Василий Калицкий ДЕВОЧКА С КОСИЧКАМИ

Василий Калицкий

ДЕВОЧКА С КОСИЧКАМИ

Жаль, очень жаль, что я не умею писать стихи и музыку. А то сочинил бы песню о пионерке Улбосын Сандыбаевой. Песню звучную, крылатую. Начал бы ее, к примеру, такими словами:

Очи, как смородина, бантики в косичках,

Галстуком играет ветер на груди…

Но раз песня не получается, то расскажу о том, что могли бы взять для нее поэт и композитор из жизни простой и обыкновенной сельской девочки-казашки.

Улбосын невысокого роста, круглолицая, с чуть выдающейся, будто припухшей, верхней губой. На лице чуть приметная улыбка, смеющиеся, с лукавинкой, карие глаза. В тугие черные косички вплетены розовые ленты.

Учится она в средней школе имени Аркадия Гайдара. Девочку, как и других ее сверстниц, за примерное поведение и отличную учебу уважают учителя и ученики.

С тех пор как помнит себя Улбосын, в ее памяти хранятся интересные сказки, были, предания, которые она узнала от учителей и от своей матери.

— Мне кажется, — говорит девочка, — я со сказками вместе и родилась. Да и не только с ними. Вот, к примеру, с самых малых лет помню рассказ о смелом коммунисте земляке Магазе Масанчи. Он в далекие годы боролся с кулаками и другими врагами Советской власти. Дружил с писателем Дмитрием Фурмановым, был в Москве, где встречался с Владимиром Ильичей Лениным.

Во время летних каникул она с другими девочками побывала в горах, собирала ягоды.

— До чего, друзья, было там интересно, — рассказывала Улбосын одноклассникам о своих путешествиях. — Пробирались по заветным тропкам, переходили вброд бурлящие речушки, продирались через заросли шиповника, облепихи, барбариса. В горах встречались дикие животные и птицы: архары, зайцы, фазаны, горные индейки.

Много летних дней работала Улбосын и на колхозной птицеферме.

— Взрослые хлеб убирали, — говорит она, — а мы за птицами присматривали — поили, кормили их.

И еще в одном потрудилась девочка — в сборе металлолома.

— На целый трактор насобирали с подружками, — рассказывает она.

Об этом, конечно, в песне, если она будет сложена, упоминать не обязательно. А вот о том, о чем будет сказано ниже, стоит написать хорошие строчки, такие, чтоб песня получилась душевной, прославляющей патриотический поступок советской девочки.

Домик, в котором живут родные Улбосын, утопает в буйной зелени на окраине поселка. Домик этот чем-то напоминает украинскую хату — белую, в саду, рядом с которым цветут, улыбаясь, головастые подсолнухи. Тут же, задумавшись, склонились сизые вербы, от легкого ветра колышутся серебристые тополя, чуть шевелятся круглые, как блюдца, листья на развесистых кленах. Правее от дома — кусты винограда, яблони. За ними по узкой, заросшей вьюнком тропинке спуск к реке, которая часто меняет свой характер. Летом она течет спокойно, степенно, будто дремлет. А ранней весной ее словно подменили: буйная, озорная, с яростью подмывает берега. А за рекой уже чужая сторона.

Улбосын не помнит, кто первый ей сказал, чтобы она всякий раз, когда бывает на своем огороде, посматривала туда, на противоположный берег.

— У нас в семье все так делают, — говорит она, — и отец, и мать, и сестричка Кызжибек. Ведь границу всем стеречь надо.

Да, в этом пограничном поселке жители всегда начеку. Многие из них не раз помогали солдатам заставы в их нелегкой службе. Бывало, помогали и вражий след разгадывать, и на заставу незнакомцев приводили. А вот совсем недавно случилось такое. Хотелось бы, чтобы и о нем были написаны строфы в новую песню.

Стоял погожий, переполненный запахами скошенного хлеба день. Высоко в поднебесье кружились ласточки. По улицам поселка, надсадно урча, шли груженные свежей пшеницей и полосатыми арбузами автомашины, в кузнице звенел металл, откуда-то с поля долетала песня. Улбосын в такую пору на огороде собирала в корзину помидоры, упругие, сочные, красные. Она тихонько, про себя, напевала «Пусть всегда будет солнце» и раз от разу поглядывала на берег, на мигающую бликами речку, на чужой край.

И тут она приметила на той стороне мелькнувшую среди кустов согнутую фигуру человека. «Почему он прячется?» — спросила себя Улбосын, и учащеннее забилось ее сердечко, застучало в висках. Зайдя под крону дерева, она продолжала наблюдать за незнакомцем.

Он, видимо, опасаясь, как бы его не заметили, присел, потом, озираясь, быстро пробежал к берегу. Перейдя вброд речку, он тут же бросился к огородам и скрылся в подсолнухах.

Девочка сообразила: нарушитель границы. Она в это время не слышала ни звуков в селе, ни крика ласточек. Она только улавливала частые удары собственного сердца.

— Мамочка! — чуть погодя, подала голос Улбосын, угадав в саду шаги матери. — Там мужчина прячется, перебежал…

Старенькая Татыбала, мать девочки, заторопившись, выронила из рук туесок с виноградом, скрылась за сараем.

— Ох, горе ты мое горькое! — потом позвала мужа: — Мукаш, а Мукаш! Ой, как же это?!

— Что случилось? Кричишь не своим голосом.

— Спеши на заставу, чужой объявился.

— Эх, черт его взял бы, — только и послышалось.

Со скрипом распахнулась калитка, шарахнулись в сторону перепуганные куры. Напрямик, через изгороди и арыки устремился к заставе Мукаш Сандыбаев. Спешил к пограничникам он не впервые. Почти в такую же пору лет пять тому назад Мукаш на повозке ездил за песком к старому карьеру. Дорога к нему извивалась между холмиками, была покрыта тонким слоем пыли, обрызганной накануне теплым дождиком. Следы от колес оставались отчетливыми, резкими, как две ленты, между которыми крупным пунктиром виднелись отпечатки копыт вороного.

Возвращаясь в поселок, Мукаш, держа вожжи, шел рядом с груженой повозкой. На обочине дороги он увидел следы человека. «Прошел кто-то совсем недавно, вот он наступил на колею», — определил Мукаш и у него сильнее заколотилось сердце. Мукаш быстро распряг коня, вскочил на него и помчался на заставу. А вскоре пограничники, став на след, задержали нарушителя границы.

И вот снова на эту же заставу с тревожной вестью спешил Мукаш Сандыбаев.

А дочь его через сады и огороды соседей пробиралась за неизвестным. Она его не видела, но по тому, как качались желтые головки подсолнухов и серые метелки кукурузы, угадывала движение чужого. «И чего только лезет, что ему нужно на нашей земле?» — возмущалась Улбосын. Ей вспомнились прочитанные рассказы о пограничниках, которые в любую погоду охраняли границу, шли по следу нарушителей, вступали с ними в бой, не давали им сделать что-то злое, недоброе.

Пришелец старался запутать следы. Он перепрыгивал через заборы, ложился в арыках, прятался в огородах.

Преследование — дело сложное. Опытному пограничнику и то оно дается трудно. Здесь должны быть и зоркость, и сноровка, и осмотрительность. А каково девочке? Преследование потребовало от нее большого напряжения сил. Бежать становилось все труднее. Но девочка понимала — так нужно для школы, для пограничников, для страны.

Огороды с жиденькой изгородью упирались в дорогу. Там, где ее окаймляли старые ветлы, появился чужой, плечистый, с большой копной волос на голове. Он, стряхнув рукой с рубашки и брюк пыль, надел синюю куртку. Потом, оглядевшись, пошел по обочине дороги в поселок.

Сзади на небольшом расстоянии, тяжело дыша, поспешала за ним Улбосын. «Переоделся, думает, не видела», — сказала она и тут же услышала за своей спиной осторожный бег. Это спешили пограничники.

— Вон он, в куртке синей, — едва выговорила девочка и показала рукой в направлении нарушителя.

Улбосын, легко вздохнув, отстала от побежавших солдат. Она платочком вытерла потные лоб, шею, лицо. Несмотря на усталость, чувствовала то глубокое удовлетворение, какое испытывает человек, выполнивший свой долг.

Тревога в сердце девочки держалась недолго. Она шла легко, с появившейся на лице улыбкой.

Над поселком ярко светило солнце, в голубом небе так же сновали ласточки, по тропинкам к пруду мирно, переваливаясь с ноги на ногу, шли цепочкой гуси.

В школе Улбосын поздравляли учителя, мальчики и девочки.

— И мы бы так поступили, как наша Улбосын, — говорили школьники. — Попадись нам только чужой — не уйдет.

А вечером смелую пионерку пригласили на заставу. Солдаты благодарили ее за помощь, рассказали о своей службе, преподнесли в подарок библиотечку.

— Будь всегда такой смелой, готовой выполнить любое дело для блага нашей любимой Родины! — давал ей наказ начальник пограничной заставы.

— Всегда готова! — по-пионерски четко и внятно ответила Улбосын.

Глядя на пионерку, я еще раз подумал:

«А ведь в самом деле надо бы написать крылатую, самую звонкую песню о девочке с косичками».