а) Люди из Пуллаха: Организация Гелена и БНД

а) Люди из Пуллаха: Организация Гелена и БНД

Из трех секретных служб, созданных в Федеративной Республике Германии и существующих по сей день, Федеральная разведывательная служба (БНД) обладает исключительным правом на ведение внешней разведки. Ее предшественник, Организация Гелена, вынуждена была, однако, между 1950 и 1956 годами делиться этой привилегией с так называемой Службой Фридриха-Вильгельма Хайнца. Ведомства по охране конституции — Федеральное ведомство (БФФ) в Кёльне и земельные ведомства (ЛФФ) отвечали и отвечают (среди прочего) за контрразведку. В Бундесвере контрразведывательные функции возложены на Службу военной контрразведки (МАД), но права вести военную разведку у нее нет. Потому политическая, военная, научно-техническая и экономическая разведка в ФРГ были сконцентрированы в одних руках, что позволило избежать противоречий между различными ответственными за это институтами — подобно тому, как это происходило и до сих пор происходит в Соединенных Штатах. Служба G-2/A-2 Бундесвера — один из четырех классических отделов штабного звена — наряду с кадровым, оперативным и боевой подготовки и отделом тылового обеспечения и снабжения — отвечала за сбор, обработку и анализ военного положения противника, однако не вела активного шпионажа. Зато эта служба с успехом пользовалась данными радиоэлектронной разведки, собиравшихся специальными подразделениями Бундесвера, которые подслушивали и расшифровывали радиограммы войск стран Варшавского договора.

С самого начала Райнхард Гелен старался сделать из созданной под американским контролем «Орг» настоящую (западно) — германскую разведывательную службу. Уже так называемое «джентльменское соглашение», якобы заключенное 30 августа 1946 года Геленом с наивысшим офицером военной разведки американских войск на европейском ТВД бригадным генералом Эдвином Л. Сибертом — предшественником генерал-майора Уизерса А. Бёрреса — показывает чувство национального самосознания, свойственное Гелену. Пусть даже это обсуждение было недоразумением, и Гелен с Сибертом просто не поняли друг друга, все равно нет никакого сомнения, что бывший шеф «Иностранных армий Востока» хотел как можно быстрее избавиться от жесткого контроля со стороны американских властей. Если верить Гелену, тогда было решено, что немецкая служба будет работать не «для» американцев или «под» ними, а «вместе с» американцами. «Но если Организация когда-либо окажется в ситуации, при которой американский и немецкий интересы разойдутся, то Организации будет предоставлено право следовать линии, отвечающей немецким интересам». (Р. Гелен, «Служба») Однако очень трудно предположить, чтобы американский генерал (тем более, бригадный генерал — т. е. самого низшего ранга в генералитете) спустя лишь чуть больше года после окончания войны мог бы пойти на такие широкие уступки. В гораздо большей степени решающим было то обстоятельство, что Гелен сам выбрал такой путь и последовательно продвигался в запланированном направлении. Как только ему удалось провести свою организацию сквозь паутину опасностей внутриамериканских противоречий и обеспечить ей надежное будущее, он целенаправленно приступил к работе. В 1949 году он уже осторожно намекал на свои планы в разговорах с министерским директором в Федеральном министерстве внутренних дел Гансом Риттером фон Лексом, с Федеральным министром внутренних дел Густавом Хайнеманном, вице-канцлером Францем Блюхером и министерским советником в Ведомстве Федерального канцлера Гербертом Бланкенхорном. В июне 1950 года он высказал свои соображения в пользу создания западногерманской службы внешней разведки государственному секретарю в ведомстве Федерального канцлера Гансу Глобке, в сентябре того же года, наконец, и самому Федеральному канцлеру Конраду Аденауэру. Его позиция получила поддержку благодаря изменившемуся международному положению. В июне 1950 года началась война в Коре. Она ясно дала понять, что Холодная война действительно в любой момент может стать «горячей». И в разделенной Германии тоже две противостоящие общественные системы — коммунизм и демократия — стояли буквально друг напротив друга. Потому война в далекой Азии вдруг снова подчеркнула жизненную необходимость сбора информации о военном противнике и определила разведывательные приоритеты. Конъюнктура была на стороне военного шпионажа — прежде всего против войск на востоке Германии («ближняя разведка»), но также и в «стране за Одером», в Польше, ЧССР и прочих странах Восточного блока, включая Югославию и Албанию («глубокая разведка») и в самом Советском Союзе («дальняя разведка»). Интенсивные усилия по включению Организации Гелена в структуру Федерального правительства и обеспечению, таким образом, ее бюджетного финансирования увенчались успехом через пять лет, когда, наконец, 11 июля 1955 года кабинет министров принял решение взять на себя контроль над Организацией и подчинить ее Ведомству Федерального канцлера. Нет никаких официальных цифр или научно обоснованных независимых данных о том, как изменялось количество сотрудников БНД с 1956 года. По принятым в ГДР представлениям число сотрудников удвоилось — с 1245 человек в 1956 году до 2500 в 1963 году, затем снова удвоилось до пяти тысяч в 1968 году, а в 1977 году в БНД трудилось 6500 чиновников, служащих, рабочих и направленных из Бундесвера офицеров.

В организационном плане Гелен создал сложную систему филиалов, разместив представительства БНД по всей Германии. Центр в Пуллахе (Генеральная дирекция) управляла так называемыми Генеральными представительствами, ответственными за внешнюю разведку и контршпионаж: в Штокинге под Мюнхеном (GV–C, сфера ответственности: ГДР, Австрия, Чехословакия), в Гамбурге и Бремене (GV-B, сфера ответственности — ГДР, военно-морской флот), в Дармштадте (GV-H, сфера ответственности: ГДР, Польша, СССР), в Мюнхене (GV-G, сфера ответственности: ГДР, балканские государства) и в Карлсруэ (GV–L, сфера ответственности: ГДР, активный контршпионаж в Восточном блоке). Этим Генеральным представительствам подчинялись Окружные представительства, которые были во всех крупных городах Западной Германии (например, в Западном Берлине — BV-E). Подпредставительства, иначе называемые «точками проверки», наконец, представляли собой «фронтовые штабы» для активного шпионажа, вербовки обучения и управления агентами. Кроме того, вдоль всей внутригерманской границы и в Западном Берлине были так называемые отделения — филиалы на жаргоне БНД — места, куда легко могли добраться информаторы. Эти отделения действовали под прикрытием коммерческих предприятий, страховых обществ, налоговых консультаций, бюро переводов или бюро трудоустройства, а также как филиалы каких-либо государственных учреждений. Все вместе это представляло собой весьма разветвленный каркас, который официально должен был служить целям «герметизации» и поддержания принципа „need to know“(«знать только то, что требуется знать») и защите источников. Эта непроницаемая система раз за разом подвергалась критике со стороны самих сотрудников. Она усложняла четкое управление и была мало понятна самим служащим БНД. Она была дорогой из-за большого числа необходимых офисных помещений, из которых после «расшифровки» раз за разом приходилось съезжать. Очень сложной была почтовая связь, так как курьеры не могли знать эти бюро, а желаемую конспирацию все равно не удавалось поддерживать на нужном уровне достаточно долгое время. «Крот» КГБ в БНД Хайнц Фельфе предполагал, что сложность структуры служила не столько безопасности Службы, сколько скрывала отсутствие ясного разделения, четкой структуры и разграничения полномочий, поскольку Райнхард Гелен опасался из-за точного распределения задач утратить часть своего влияния, знаний и полномочий. Именно поэтому система филиалов, просуществовавшая до ухода генерала Гелена в отставку с поста президента БНД в 1968 году, на практике служила в большей степени единоличному правлению шефа разведки.

Как и ее противник в Восточной Германии, «Штази», Федеральная разведывательная служба неоднократно меняла свою структуру в зависимости от ситуации. Несмотря на многие детали, известные в подробностях, очень сложно четко реконструировать изменения организационной структуры БНД с ранних времен Организации Гелена до конца Холодной войны. За агентурный шпионаж отвечали два отдела — Первый отдел, собственно занимавшийся агентурной разведкой, и Третий отдел, отвечавший за анализ и оценку полученной информации. Отношения между ними порой были довольно напряженными. В 50-е годы, в разгар Холодной войны, оба отдела занимались в первую очередь военным шпионажем и анализом добытых результатов. Юлиус Мадер в книге «Серая рука» еще в 1960 году опубликовал своего рода план основных задач генерала Гелена, обязательный для выполнения всеми шпионами Службы в Восточном блоке. Из 15 разведывательных целей, названных в документе, только две задачи совсем не касались военных или военно-экономических вопросов. Все остальные требования включали: наблюдение за маршами войск и передвижениями военных грузов, за складами горючего, за ремонтными мастерскими железной дороги, железнодорожными путями, шоссейными дорогами, мостами, аэродромами, телеграфными стациями, электростанциями, гидрогенизационными заводами, предприятиями химической промышленности, военными заводами, полигонами, командными пунктами, казармами, за собственно воинскими частями противника и за настроениями в войсках. В общем, «производящий сильное впечатление документ ранней стадии Холодной войны, в котором содержится все, что определяло задачи западного шпионажа все следующее десятилетие».

В ранние годы своего существования западногерманская служба внешней разведки заработала себе хорошую славу. Самой сильной стороной деятельности «Орг» был военный шпионаж. До возведения Берлинской стены ни одна западная разведка не обладала лучшими предпосылками для шпионажа в ГДР, нежели БНД. И в эту задачу входило также наблюдение за дислоцированными там советскими войсками.