Налет на советское полпредство в Пекине

Налет на советское полпредство в Пекине

В апреле 1927 года я со своим напарником дипкурьером Шкуриным прибыл из Москвы в Пекин.

Когда мы выезжали в Пекин, нас предупреждали об очень тревожной обстановке, которая к тому времени складывалась в Китае вообще и в Пекине в частности.

Подготовка империалистических держав к новому наступлению на Советский Союз проводилась не только на европейских границах нашей страны, но и со стороны Китая и Японии.

Чжан Цзолин, Чжан Цзунчан и другие милитаристы устраивали одну антисоветскую провокацию за другой. В феврале 1927 года, то есть за два месяца до нашего приезда в Пекин, на реке Янцзы китайскими властями был захвачен наш торговый пароход «Память Ленина», на котором находились советские дипкурьеры товарищи Крилл и Грейбус. Они были сняты с парохода и брошены в тюрьму. А затем была арестована и вся команда парохода. Этот пиратский налет был совершен бандитами Чжан Цзолина по прямой указке империалистов. В самом Пекине шла непрерывная охота за коммунистами и всеми, кто сочувствовал Советскому Союзу.

Наше консульство в Харбине вновь предупредило нас о возможных эксцессах и даже прикомандировало к нам своего сотрудника, чтобы сопровождать до Пекина.

Положение действительно было тревожным, и мы это почувствовали в нашем полпредстве. Многие служащие-китайцы подслушивали телефонные разговоры, рылись в бумагах, подсматривали за всем персоналом. Видя всю эту подозрительную возню, наши товарищи установили круглосуточное дежурство у ворот полпредства, в помещении канцелярии и т. д.

— Как видите, готовится что-то нехорошее, — сказали нам сотрудники, — будьте начеку.

А 6 апреля полпредство подверглось налету — пожалуй, беспримерной по своей наглости провокации.

Утром у главных ворот послышались шум, крики и во двор ворвался отряд вооруженных винтовками полицейских и солдат в количестве примерно ста человек и сразу же захватил все входы и выходы. Большая группа военных окружила территорию, занимаемую полпредством.

Находящееся на территории так называемого посольского квартала советское полпредство состояло из нескольких помещений. Это главное здание в глубине небольшого парка, канцелярии полпредства, канцелярии военного атташе и другие. Тут же расположены здания, в которых ранее находились казармы отряда казаков.

Недалеко от советской, в том же посольском квартале, находятся миссии: японская, английская, американская и другие. Все они, кроме нашего полпредства, охранялись своими вооруженными отрядами. Советское правительство, как известно, отказалось от права иметь при полпредстве свой вооруженный отряд, считая это несовместимым с принципами равноправия и национального суверенитета Китая.

…Как только налетчики ворвались на территорию советского полпредства, часть солдат и полицейских бросились в помещение, занимаемое военным атташе, другие — в казармы, где размещались некоторые хозяйственные отделы. Главное здание полпредства оставалось незанятым.

Ворвавшись в дома, где жили сотрудники полпредства и других советских учреждений, солдаты и полицейские стали арестовывать советских людей. Подталкивая прикладами, их загоняли в закрытые автомобили и куда-то увозили. Несмотря на решительные протесты работников полпредства, почти по всем помещениям были учинены обыски. Особенно бесчинствовали в здании, где размещались библиотека и клуб сотрудников полпредства. Эти помещения были совершенно разгромлены.

Налетчики не ограничились погромом, грабежом и арестами. Дело дошло до того, что некоторые помещения, в том числе и то, где разместился аппарат военного атташе, были подожжены. Причем, как все видели, делалось это по единому, продуманному плану, под руководством специально выделенных людей. Не было никакого сомнения: налет был тщательно подготовлен. И это преступление совершалось по отношению к тому государству, которое по-братски протянуло Китаю руку дружбы и помощи!

Поверенный в делах СССР в Пекине А. С. Черных пытался немедленно соединиться с министерством иностранных дел Китая, чтобы потребовать прекращения беззакония, но связи с внешним миром не было. Невозможно было послать и телеграмму в Москву.

Впоследствии оказалось, что о налете знали голландский, американский, английский и другие послы, но они пальцем о палец не ударили, чтобы удержать распоясавшихся налетчиков.

Солдатня и полицейские не покидали территории полпредства в течение нескольких дней, продолжая чинить насилия и погром.

Мы готовились в случае, если бандиты ворвутся в главное здание полпредства, дать им бой, но они не посмели этого сделать.

В один из приездов в Пекин мне довелось познакомиться с замечательным сыном китайского народа товарищем Ли Дачжао. Я и раньше слышал о нем как об одном из создателей Коммунистической партии Китая, пламенном пропагандисте марксизма-ленинизма, большом друге Советского Союза. Тем приятнее и интереснее было познакомиться с ним лично.

Ли Дачжао знал, что ему грозит опасность. Но он не считал себя вправе уехать из Пекина, покинуть свой партийный пост. И в те тревожные дни от него веяло удивительным спокойствием. Ли Дачжао был человеком большой нравственной чистоты и огромных знаний, преданным делу народа. Ему не было тогда и сорока. Но он уже около девяти лет был профессором политической экономии в Пекинском университете. Это Ли Дачжао впервые перевел на китайский язык «Манифест Коммунистической партии» и другие работы К. Маркса и Ф. Энгельса, это он впервые в Китае написал биографию В. И. Ленина. Замечательный ученый, Ли Дачжао был вместе с тем одним из крупнейших деятелей национально-освободительного и революционного движения, секретарем Северного бюро Коммунистической партии Китая. К сожалению, знакомство с ним было весьма непродолжительным. Враги преследовали Ли Дачжао по пятам и схватили его на территории военного городка. Ни у кого не было сомнений, что налет на территорию военного городка, пользующегося дипломатической неприкосновенностью, совершен с благословения иностранных империалистов. Товарищу Шкурину и мне случайно пришлось быть свидетелями ареста Ли Дачжао. Но, естественно, ничем помочь ему мы не могли. Вскоре этот выдающийся китайский революционер, убежденный интернационалист погиб в тюрьме.