ЗА ВОРОТАМИ КРЕПОСТИ

ЗА ВОРОТАМИ КРЕПОСТИ

Водитель повернул в улицу, указанную Анной Ивановной, и остановил машину возле высоких ворот с чугунной решеткой.

— Это же дом облпрофсоюза! — узнал Кириллов.

— Да. Вы уже здесь были?

— Был.

— Так это — тот самый... Владелец его успел сбежать за границу. После революции мы основное здание не трогали, хотели в сохранности передать Советам. Наша ВЧК помещалась здесь, — указала Анна Ивановна на левое крыло дома. — Тут нас и застали деникинцы. Мы не успели эвакуироваться, уничтожали документы. Конечно, мы отстреливались как могли, но... Нас было слишком мало. Когда нас накрыли, скрывать, что мы — чекисты, было глупо... А пытали нас там, в подвалах, где теперь гараж.

— В подвалах? Я в подвалах не был, — проговорил Кириллов.

— Жаль, что сегодня воскресенье, а то я показала бы вам всю крепость...

— Какую крепость?

— Да вот... — кивнула она на дом за воротами. — Видите, как он построен? Войти можно только через эти ворота. Во дворе же — ни деревца, ни клумбы — плац! Незамеченным никто не проскочит...

— Вы правы, — согласился Кириллов. — Но давайте попытаемся.

За время работы по командировке он познакомился с комендантом и теперь решил попросить его содействия. Он нажал кнопку звонка возле калитки в стене. Им открыл низенький, лысоватый человек, приветливый, словоохотливый, подал ладошку лодочкой, повел было в свой кабинет, но Кириллов отказался.

— Давайте, Денис Семенович, попросим Анну Ивановну быть нашим гидом.

— Я — пожалуйста. Вот только ключики возьму...

Анна Ивановна направилась к центральному подъезду.

— Поднимемся на второй этаж. Там у бывшего хозяина был зимний сад с бассейном посредине.

— Правильно. Был бассейн. Только теперь там ничего нет. В смысле — бассейна... Там теперь — столы, телефоны... В общем — все, как полагается... — с гордостью сказал Денис Семенович.

Анна Ивановна все же нашла место, где был бассейн.

— Тогда, в девятнадцатом году, — сказала она, — деникинская контрразведка сразу заняла центральное здание. Здесь, в зимнем саду, — самого-то сада я, конечно, не видела, только кадки пустые, — начальник контрразведки Оленев устроил свою приемную, если можно так выразиться. Принимал заключенных или задержанных по малейшему подозрению людей. Обычно они были избиты до бессознательного состояния, И вот, чтобы привести в чувство, людей кидали в бассейн с ледяной водой. Январь в тот год стоял очень холодный...

Она поежилась, словно заново ощутив холод.

— Меня из нашей группы привели сюда последней и уже ни о чем не спрашивали, а только глумились. Оленев приказал сорвать с меня одежду. Подошел, протянул лапищу к груди, а я плюнула ему в лицо. Он отскочил, поднес кулак ко рту, дунул на перстень и ударил так, что я отлетела к самому бассейну. Тогда он загнал меня в воду...

Кириллов слушал, опустив голову. Денис Семенович, отвернувшись, шарил по карманам, видимо, отыскивая платок; плечи его вздрагивали.

— Оленев бил и снова загонял меня в воду. А потом меня швырнули в подвал, к нашим. В следующую ночь нас погнали по уже знакомой вам дороге... Вот, собственно, и все...

— А подвал? — спросил Кириллов.

— Пойдемте.

Старая, изувеченная женщина направилась к лестнице. Спускаясь, она попросила Кириллова подать ей руку, но не оперлась на нее, а только слегка придерживалась. И Кириллов снова подивился ее выдержке.

Вышли в пропеченный солнцем двор.

— Подвал откроете? — спросила Анна Ивановна, щурясь от света.

— Можно, конечно. Только там холодно: отопление выключено. Боюсь, не простыли бы...

— Может, телогрейки какие найдем?

— Есть... Но шоферские, грязные.

Анна Ивановна вопросительно посмотрела на Кириллова, и он сказал:

— Годятся.

Окованные железом ворота открылись бесшумно. Из темноты пахнуло запахом бензина, солярки.

Денис Семенович повернул большой выключатель, и неяркий свет озарил своды.

— Ого, как просторно! — воскликнул Кириллов.

— Не мудрено. Эти подвалы располагаются не только под всем домом, но и под всем двором!

Денис Семенович принес замусоленные, драные телогрейки. Одну, поновей и почище, предложил Анне Ивановне. Она накинула ее на плечи, придерживая здоровой рукой, и уверенно пошла вглубь.

Шли довольно долго и, наконец, завернули в правый дальний отсек.

— Понимаете, здесь почти ничего не изменилось... Я вспомнила одну немаловажную деталь и, пока не забыла, хочу взглянуть...

Она остановилась.

— Вот здесь, — показала она на выступ стены, — мы замуровали оружие.

— Чье?

— Наше. Я же говорила вам, что отступать нам пришлось спешно. Часть оружия оставалась в запасниках: не успели раздать. С этой работой провозились, потом надо было документы уничтожить. Вот и не успели уйти...

— Та-ак, — протянул Кириллов. — И его отсюда никто не забрал?

— По-моему, нет.

— Денис Семенович, много в подвалах переделок было? Перестраивали что-нибудь? — обратился Кириллов к коменданту.

— Ремонты были, конечно...

— И оружия никогда не находили?

— При мне — нет.

Кириллов осмотрел выступ. Он был похож скорее на перемычку стены. Следов какой-либо ниши не было. Постучал в разных местах костяшками пальцев, прислушиваясь к звуку. Ощупал кладку. В одном месте была еле заметная разность цемента.

— Придется вызвать саперов, — сказал Кириллов. — А сейчас давайте продолжим нашу экскурсию.

Анна Ивановна очень устала и озябла, донимал ее и нервный озноб. Но она все рассказывала, рассказывала, вспоминая события, называя имена.

Только под вечер Кириллов отвез ее в гостиницу.

На другой день в подвалах работали солдаты. В указанном Анной Ивановной месте металлоискатель показал наличие в стене металлических предметов. Стену разобрали. Там действительно оказалось различное оружие времен гражданской войны. Оформив его изъятие и сдачу, Кириллов уехал в Москву.