Битва за Бельгию

Битва за Бельгию

Замедление темпа наступления союзников привело к появлению амбициозного британского плана. Было предложено, чтобы 21 группа армий обошла с севера Линию Зигфрида, пересекая каналы и реки в северной Бельгии и Голландии. Это могло сократить войну. Важнейшей частью плана был захват серии мостов — через Маас севернее Эйндховена, через Ваал у Неймегена и, наконец, через Рейн возле Арнема. Сначала операция Маркет Гарден» развивалась успешно. Но, к несчастью, примерно в этом районе находился на переформировании II танковый корпус СС. Он сумел раздавить легко вооруженный парашютный десант. Немцы также сумели остановить ХХХ корпус Хоррокса и не дали ему соединиться с парашютистами. Таким образом, все надежды на скорую победу рассеялись.

Тем не менее, продвижение союзников было значительным. 4 танковая дивизия Вуда, которая наступала на правом фланге, с момента прорыва из Нормандии прошла более 700 миль. Отдельные танки намотали на спидометры не меньше 1500 миль. Британские танки также прошли огромное расстояние. Союзники были уверены в своей победе и считали, что Германия разгромлена. Поэтому они были застигнуты врасплох, когда 3 немецкие армии — 6 Танковая СС, 5 Танковая и 7 Армия — насчитывавшие более 250000 солдат, 16 декабря 1944 начали генеральное наступление в заснеженных Арденнах. Последовавшая Битва за Бельгию стала самым серьезным кризисом, с которым командование союзников столкнулось в Западной Европе. Достигнутая немцами внезапность была следствием самого оглушительного провала разведки. Аналогом можно считать лишь такой же внезапный удар в этом районе в 1940. Более миллиона человек участвовали в последней отчаянной попытке Гитлера переломить ход войны на западе, чтобы потом полностью сосредоточить силы против России.

Вновь назначенный главнокомандующим на западе фельдмаршал фон Рунштедт писал в своем приказе: «Солдаты Западного Фронта! Настал ваш великий час. Большие ударные силы начинают наступление против англо-американцев. Я больше ничего не буду вам говорить. Вы все чувствуете сами. На карту поставлено все! Мы должны отдать все, чтобы сделать невозможное во имя фатерланда и нашего фюрера!» План операции «Вахта на Рейне» был детищем Гитлера. Он разослал копии фон Рунштедту и Моделю с пометками на конверте «не изменять». Верховное командование пришло в ужас, ознакомившись с планом. Однако, после покушения на фюрера, никто не осмеливался протестовать.

Гитлер выбрал генерал Зеппа Дитриха в качестве командующего 6 Танковой Армией СС, которая должна была сыграть главную роль в наступлении. Слева наступала 5 Танковая армия генерала барона Хассо фон Мантейфеля, а 7 Армия генерала танковых войск Эриха Бранденбергера прикрывала левый фланг ударной группировки. Фельдмаршал Модель, командующий группы армий «В», осуществлял общее оперативное руководство. Фон Рунштедт пришел в ужас, когда впервые ознакомился с деталями плана. Он считал его слишком амбициозным для имеющихся у немцев сил, и потому предложил наступление с ограниченными целями, надеясь отбить у союзников выступ в районе Аахена. После войны он так прокомментировал происходящее: «Мне оставалось только повиноваться. Это была нереальная операция, а самой большой глупостью было определение в качестве цели Антверпена. Если бы мы вышли к Маасу, нам оставалось только опуститься на колени и благодарить бога. Только его волей мы могли дойти до Антверпена». Совершенно неожиданно против плана выступил и Дитрих, который изложил свой протест Йодлю, хотя его мнение тоже осталось без внимания. (На допросе после войны Йодль назвал Дитриха «хорошим солдатом, который никогда не презирал армию, как другие генералы СС».) Главный удар должны были нанести 4 танковые дивизии Дитриха, танковой армии Матейфеля отводилась вспомогательная роль. Это была еще одна пощечина армии, так как ее офицеры пытались убить Гитлера.

Генерал фон Мантейфель был строгим и верным командиром. Он отличился в России, командуя 7 танковой дивизией. Потом он командовал танковой дивизией «Гросс Дойчланд», прежде чем был назначен командующим 5 Танковой Армией, перепрыгнув через командование корпусом. Этот пруссак имел Рыцарский Крест с Мечами, Дубовыми Листьями и Бриллиантами. (Бриллианты он получил 18 февраля 1945.) Он был назначен командующим 3 Танковой Армией на Восточном Фронте, «последней надеждой рейха», в возрасте всего 48 лет. Как фон Рунштедт и Дитрих, он не слишком надеялся прорваться к Маасу. Мантейфеля очень беспокоило положение, в котором окажутся его дивизии, если им повезет зайти достаточно далеко. Мантейфель показал свою храбрость еще до начала битвы, когда отправился на линию фронта, переодетый полковником из разведки. Он лично ознакомился с местностью перед атакой. Бранденбергера тоже беспокоила его роль. Он имел лишь горстку боевых машин в качестве поддержки на свои 4 дивизии, которые должны были прикрывать южный фланг наступления от 3 Армии Паттона. А Паттона немецкие генералы уважали!

Немцы для наступления выделили 8 танковых дивизий, которых поддерживали 17 народно-гренадерских дивизий, 1 панцер-гренадерская и 2 парашютные дивизии, плюс многочисленные бригады и специальные части. Таким образом, для операции «Вахта на Рейне» были собраны самые мощные силы, которые немцы бросали против западных союзников в одной операции. Их поддерживали II истребительный и III зенитный корпуса Люфтваффе.

Эти мощные силы тайно выдвигались на исходные позиции, которые находились против самого слабого участка фронта союзников. Его занимали плохие войска, и их было мало. Здесь находились 6 американских дивизий V и VIII корпусов, чьи подразделения были либо слишком зелеными, не имея боевого опыта, либо наоборот, измотанными и потрепанными в результате боев. Наступление началось на рассвете 16 декабря. Плохая погода приковала к земле авиацию союзников. В некоторых частях началась паника, и немцы сначала сумели добиться определенных успехов. Некоторые неопытные американские командиры сдались. Но были места, где события приняли иной оборот. Можно вспомнить маленький бельгийский городок Сен-Вит, где вписал свое имя в историю один из самых знаменитых американских танковых командиров. Это был бригадный генерал Брюс К. Кларк. Он начала службу рядовым в 1917, постепенно рос, и в 1925 стал офицером инженерного корпуса. В 1940, когда родились американские танковые войска, он стал командиром 24 инженерного батальона и начальником инженерной службы дивизии. Потом он занял пост начальника штаба 4 танковой дивизии и отправился за океан в качестве командира боевого командования А 4 танковой дивизии. После тяжелых боев в августе 1944 он был награжден Крестом за выдающиеся заслуги и Серебряной Звездой. В ноябре 1944 он стал генералом и командиром боевого командования В 7 танковой дивизии. Благодаря ему, разрозненные части в Сен-Вите превратились в единую команду и сумели отбить все атаки врага. Они использовали тактику «бей — беги», которую после войны Мантейфель назвал «одним из лучших способов ведения боя». Кларк вспоминал:

В качестве командира боевого командования В я проанализировал ситуацию и решил, что возможной целью немцев будет Сен-Вит с мостом через реку Сальм. Но настоящая цель, скорее всего, находилась у меня далеко в тылу. Может быть, это был Ла Манш. Я мог медленно отступить на несколько километров, отдав часть территории, но при этом не допустив уничтожения моего командования. Это позволило бы частям у меня в тылу подготовить оборонительные позиции и организовать контратаку. Поэтому, отступая по километру в день, я побеждал. А немцы, потеряв возможность пройти несколько километров в день, проигрывали. Таким образом, я должен был использовать свои танки для обороны и замедления продвижения противника, как для собственного наступления.

«Кларк Сен-Витский», как его можно было называть, помешал установлению связи между 5 и 6 танковыми Армиями и сломал германское расписание. После войны он командовал 4 и 1 танковыми дивизиями. Во время Корейской войны он был командиром I и VIII корпусов. В годы Берлинского кризиса Кларк командовал 7 армией и Центральной группой армий НАТО.

Конечно, мелкие изолированные действия, такие как Кларка в Сент-Вите или знаменитая оборона Бастони 101 парашютно-десантной дивизией генерала МакОлифа, сами по себе не могли остановить наступление немцев. Требовалась гораздо более серьезная операция. 19 декабря Эйзенхауэр решил передать Монтгомери командование американским 1 и 9 Армиями, оказавшимися к северу от прорыва. Паттон получил приказ прекратить наступление на Саар, повернуть свою 3 Армию на 90 градусов и ударить на север во фланг немцам. Кроме того, Эйзенхауэр немедленно отправил в Арденны свой единственный резерв — 82 и 101 парашютно-десантные дивизии. Монтгомери развернул ХХХ корпус, чтобы блокировать немцам дорогу к Маасу и заставил 1 Армию Ходжа удерживать северный фас прорыва. Таким образом, битва в Арденнах была скорее американской, чем английской. Для американцев это вообще была самая крупная битва войны, они потеряли около 78000 человек. Задача Паттона, внешне эффектная, оказалась довольно легкой потому, что он еще несколько дней назад приказал штабу изучить вопрос контратаки через сектор 1 Армии. Скорость наступления 3 Армии была просто замечательной. В результате 4 танковая дивизия Вуда деблокировала осажденную Бастонь. Уверенность, что Паттон может сделать все, что угодно, разделяли его солдаты. «Если придет Джордж, все будет в порядке!»

Немцы упрямо продолжал наступать, сметая все препятствия. Однако они уже выдыхались, а сопротивление американцев становилось все сильнее. К Рождеству наступление было остановлено на линии Эльзенхорн — Мальмеди — Марш — Сен-Убер — Бастонь. Все дороги в Маасу были прикрыты. Погода улучшилась, и в бой вступила союзная авиация. К середине января 1 и 3 Армии сомкнули фронт, и группа армий была готова к решительному наступлению на Германию. Хотя часть атакующих сумела отойти в полном порядке, они потеряли более 100000 человек и примерно 800 незаменимых танков. Монтгомери позднее писал: «Битва в Арденнах была выиграна в основном благодаря прекрасным боевым качествам американского солдата… Если бы качество немецких соединений находилось на таком же высоком уровне, как в первые годы войны, а их командиры сохранили прежний пыл и инициативу, временный эффект контрудара мог оказаться гораздо тяжелее. Противник не сумел развить успех первых решающих дней. Бои показали, что он уже не может сравниться с прекрасными, стойкими американскими войсками». К несчастью, Монтгомери добавил еще кое-что, о том, как ему пришлось брать командование на себя. Это возмутило Брэдли и Паттона настолько, что они дружно заявили, что скорее подадут в отставку, чем будут подчиняться ему. «После того, что случилось, я не могу служить под командой Монтгомери. Если вы отдадите ему командование всеми сухопутными силами, вам придется отправить меня домой. Если Монтгомери будет стоять надо мной, я потеряю доверие своих подчиненных», — сказал Брэдли Эйзенхауэру.

К концу января все завершилось, и американские войска находились на тех позициях, которые занимали 16 декабря. Это была тяжелая битва. Союзники потеряли 75000 солдат убитыми, ранеными и пленными, а немцы — 120000. Несомненно, это было тяжелым ударом для Третьего Рейха, и серьезно ослабило его способность защищаться на западе и на востоке. Хотя «Вахта на Рейне» задержала наступление союзников почти на 6 недель, она, вне всякого сомнения, ускорила окончательное поражение Германии.