III. СЛЕДСТВЕННЫЙ МАТЕРИАЛ ПО ДЕЛУ АНАРХИСТОВ ПОДПОЛЬЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

III. СЛЕДСТВЕННЫЙ МАТЕРИАЛ ПО ДЕЛУ АНАРХИСТОВ ПОДПОЛЬЯ

После акта в Леонтьевском переулке, как мы уже видели, шайка в 25–30 лиц устами своих коноводов – агентов штаба Махно – задорно восклицала: «Посмотрим, кто кого распорет!»

Сейчас же после «акта» за них взялась МЧК, и теперь уже не приходится говорить о том, кто кого распорол.

Главные вдохновители и организаторы контрреволюционеров разбираемого толка – Казимир Ковалевич и Петр Соболев ? погибли при аресте. Оба они отстреливались из револьверов и бросили по бомбе. Наши товарищи из МЧК счастливо отделались лишь легкими поранениями.

Далее, на даче в Краскове, которая ими самими была взорвана, когда была оцеплена нашими, погибли: 1) Яша Глагзон, 2) Вася Азов (Азаров), 3) Митя Хорьков, 5) Захар (Хромой), 6) некто по имени Мина и 7) Таня (Дедикова). Находился на даче также Барановский, но успел уйти до взрыва и был арестован в засаде.

Расстреляны по постановлению МЧК 8 человек: 1) Гречаников, 2) Цинципер, 3) Барановский, 4) Домбровский, 5) Восходов, 6) Николаев, 7) Исаев и 8) Хлебныйский.

Первый акт совершен, за ним последуют сотни других актов – вещали воины черного знамени.

Теперь можно сказать, что МЧК ликвидировала их осиные гнезда не только в Москве, но и в провинции.

Следственный материал дает ясную картину о происхождении «честной» компании, организации и художествах. Многочисленные экспроприации в Москве и провинции, иначе говоря, ограбление народных денег советских учреждений, – самая обыкновенная уголовщина. Любопытно, что все это проделывалось не без участия эсеров-максималистов[233] и левых эсеров. Меньшевик пришел им на подмогу в высококультурном их деле печатания прокламашек. А левый эсер Черепанов был одним из главных руководителей взрыва в Леонтьевском переулке, где прежде помещались ЦК и МК левых эсеров, благодаря чему Черепанову известны все ходы и выходы в этом доме.[234]

Из сотни обещанных художеств очередное подготовлялось ко дню второй годовщины Советской власти[235]. Но к этому времени они уже погибли, «аки обры».