщил, я передала помощнику американского военно-морского атташе РУЛЛАРДУ и от его имени прямо спросила ЭРЛИХА — согласен ли он постоянно снабжать американцев подобными сведениями.

ЭРЛИХ сказал, что он ясно представляет себе роль РУЛЛАРДА. ЭРЛИХ промолчал, и я не стала добиваться от него ответа.

Да, я считала, что мы договорились с ЭРЛИХОМ, тем более что при последующих встречах я открыто говорила ему, что РУЛЛАРДА интересуют те или иные сведения о Тихоокеанском флоте, и ЭРЛИХ их мне передавал.

Вопрос: Какие шпионские сведения передал ЭРЛИХ американской разведке?

Ответ: В разное время на протяжении 1944–1945 г.г. ЭРЛИХ передал мне сведения, на основании которых американской военно-морской разведке удалось определить состояние основных сил Тихоокеанского флота.

ЭРЛИХ сообщил мне, что основным боевым ядром Тихоокеанского флота является отряд легких сил, состоящий из двух дивизионов эсминцев и лидера эсминцев «Тбилиси», перечислил названия и типы всех кораблей и назвал фамилии их командиров.

ЭРЛИХ также сообщил, что в составе Тихоокеанского флота имеются два крейсера «Калинин» и «Каганович», перечислил эскортные суда, катера-охотники и тральщики, а также сообщил наличие подводных лодок, командиром соединения которых являлся капитан 1-го ранга ПОПЛАВСКИЙ, ранее служивший в Севастополе.

Из информации ЭРЛИХА американцам стали известны места базирования Тихоокеанского флота.

ЭРЛИХ рассказал, что основной базой флота является Владивосток, но в Совгавани имеется прекрасно защищенная бухта большой глубины, где находились многие надводные корабли и бригада подводных лодок.

По окончании войны с Японией, по словам ЭРЛИХА, предполагалось создать военно-морские базы на Южном Сахалине в портах Маоко и Атамари и в корейских портах Сейсин и Расин.

ЭРЛИХ ставил меня в известность о выходе на боевые учения кораблей отряда легких сил, о продолжительности этих учений и районах плавания кораблей.

От ЭРЛИХА мне было известно о том, что отряд легких сил выходил в плавание в новые советские порты на Южном Сахалине: Маоко и Атамари.

ЭРЛИХ также передал мне сведения о результатах боевых учений и, в частности, об артиллерийских стрельбах кораблей.

Давая оценку боеспособности Тихоокеанского флота, ЭРЛИХ указывал, что в Тихоокеанском флоте имеется большая нехватка квалифицированных офицерских кадров, что общий уровень подготовки командного состава кораблей низкий, объясняя это тем, что командный состав не имеет возможности совершать большие автономные плавания, обременен всевозможными· хозяйственными и бытовыми делами, вследствие чего у командиров нет времени заниматься повышением своей квалификации.

От ЭРЛИХА мне стало известно, что во Владивостоке имеются: военно-морское училище береговой обороны имени ЛКСМ Украины, готовящее офицеров для береговой обороны, военно-морское училище, готовящее строевых офицеров для кораблей флота, а также учебный отряд, готовящий младших командиров и специалистов.

ЭРЛИХ сообщил мне, что отечественные корабли флота радиолокационных установок не имеют, в связи с чем командование флота снимает эту технику с кораблей, закупленных в Америке, и ставит на отечественные.

ЭРЛИХ информировал меня также о том, что после окончания войны с Японией ряд воинских частей переброшен на Сахалин и Курильские острова.

На мой вопрос ЭРЛИХ рассказал, что в Комсомольске-на-Амуре имеется крупнейший в Советском Союзе судостроительный завод, на котором строятся надводные военные корабли и что крейсера «Калинин» и «Каганович» тоже были построены на этом заводе.

ЭРЛИХ указал, что в ближайшее время будет закончена постройка железной дороги Совгавань — Комсомольск-на-Амуре, которая свяжет Совгавань с основной Транссибирской магистралью.

ЭРЛИХ рассказал мне и о материально-бытовом положении личного состава Тихоокеанского флота. Он сообщил, что командный состав и их семьи материально обеспечены плохо, что питание на кораблях было хорошим только лишь тогда, когда шли поставки продуктов из Америки, а после прекращения их питание резко ухудшилось. Жилищные условия командного состава флота тяжелые.

Вопрос: Эти шпионские сведения ЭРЛИХ передавал вам письменно?

Ответ: Нет, устно. О результатах каждой встречи с ЭРЛИХОМ я докладывала РУЛЛАРДУ, и он делал у себя необходимые заметки, а иногда по его указанию я составляла меморандум, в котором указывала содержание полученных сведений.

Меморандум я передавала РУЛЛАРДУ, а последний соответствующим образом обрабатывал его и направлял в отдел военно-морской разведки США в Вашингтон, указывая ЭРЛИХА как источник получения этих данных.

Вопрос: Как вы осуществляли связь с ЭРЛИХОМ?

Ответ: Встречи с ЭРЛИХОМ иногда происходили у него на квартире по Ленинской улице в доме № 108, а также на улице в заранее обусловленных местах. При этом мое посещение квартиры ЭРЛИХА сопровождалось необходимой осмотрительностью и предосторожностью.

Помимо информации, которую я получала от ЭРЛИХА, последний регулярно снабжал меня газетой «Боевая вахта», издававшейся для личного состава военно-морского флота, предоставил мне возможность пользоваться его библиотекой и по моей просьбе доставал некоторые книги, интересовав-шие РУЛЛАРДА. Так, ЭРЛИХ снабдил РУЛЛАРДА книгами с описанием японских портов и Курильских островов.

Вопрос: РУЛЛАРД был знаком с ЭРЛИХОМ?

Ответ: Да, в начале 1945 года я познакомила ЭРЛИХА с РУЛЛАРДОМ. ЭРЛИХ произвел на него хорошее впечатление, и РУЛЛАРД оценил его как одного из лучших агентов американской разведки. *B знак дружбы ЭРЛИХ подарил РУЛЛАРДУ свой морской кортик*.

Тогда же я познакомила с РУЛЛАРДОМ и жену ЭРЛИХА — ГАЛЬПЕРИНУ.

Вопрос: ГАЛЬПЕРИНУ вы тоже использовали в шпионских целях?

Ответ: ГАЛЬПЕРИНА сообщала мне некоторые сведения. В частности, она рассказала мне о вспышке чумы на Дальнем Востоке. Эти сведения РУЛ-ЛАРД передал американскому генеральному консулу во Владивостоке КЛАБ-БУ, который внес их в свое донесение об эпидемических заболеваниях на Дальнем Востоке и направил в Государственный департамент США.

ГАЛЬПЕРИНА меня также информировала о материально-бытовом положении семей начальствующего состава Тихоокеанского флота.

Находясь на службе в редакции краевой газеты «Красное знамя», она рассказывала мне о той корреспонденции, которую редакция газеты получала из разных источников в отношении недостатков в работе тех или иных учреждений Приморского края, а также давала мне характеристики на некоторых руководящих партийных и советских работников.

Вопрос: Какое вознаграждение получали от вас американские разведчики ЭРЛИХ и ГАЛЬПЕРИНА?

Ответ: Я систематически снабжала ЭРЛИХА и ГАЛЬПЕРИНУ продуктами питания, которые я брала из фондов американского консульства, и делала им ряд вещевых подарков.

Вопрос: А вам известна КРЫЛОВА Анна Михайловна?

Ответ: Я знаю КРЫЛОВУ, она работала заведующей библиотечным коллектором КОГИЗа в гор. Владивостоке.

Вопрос: Когда вы познакомились с КРЫЛОВОЙ?

Ответ: Знакомство с КРЫЛОВОЙ у меня и РУЛЛАРДА произошло во второй половине 1943 года в магазине библиотечного коллектора КОГИЗа во Владивостоке.

КРЫЛОВА с предупредительностью отнеслась к нашим просьбам о предоставлений кое-какой литературы, которая в то время нас интересовала.

В беседе КРЫЛОВА восхваляла американцев и высказывала желание, как она говорила, «хоть одним глазком посмотреть, как живут люди в Америке».

Впоследствии, на протяжении нескольких лет, как я, так и РУЛЛАРД приобретали в разное время в библиотечном коллекторе, помимо новых печатных изданий, издания старые, приносимые разными лицами на комиссию и связанные с вопросами, которые в то или иное время интересовали американцев.

Лично я неоднократно давала КРЫЛОВОЙ списки литературы, необходимой мне, или просила ее подобрать литературу по ряду интересовавших РУЛ-ЛАРДА вопросов.

Вопрос: Для этого вы и завербовали КРЫЛОВУ?

Ответ: Да, в связи с тем, что представители американской разведки во Владивостоке, помимо сбора шпионских сведений, также занимались обработкой различной литературы и периодических изданий, необходим был такой человек, как КРЫЛОВА, которая постоянно снабжала бы нас нужной литературой.

На протяжении всего периода связи с КРЫЛОВОЙ она предоставляла нам литературу издания Академии Наук, связанную с растительностью и животным миром Дальнего Востока, чем очень интересовались американцы. Причем, помимо просимой литературы, КРЫЛОВА сама проявляла инициативу в подборе литературы по ряду вопросов, которые, по ее мнению, могли интересовать работников американского консульства.

***КРЫЛОВА снабдила РУЛЛАРДА атласом командира РККА, изданным для служебного пользования командного состава и входившим в состав библиотеки командира Советской Армии***{5}.

Примерно в начале 1944 года КРЫЛОВА передала мне книгу, связанную с одной из экспедиций по Северному морскому пути, изъятую из обращения, которую, как она заявила, ей нужно было уничтожить, но, зная, что РУЛЛАРДА интересует литература, связанная с Северным морским путем, она мне эту книгу дает, прося при этом никому ее не показывать и не говорить, откуда она приобретена.

Вопрос: Откуда КРЫЛОВА знала, что РУЛЛАРДА интересует Северный морской путь?

Ответ: Я говорила КРЫЛОВОЙ о том, что РУЛЛАРДА интересует литература, выпускаемая издательством Главсевморпути, а также другие издания, имеющие отношение к Севморпути, для чего время от времени я давала списки необходимой РУЛЛАРДУ по этому вопросу литературы.

Вопрос: Какую еще литературу поставляла вам КРЫЛОВА?

Ответ: Несмотря на запрещение, как говорила КРЫЛОВА, она снабдила нас *справочником командира военно-морского флота*, который РУЛЛАРД приобрел в количестве 5 или 6 экземпляров; гидрографическим справочником издания гидрографического отдела военно-морского флота, выпущенным для служебного пользования; она передала нам все вышедшие в свет издания Главсевморпути и, в частности, небольшую библиотечку Арктического института, состоящую из 13 брошюр; нескольких книг, освещавших вопросы флоры и фауны Дальнего Востока; книгу «Учебный самолет У-2», со штампом «Авиаэскадрилья погранотряда НКВД»; книги, связанные с торговым флотом Советского Союза, в частности, брошюру о теплоходе «Смольный», со всеми его техническими данными; справочник о военно-морских флотах мира автора Шведе; словари общие и военные: русско-английский, англо-русский, итальянско-русский, турецко-русский, японско-английский, русско-японский и ряд других.

КРЫЛОВА передала нам также справочник железнодорожника, выпуска 1946 года, справочники, предназначенные для пользования руководящего состава железных дорог, в которых были перечислены все типы вагонов, как пассажирских, так и товарных, их технические данные, все серии паровозов, имеющиеся в Советском Союзе, и их технические данные, все железные дороги Советского Союза, железнодорожные округа, профили дорог и другие вопросы, связанные с железнодорожным хозяйством, а также энциклопедии и ряд военных книг, приносимых на комиссию лицами командного состава.

Вопрос: Как эта литература была использована американской разведкой?

Ответ: Из литературы, переданной КРЫЛОВОЙ, я и РУЛЛАРД черпали много сведений, интересовавших американскую разведку.

Например, из комплекта журналов «Советская Арктика» за несколько лет, приобретенных мною в библиотечном коллекторе у КРЫЛОВОЙ, мною были выбраны сведения, подробно освещающие структуру Управления Главного Северного морского пути, с перечислением всех его отделений на территории Советского Союза, перевалочных баз, радиостанций, сведения о портах Игарка, Дудинка, Тикси, Земля Франца Иосифа, Провидение, а также данные о воздушных линиях и основных базах речного пути, которые использовались для перевозок по линии Севморпути.

*Через КРЫЛОВУ мною была приобретена книга «Свод сигналов»,* в которой имелись иллюстрации различных торговых и военно-морских флагов, вымпелов и брейд-вымпелов, с которых по заданию РУЛЛАРДА я сняла копии, и они были направлены в отдел военно-морской разведки США, там напечатаны в виде плакатов и разосланы всем кораблям и частям военно-морского флота и береговой обороны США.

Из «Справочника железнодорожника» был подобран материал о Транссибирской магистрали с указанием железнодорожных округов и установлена последовательность дорог от Владивостока до Москвы.

Из книги, посвященной 50-летию судостроительного завода № 202, напечатанной Приморским издательством и приобретенной у той же КРЫЛОВОЙ, были сделаны выписки, характеризующие работу завода. Этот материал был мною переведен на английский язык и приобщен к сведениям, собранным по газетным материалам в отношении этого завода. Все это вместе со сведениями, полученными от моей агентуры по данному заводу, было суммировано в донесение и направлено в отдел военно-морской разведки США.

Из литературы, изданной Дальневосточным филиалом Академии Наук, были собраны подробные сведения о японских угольных и нефтяных концессиях на Северном Сахалине с указанием точного расположения участков, технических данных и методов разработки. Я также срисовала имевшиеся в названной литературе карты и схемы расположения нефтяных и угольных участков.

Из книги, приобретенной в библиотечном коллекторе у КРЫЛОВОЙ, под названием «Теплоход «Смольный», были взяты сведения и технические данные ряда торговых судов советской постройки. Эти сведения, в частности, о пароходах «Смольный», «Комилес», «Севзаплес», «Танкер» и «Ненец» были занесены РУЛЛАРДОМ в специальную картотеку и направлены в Вашингтон.

«Справочник командира ВМФ» и справочник «Военные флоты мира» — автор Шведе, без перевода были направлены в отдел военно-морской развел-ки США, куда также были направлены все приобретенные у КРЫЛОВОЙ словари и энциклопедии.

«Библиотечка полярника», состоявшая из 13 брошюр, была полностью отослана в Вашингтон без перевода.

Американский генеральный консул во Владивостоке КЛАББ интересовался количеством и расположением золотоносных районов и приисков, а также золотыми ресурсами СССР. Мне известно, что в этих целях КЛАББ использовал книгу «Об естественных богатствах Дальнего Востока», приобретенную у КРЫЛОВОЙ, в которой были перечислены все золотоносные районы на Дальнем Востоке.

Вопрос: Вернемся к вашим шпионским связям. Кроме БЕЛЯЕВА, БУХАТКИНА, НОСОВОЙ, ЭРЛИХА, КРЫЛОВОЙ и ГАЛЬПЕРИНОЙ вы были связаны и с другой агентурой американской разведки. Ее вам тоже придется назвать.

Ответ: Я назвала всех своих агентов, с которыми имела непосредственную связь.

Вопрос: Но вам известна агентура, находившаяся на связи непосредственно у РУЛЛАРДА и других американских разведчиков.

Ответ: Да, я знаю такую агентуру.

Вопрос: Назовите ее.

Ответ: РУЛЛАРД был связан и получал шпионскую информацию от КОРАБЕНКОВОЙ Наталии Алексеевны, работавшей заместителем начальника агентства Инфлота Дальневосточного Госморпароходства.

Связь с КОРАБЕНКОВОЙ РУЛЛАРДОМ была установлена во второй половине 1945 года на официальном приеме, устроенном в американском консульстве, куда КОРАБЕНКОВА была приглашена как имевшая отношение к обслуживанию иностранных пароходов.

На этом вечере РУЛЛАРД, обратившись к КОРАБЕНКОВОЙ, высказал ей ряд комплиментов, а затем спросил, сумеет ли она, в случае необходимости, помочь американскому консульству в освещении тех или иных вопросов, которые могут возникнуть в процессе работы. При этом РУЛЛАРД сказал КОРАБЕНКОВОЙ, что он предпочитает иметь дело с ней, нежели с ее начальником БЕРЕЗОВИМ.

КОРАБЕНКОВА была польщена вниманием, оказанным ей, и заявила, что будет рада иметь возможность оказать услугу американцам.

РУЛЛАРД потом мне рассказывал, что КОРАБЕНКОВА в течение полугода работала в США в советской закупочной комиссии и что она говорила ему о том, что ей приятно снова попасть в американское окружение, где она чувствует себя совершенно свободно.

После этой встречи РУЛЛАРД неоднократно в моем присутствии, под видом служебных дел по прибытии американских транспортов, встречался с КОРАБЕНКОВОЙ в ее служебном кабинете, а иногда и она приходила в американское консульство, завуалировывая перед окружающими свои посещения якобы необходимостью выяснить те или иные вопросы Инфлота в консульстве. Во время каботажного плавания он интересовался грузами, проходившими через Инфлот. На все эти вопросы КОРАБЕНКОВА давала РУЛЛАРДУ необходимые ответы.

Вопрос: КОРАБЕНКОВА передавала РУЛЛАРДУ сведения не только о грузах. Почему вы умалчиваете о более серьезных шпионских данных, полученных РУЛЛАРДОМ от КОРАБЕНКОВОЙ?

Ответ: В феврале — марте 1946 года КОРАБЕНКОВА сообщила РУЛЛАРДУ о выходе в рейс на Сахалин транспортов, груженных военными материалами и запасными частями, назвав при этом род войск. Однажды во время нашего пребывания в порту КОРАБЕНКОВА рассказала мне и РУЛЛАРДУ, что накануне на Сахалин были отправлены два военных транспорта с войсками, танками и самоходными орудиями и что провожал эти части какой-то генерал.

В конце 1945 года КОРАБЕНКОВА передала РУЛЛАРДУ, по его просьбе, сведения о количестве причалов в порту Владивосток, на мысе Чуркин и на Эгершельде.

Она также сообщила РУЛЛАРДУ о причинах стоянки на приколе во Владивостокском порту большого количества торговых судов, объяснив это недостатком топлива, поставки которого из Америки прекратились.

Кроме того, КОРАБЕНКОВА давала РУЛЛАРДУ характеристики на некоторых капитанов пароходов и другой командный состав торгового флота.

С прибытием во Владивосток вице-консула США КОРРИ, КОРАБЕНКОВА вступила с ним в интимную связь, посещала его квартиру, причем во время своих посещений передавала КОРРИ ряд интересовавших его сведений.

Вопрос: Откуда вам это известно?

Ответ: Мне это известно было от секретаря-шифровальщика американского консульства ХЕЙГА, шифровавшего донесения КОРРИ в Москву, которые, как он говорил, КОРРИ составлял после встреч с КОРАБЕНКОВОЙ, со ссылкой на нее как на источник получения сведений. Содержание этих телеграмм ХЕЙГ мне не рассказывал.

Вопрос: В одном из донесений американского вице-консула КОРРИ своему начальству упоминается как источник получения шпионских сведений, испанец, принявший советское гражданство.

О ком идет речь в этом донесении?

Ответ: Очевидно, речь идет об испанце АЛЬВАРЕСЕ.

Вопрос: Кто такой АЛЬВАРЕС?

Ответ: АЛЬВАРЕС Рубиеро — капитан парохода «Александр Невский» Дальневосточного госморпароходства, по его словам, принимал участие в гражданской войне в Испании и после поражения республиканской армии прибыл в Советский Союз.

Вопрос: Когда был завербован американцами АЛЬВАРЕС?

Ответ: В конце 1943 года или начале 1944 года сын китайского генерального консула во Владивостоке ЧЖАН ХАЙ-ЦИН, находившийся в приятельских отношениях с АЛЬВАРЕСОМ, познакомил его с РУЛЛАРДОМ. Последний пригласил АЛЬВАРЕСА в здание американского консульства, где он пробыл почти до утра.

Впоследствии РУЛЛАРД мне рассказывал, что он остался доволен знакомством с АЛЬВАРЕСОМ, который высказывал ему антисоветские настроения и жалел о своем приезде в Советский Союз.

Дальнейшие встречи РУЛЛАРДА с АЛЬВАРЕСОМ происходили в ресторане гостиницы «Челюскин».

Вопрос: Сомнительно, чтобы АЛЬВАРЕС согласился встречаться с РУЛ-ЛАРДОМ в таком месте, не соблюдая конспирации.

Ответ: Я говорю правду. Условия для наших встреч с агентурой в гостинице и ресторане «Челюскин» были вполне благоприятны. Эта гостиница, а тем более ресторан посещались значительным количеством иностранцев из числа экипажей иностранных судов, прибывавших во Владивостокский порт, сотрудниками находившихся в городе иностранных военных миссий и консульств, а также многими советскими гражданами. В ресторане всегда было многолюдно. В этой обстановке, соблюдая необходимую предосторожность, РУЛЛАРД и встречался с АЛЬВАРЕСОМ.

Во время ужинов в ресторане он иногда выходил в вестибюль, где беседовал с АЛЬВАРЕСОМ, который либо там уже находился, либо поднимался из-за своего столика и шел следом за ним. О характере бесед с АЛЬВАРЕСОМ РУЛЛАРД мне не рассказывал, однако я знаю, что после таких встреч он обычно составлял какие-то записи.

Позднее с АЛЬВАРЕСОМ познакомилась и я. В беседах со мной АЛЬВАРЕС неоднократно высказывал антисоветские настроения, заявлял, что его возмущает недоверие, якобы проявляемое к нему со стороны различных советских органов, и что единственное время, когда он чувствует себя счастливым и совершенно спокойным, — это тогда, когда находится в море или в одном из заграничных портов.

АЛЬВАРЕС восхищался условиями жизни за границей и на мой вопрос, — почему он принял советское гражданство, — ответил, что иного выхода у него не было. АЛЬВАРЕС также говорил, что ему очень хотелось бы вернуться в Испанию, где у него остались жена и дети, но как участнику гражданской войны осуществить это невозможно, так как его испанцы могут арестовать.

На мой вопрос, — почему он не остался в Америке, когда бывал там в плавании, — АЛЬВАРЕС ответив, что некоторые условия не позволили ему это сделать.

Вопрос: Какими шпионскими сведениями снабжал вас АЛЬВАРЕС?

Ответ: В 1945 году, перед выходом в очередной рейс, АЛЬВАРЕС сообщил мне, что он зайдет в бухту Провидение. Я об этом сказала РУЛЛАРДУ, который заинтересовался этим и поручил мне передать АЛЬВАРЕСУ, что хотел бы получить сведения о бухте Провидения, которые АЛЬВАРЕС мог бы со-. брать во время своего пребывания там. В последующей встрече я это поручение передала АЛЬВАРЕСУ, и он обещал его выполнить.

По возвращении из плавания, ранней весной 1946 года, АЛЬВАРЕС передал мне сведения о бухте Провидения.

Он сообщил, что бухта Провидения является одной из основных перевалочных и бункировочных баз Северного морского пути. Там имеется небольшой поселок и арктическая станция, причалов и доков нет и морские суда грузятся и выгружаются на рейде. Бухта Провидение открыта для навигации несколько месяцев в году, примерно июнь, июль, август и иногда сентябрь месяцы.

АЛЬВАРЕС далее сообщил, что во время его пребывания в бухте Провидения некоторые пароходы, приходившие туда, завозили оборудование для угольных шахт, находящихся между бухтой Провидения и Анадырем, а также что эта бухта является базой снабжения углем ледоколов, занятых на проводке караванов судов.

Вопрос: АЛЬВАРЕС говорил вам о запасах угля в бухте Провидения?

Ответ: Нет, об этом он мне не говорил. Полученные от АЛЬВАРЕСА сведения я передала РУЛЛАРДУ, который записал и впоследствии использовал их в донесении, посланном в Вашингтон.

АЛЬВАРЕС также сообщал РУЛЛАРДУ сведения об известных ему советских работниках, находившихся в американских портах, и давал на них характеристики.

После отъезда в 1946 году РУЛЛАРДА из Владивостока и закрытия конторы помощника военно-морского атташе АЛЬВАРЕС продолжал поддерживать связь с вице-консулом КОРРИ.

Вопрос: Кто связал АЛЬВАРЕСА с КОРРИ?

Ответ: Я. Летом 1946 года в ресторане гостиницы «Челюскин», как обычно, шифровальщик американского консульства ХЕЙГ и я ужинали и за одним из столиков увидели АЛЬВАРЕСА.

Во время танца с ХЕЙГОМ мы приблизились к столику, за которым сидел АЛЬВАРЕС, и я тихо на английском языке сказала ему, что вице-консул КОРРИ, который жил в Испании в течение многих лет, очень хотел бы с ним поговорить, и пригласила АЛЬВАРЕСА к нашему столу. АЛЬВАРЕС поблагодарил меня и ответил, что сразу подойти неудобно, но через несколько минут он это сделает.

Спустя некоторое время АЛЬВАРЕС подошел к нашему столу, где я познакомила его с КОРРИ, с которым у него сразу же завязалась оживленная беседа на испанском языке. Разговаривали они до закрытия ресторана, после чего КОРРИ вызвался отвезти АЛЬВАРЕСА домой. У ворот, где жил АЛЬВАРЕС, по улице 25 Октября, машина остановилась, КОРРИ и АЛЬВАРЕС вышли из машины, поговорили около двух минут, попрощались, и мы вернулись домой.

С этих пор АЛЬВАРЕС встречался с КОРРИ вплоть до отъезда последнего в США в начале 1947 года.

Вопрос: Какие шпионские материалы добывал КОРРИ от АЛЬВАРЕСА?

Ответ: Я этого не знаю, так как КОРРИ ? всегда разговаривал с АЛЬВАРЕСОМ на испанском языке, которым я не владею.

Со слов шифровальщика консульства ХЕЙГА мне известно, что КОРРИ посылал в Москву в американское посольство донесения, в которых упоминался АЛЬВАРЕС, но содержание этих донесений ХЕЙГ мне не рассказывал.

Вопрос: Почему ХЕЙГ говорил вам об этом?

Ответ: Это было сказано ХЕЙГОМ в связи с тем, что ему много приходилось работать, зашифровывая сообщения КОРРИ.

Вопрос: Как РУЛЛАРД и КОРРИ оценивали шпионскую работу АЛЬВАРЕСА?

Ответ: И тот и другой были очень довольны своей, как они говорили мне, связью с АЛЬВАРЕСОМ.

РУЛЛАРД внес АЛЬВАРЕСА в картотеку, в которую заносились все те лица, у которых он получал сведения или с которыми был связан по работе. КОРРИ однажды сказал мне, что он никогда не простил бы мне, если бы я не познакомила его с АЛЬВАРЕСОМ.

Вопрос: Что получал АЛЬВАРЕС от американской разведки за свою шпионскую деятельность?

Ответ: РУЛЛАРД и КОРРИ выплачивали АЛЬВАРЕСУ деньги и снабжали его продуктами, но в каких суммах и количествах, я не знаю.

Больше показать мне нечего. Американских агентов, с которыми работала, я назвала всех.

Вопрос: Неправда, при аресте у вас изъято письмо за подписью «ДР». Не скрывайте и назовите автора этого письма и кому оно адресовано?

Ответ: Это письмо Джоржа РУЛЛАРДА, адресованное мне.

Вопрос: В этом письме РУЛЛАРД предлагает вам через агента «Б» добыть сведения о работе ледоколов во Владивостоке и в Находке.

Американский агент «Б» нам известен. Назовите вы его.

Ответ: Это БЕРЕСТЕЦКИЙ Владимир Григорьевич — офицер штаба Тихоокеанского флота.

Вопрос: Почему РУЛЛАРД давал задания БЕРЕСТЕЦКОМУ?

Ответ: Капитан 2-го ранга БЕРЕСТЕЦКИЙ был офицером связи между РУЛЛАРДОМ и штабом Тихоокеанского флота и часто снабжал РУЛЛАРДА интересовавшей его информацией.

Я помню, что после торпедирования японцами советского парохода «Трансбалт» РУЛЛАРД получил указание из отдела военно-морской разведки США уточнить — действительно ли «Трансбалт» был торпедирован японцами, где была интернирована подобранная команда этого парохода и в каких условиях они находились во время своего пребывания в Японии, а также все подробности, связанные с потоплением.

По этому вопросу РУЛЛАРД обратился к БЕРЕСТЕЦКОМУ, который сообщил, что «Трансбалт» действительно был торпедирован японцами, которые интернировали всю команду парохода. Других подробностей, интересовавших РУЛЛАРДА, БЕРЕСТЕЦКИЙ до прибытия команды «Трансбалта» в Советский Союз сообщить не мог.

В другой раз РУЛЛАРД получил из Вашингтона указание выяснить районы, заминированные с советских самолетов во время войны. Обратившись к БЕРЕСТЕЦКОМУ, РУЛЛАРД получил от него необходимые сведения.

БЕРЕСТЕЦКИЙ, будучи сам подводником, сообщил РУЛЛАРДУ сведения о Советской гавани, где он бывал, а также о практике своей работы на различных подводных лодках.

По просьбе РУЛЛАРДА БЕРЕСТЕЦКИЙ предоставил РУЛЛАРДУ и мне возможность посетить ледокол «Добрыня Никитич», где мы установили технические данные этого ледокола, количество экипажа и собрали необходимые сведения о его работе.

Выполняя поручение РУЛЛАРДА, о котором шла речь в указанном выше письме, я обратилась к БЕРЕСТЕЦКОМУ, и он сообщил мне, что во Владивостоке и в Находке работали ледоколы «Добрыня Никитич» и «Давыдов».

Вопрос: БЕРЕСТЕЦКИЙ знал, что этими сведениями интересуется РУЛЛАРД?

Ответ: Да, знал.

Вопрос: Следовательно, БЕРЕСТЕЦКИЙ был завербован РУЛЛАРДОМ для шпионской работы?

Ответ: У меня прямого разговора с РУЛЛАРДОМ о том, завербовал ли он БЕРЕСТЕЦКОГО, не было, но некоторыми разведывательными данными, о которых я уже показала, БЕРЕСТЕЦКИЙ снабжал РУЛЛАРДА.

Кроме того, должна сказать, что помимо чисто официальных отношений между БЕРЕСТЕЦКИМ и РУЛЛАРДОМ, в процессе работы установилась дружеская связь. БЕРЕСТЕЦКИЙ часто бывал на приемах и вечерах, которые устраивались РУЛЛАРДОМ и американским генеральным консулом КЛАББОМ.

В знак дружбы БЕРЕСТЕЦКИЙ подарил РУЛЛАРДУ кожаное пальто на меху, а когда РУЛЛАРД в 1945 году был в США, он прислал БЕРЕСТЕЦКОМУ один или два ящика вина.

В 1945 году БЕРЕСТЕЦКИЙ был переведен на другую работу, и РУЛЛАРД с ним больше не встречался.

Вопрос: Теперь расскажите, почему вы умалчиваете о капитане теплохода «Комилес» ЧАЙКА, о котором вам писал из Вашингтона РУЛЛАРД?

Ответ: Я забыла об этом. РУЛЛАРД после отъезда в США, в 1946 году, прислал мне письмо, в котором указал, что очень доволен тем, что он имел возможность поехать в США на борту теплохода «Комилес».

Во время трехнедельного перехода из Владивостока в Портланд, как писал РУЛЛАРД, он познакомился с капитаном «Комидес» ЧАЙКА, который сообщил ему ряд интересных сведений об арктических станциях, перевалочных базах и о самом Северном морском пути.

ЧАЙКА рассказал РУЛЛАРДУ о том, что он принимал участие в переброске Северным морским путем в одну из навигаций из Ленинграда во Владивосток эсминцев «Сталин» и «Войков».

РУЛЛАРД мне не писал о всех разговорах с ЧАЙКОЙ, но в конце письма еще раз подтвердил, что сведения, полученные от него, очень важны и теперь для него понятно, почему, когда он был во Владивостоке, ему не давали возможности свободно общаться с капитанами советских торговых судов.

Допрос прерван.

Протокол записан с моих слов правильно, мною прочитан.

МАТУСИС

ДОПРОСИЛ:

Начальник следственной части по особо важным делам

МГБ СССР — генерал-майор ЛЕОНОВ

Совершенно секретно

Список

лиц, проходящих по показаниям арестованной МАТУСИС И.В.

ЭРЛИХ Е.И. — арестован МГБ СССР

капитан-лейтенант, бывш. помощник командира эсминца «Резкий», затем командир тяжелого монитора «Хасан» 7-го военно-морского флота

БУХАТКИН А.П. — арестован МГБ СССР

бывш. уполномоченный агентства Инфлота и зам. начальника порта в Петропавловске на Камчатке, а затем командир буксира «Молот» Дальневосточного Госморпароходства.

БЕЛЯЕВ Б.И. — арестован МГБ СССР

бывш. повар ледокола «Микоян», а затем ледокола «Адмирал Макаров».

НОСОВА О.П. — арестована Управлением МГБ Приморского края

домашняя хозяйка, жена командира подводной лодки Тихоокеанского флота

КРЫЛОВА А.М. — арестована МГБ СССР

бывш. заведующая библиотечным коллектором КОГИЗа в гор. Владивостоке

КОРАБЕНКОВА Н.А.  — арестована МГБ СССР

бывш. зам. начальника агентства Инфлота Дальневосточного Госморпароходства

АЛЬВАРЕС Рубиеро — арестован МГБ СССР

бывш. капитан теплохода «Александр Невский», а затем теплохода «Иркутск» Дальневосточного Госморпароходства

КОППЕР С.Г.— арестована МГБ СССР

бывш. счетовод редакции газеты «Тотуус» в Петрозаводске

БЕРЕСТЕЦКИЙ В.Г. — арестовывается

капитан 1-го ранга, бывш. офицер связи между штабом Тихоокеанского флота и помощником американского военно-морского атташе во Владивостоке, ныне командир отряда учебных кораблей 5-го военно-морского флота

ЧАЙКА Е.К. — арестовывается

капитан теплохода «Комилес» Дальневосточного Госморпароходства

ОСИНОВСКИЙ Н.А. — арестовывается

бывш. командир порта в гор. Молотовске, ныне начальник аварийно-спасательной станции Рижского морского порта

ЛАХТИ Ю.Т. — бывш. грузчик Онежского водочного завода — арестован Управлением НКВД Архангельской области в январе 1944 года и за шпионскую деятельность осужден к 15 годам ИТЛ.

В июле 1944 года, находясь в заключении в Воркутлаге, умер

МАТУСИС В.А. бывш. диспетчер агентства Инфлота Молотовске — умер в 1946 году

ГАЛЬПЕРИНА С.М. — домашняя хозяйка, жена арестованного ЭРЛИХА Е.И. Проживает в гор. Николаевске на Амуре, имеет двух малолетних детей.

БЭРД Яйво Куртис — англичанин, полковник авиации, с июня 1941 года находился в Архангельске в качестве начальника Британской военной миссии.

За время пребывания в СССР БЭРД проводил активную разведывательную деятельность, за что в мае 1942 года был выдворен из СССР.

УИЛКС Вильям Чарльз — сотрудник «Интеллидженс Сервис», под прикрытием старшего инструктора группы британских танкистов находился в 1941 году в Архангельске, где проводил активную разведывательную деятельность.

ДУНКАН Джек — американец, контр-адмирал, с 1942 по 1943 год находился в СССР в качестве военно-морского атташе США, установленный разведчик.

В октябре 1943 года убыл из СССР.

ФРЕНКЕЛЬ Самуил — американец, с 1940 года является сотрудником военно-морской разведки США, с 1941 по 1944 год работал помощником военно-морского атташе США в Мурманске и Архангельске, где проводил активную разведывательную деятельность.

В марте — апреле 1947 года ФРЕНКЕЛЬ находился в Москве в качестве советника по военно-морским делам на Сессии Совета министров иностранных дел.

РУЛЛАРД Джорж — американец, с 1941 по июнь 1946 года находился в СССР в качестве помощника военно-морского атташе США в Архангельске, а затем во Владивостоке.

За время пребывания в СССР РУЛЛАРД проводил активную разведывательную деятельность.

Убыл из СССР в июне 1946 года и в настоящее время работает в русской секции военно-морской разведки США в Вашингтоне.

ХАРШОУ Джон — американец, сотрудник военно-морской разведки США, с 1942 по 1946 год находился в СССР в качестве помощника военно-морского атташе США в Архангельске, а затем в Одессе и проводил активную разведывательную деятельность.

В сентябре 1946 года убыл из СССР.

КЛАББ Эдмунд — американец, с 1944 года находился в СССР в качестве генерального консула США во Владивостоке, где проводил активную разведывательную деятельность.

В январе 1946 года убыл из СССР.

КОРРИ Томас — американец, с 1945 года находился в СССР в качестве второго секретаря посольства США в Москве, а затем вице-консула американского генерального консульства во Владивостоке.

В феврале 1947 года убыл из СССР.

ТЕККЕР Карл — американец, с 1942 по 1943 год находился в СССР в качестве помощника военно-морского атташе США во Владивостоке, установленный разведчик.

В мае 1943 года убыл из СССР.

ХЕЙГ Джон — американец, с сентября 1946 года находился в СССР в качестве секретаря американского генерального консульства во Владивостоке.

В августе 1947 года убыл из СССР.

Примечание: Арест ЭРЛИХА Е.И., БЕРЕСТЕЦКОГО В.Г., ЧАЙКИ Е.К. и АЛЬВАРЕСА Рубиеро согласован с руководителями соответствующих ведомств.

8 января 1948 года

АП РФ. Ф. 3. Оп. 58. Д. 257. Л. 80—134. Подлинник. Машинопись.

В тексте имеются рукописные пометы Сталина:

*—* подчеркнуто карандашом.

**_** фамилия обведена в кружок.