Затопление германского «Большого флота» у Скапа-Флоу, 21 июня 1919 года Джеймс Тейлор

Затопление германского «Большого флота» у Скапа-Флоу, 21 июня 1919 года

Джеймс Тейлор

В конце Первой мировой войны германский флот «Открытого моря», в составе семидесяти четырех боевых кораблей, был интернирован в бухте Скапа-Флоу на Оркнейских островах, где и ждал итогов переговоров об условиях перемирия. Утром 21 июня, когда корабли с сокращенными экипажами уже провели на якоре полгода, группе из 400 школьников устроили экскурсионную поездку вокруг флота на борту буксира Адмиралтейства под названием «Летящая пустельга». Джеймс Тейлор, которому тогда было пятнадцать лет, вспоминал поразительное зрелище того, как у них на глазах начал тонуть германский флот. Впервые в истории был затоплен разом весь военно-морской флот. Только недавно стало известно, что командующий Имперским ВМФ у контр-адмирал Людвиг фон Рейтер, приказ о затоплении отдал по недоразумению.

В конце концов мы оказались лицом к лицу с германским флотом, и рядом с некоторыми из этих громадных линкоров наше суденышко выглядело смешно и нелепо. [Моряки показывали нам нос.] Наш учитель нервно пытался объяснить, что мы, вероятно, тоже вели себя так же, будь мы военнопленными, на которых глазеет толпа школьников. Мы должны были испытывать жалость к этим несчастным, которые не могут не быть немцами, как мы не можем не быть оркнейцами. Рогнвальд Сент-Клер, который всегда был таким умным, сказал, что жалеет лишь о том, что не захватил свою рогатку… Кое-кто из немцев сидел… играли на губных гармошках…

[И позднее, на виду главных кораблей] внезапно, без всякого предупреждения и почти одновременно, эти громадные корабли начали крениться, на левый или правый борт; какие-то переворачивались, некоторые погружались носом в воду, с кормой, высоко задранной вверх и указывающей на небо; другие быстро уходили в океанскую пучину, и над водой виднелись только мачты и трубы, а из отверстий, с чудовищным шумом и шипением, вырывались пар, масло и воздух, и огромные белые облака водяного пара клубами поднимались у корабельных бортов. К общей какофонии добавлялись мрачное громыхание и звяканье цепей, а гигантские корпуса наклонялись, опрокидывались и скользили под воду, которая всасывалась внутрь с чудовищными звуками и громким бульканьем. Гордые корабли медленно исчезали, издавая протяжный затянувшийся вздох.

На поверхности виднелись одни лишь мощные водовороты, в которых все быстрее и быстрее кружились какие-то темные предметы, многие из них затянуло в середину, а потом они погружались вглубь, пропадая из виду. Море превратилось в одно обширное пятно масла, которое постепенно расползалось, словно бы какой-то океанский монстр, смертельно раненный и залегший на морском дне, истекал кровью. И пока мы смотрели, безмолвные и преисполненные благоговейного страха, поверхность моря на мили окрест покрылась лодками и подвесными койками, спасательными поясами и ящиками, рангоутом и обломками дерева. И среди этого мусора сотни людей боролись за жизнь… Внезапно воздух разорвали громкие приветствия — это кричали моряки, выстроившиеся длинными шеренгами на палубе одного из самых больших немецких кораблей. Они прощались с точно таким же кораблем, чьи палубы теперь скрылись под водой.