2017, февраль. Сирия

Виктор Иванович зашел на кухню, где сидела жена. На нем были гимнастерка, брюки, пилотка и кирзовые сапоги.

— Здрасти. Картина «Вернулся солдат с фронта». Ты что, опять в военном магазине был? — спросила Наталья Михайловна.

— Наташка, мне идет?

— Да не то слово. Подожди, сфотаю.

— Не надо.

— Подожди, говорю, — Наталья Михайловна ушла за фотоаппаратом.

Виктор Иванович подошел к зеркалу и поправил пилотку. Из зеркала смотрел старый суровый воин.

На пенсии Блинов всё-таки не сгнил. О нём вспомнили. В том числе о его тренерских талантах. И предложили тренировать бойцов «Витязя».

Блинов не подвёл. Он выходил на спарринг с тридцатилетними — и бил точно в печень. А в 2011-м, когда ему было шестьдесят один, через двенадцать лет пенсии, он сдал норматив на «краповый берет». У него были проблемы со спиной и с ногами. Но когда было нужно, он отодвигал их в сторону. Управлять собой и своим телом он умел.

Супруга вышла с фотиком.

— Давай, папуся, прими позу, — сказала жена и прицелилась «мыльницей».

Блинов стоял, браво выгнув грудь. — Наташа, я через три дня уезжаю.

Наталья Михайловна растерянно опустила фотоаппарат.

— Куда это ты собрался?

— Не твое дело. Когда ты у меня это спрашивала за тридцать лет? Я ненадолго. Поехали, нужно обувь мне купить. И тебе красивое заедем купим.

— Витя, ну зачем? У меня все есть.

— Хочу, чтобы у тебя было то, что тебе нравится.

— Витя, я еще раз говорю, мне не нужны шмотки. Поехали за обувью.

Они купили три пары.

— Одну пару с собой возьму, две дома оставлю, — сказал Виктор Иванович и затолкал две коробки под стул. — Наташка, поехали на дачу. Переночуем две ночи. В город вернемся перед моим отъездом.

В поселке Храпуново, в маленьком доме без отопления было холодно. Виктор Иванович затопил печку.

— Витя, ты уезжать собрался, а как твои уроки немецкого?

— Я предупредил, что меня какое-то время не будет. И вообще все дела закончил. Давай теперь посмотрим «Диких гусей».

Смотрели на этот раз молча.

Потом жена ушла спать, а Виктор Иванович еще долго перематывал пленку туда-сюда.

Вернулись в город накануне отъезда. В пять утра Виктор Иванович с вещмешком через плечо стоял на пороге квартиры.

— Папуся, давай я тебя отвезу? — попросила жена.

— Спи, Наташа, такси уже внизу.

— Ты ненадолго?

— Я же сказал, ненадолго. Все, ложись.

Уехал Виктор Иванович как обычно — не прощаясь.

Через десять дней Наталья Михайловна получила смс: «Все хорошо».

Она успокоилась, поехала на дачу.

Прошло три дня, когда запищал мобильный. Жена Виктора Ивановича надела очки и прочла: «Читай псалом 90 на обоих языках».

Наталья Михайловна поняла — мужу грозит опасность, и очень серьёзная. Псалом 90, «Живый в помощи Вышнего» — охранительная молитва, оберег, защищающий от зла.

Зло оказалось сильнее.

Виктор Иванович погиб через три дня, 10 февраля 2017 года в Сирии при штурме высоты. В заключении сирийские врачи записали: «Геморрагический шок от ранения в брюшную полость».

Он умер там, в жёлтых песках. Точное место гибели неизвестно.

В квартире подполковника Группы «А» под стулом, рядом с гантелями и утяжелителями, стоят две коробки с неношеными ботинками сорок шестого размера.