Глава 2. ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ АРБУЗОВА В БРЮССЕЛЕ

Глава 2. ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ АРБУЗОВА В БРЮССЕЛЕ

«Ситуативность любых договоренностей гораздо более соответствует стилю и духу внешнеполитических маневров, которые вот уже как четыре года исповедует Виктор Янукович. И именно этому духу совершенно не соответствовало СА с Евросоюзом — как история более долгоиграющая и стратегическая».

Эго один из тезисов, изложенных экспертами Института Горшенина относительно «договоренностей 17 декабря» в большом аналитическом материале «Некоторые оценки развития украинороссийских отношений в 2013 году». Эксперты оказались правы. В привычной для него манере Виктор Янукович продолжал играть на два фронта. Сразу после Москвы он обратился к Западу, где также рассчитывал урвать хоть что-то. Поскольку сам он в Брюссель екать уже не мог — его бы там просто никто не принял, — послал на неформальные переговоры первого вице-премьера Сергея Арбузова. Произошло это в начале января.

Арбузов с радостью согласился. В его непримиримой подковерной борьбе с Андреем Клюевым ему важно было доказать президенту, что именно он, Арбузов, самый оборотливый переговорщик, искусный дипломат, умеющий выполнять поставленные задачи. Словом, идеальный кандидат в премьер-министры.

Рассказывает Петр Порошенко:

«Арбузов позвонил Фюде с просьбой о встрече. Мол, у нас опять все поменялось, и мы готовы возобновить диалог, — хочу это обсудить. Арбузов утверждал, что действует по поручению Януковича. Фюле набирает меня — просит подъехать, так как не хочет встречаться с Арбузовым один на один. Я соглашаюсь. Узнав об этом, Арбузов заявил: «Если будет еще и Порошенко, я встречаться не стану». Уперся! В итоге он со своей делегацией прибыл в Брюссель, но Фюле его не принял до тех пор, пока не появился я».

Тут надо уточнить, что Петра Порошенко можно смело назвать «главным дипломатом Майдана». Используя многочисленные горизонтальные связи, накопленные за годы политической деятельности, по ходу Революции Достоинства он регулярно встречался, официально и неофициально, со всеми мировыми лидерами, имевшими отношение к «украинскому вопросу». Формально Порошенко тогда был просто внефракционным депутатом. Он не принадлежал к тройке предводителей оппозиции, что давало ему дополнительные бонусы — он не нес ответственности за промахи, непопулярные решения Кличко, Яценюка и Тягнибока, а воспринимался как эффективный переговорщик.

«Захожу в кабинет, там сидит Арбузов и рассказывает Фюле, что Украина-де намерена подписывать Соглашение с ЕС, но надо же как-то договориться, давайте обсудим то и то… Одним словом, торговался, — продолжает Порошенко. — Я его слушал-слушал, потом говорю: «Не пытайся играть здесь какую-то свою игру. Ты хочешь, чтобы Украина подписала Соглашение?» — «Да, говорит, хочу». — «Тогда выйди сейчас к журналистам и заяви об этом. Прямо сейчас!» Надо было видеть выражение его лица! «Я, — говорит, — не имею полномочий от президента». — «Если не имеешь полномочий, зачем ты сюда приехал и людям голову морочишь?» На это он отвечает, что у него полномочия для переговоров, а не для публичных заявлений.

Я настаиваю: «Если ты честен и открыт — выйди и заяви, что лично ты, первый вице-премьер, — за подписание Соглашения с ЕС». (Не говоря уже о том, что это снимет напряжение на Майдане.) «Уберите Захарченко и подпишите Соглашение — все, больше ничего делать не надо», — убеждаю его. Двадцатого января в Брюсселе должно было состояться заседание министров иностранных дел стран ЕС. и вот на этом заседании Янукович вполне мог бы подписать Соглашение об ассоциации.

«Так ты «за» подписание?» — напираю я на Арбузова. Он сидит растерянный, не зная, как выкрутиться. Тогда обращаюсь к Фюле: «Господин Фюле, не могли бы вы сейчас же переговорить с Эштон, Баррозу, Шульцом и договориться о том, что, если Украина подтвердит свое намерение подписать Соглашение, ей сделают официальное приглашение на саммит, и Виктор Янукович приедет для подписания?» Фюле к такому повороту событий готов не был.

Мы вышли в коридор. Я говорю ему: «Штефан, Арбузов блефует, никакого подписания не будет, но мы должны сейчас додавить, отыграть по полной, чтобы они потом не могли использовать даже малейшую «отмазку-отговорку». — «Я не уверен, что мы, Европа, готовы дать согласие на подписание двадцатого», — отвечает. Я прошу его: «Штефан, скажи ему, что вы готовы, давай поставим их в ситуацию, при которой уже не будет путей к отступлению. Ради нашей страны, нашего народа, я вас очень прошу, сделай это!»

Фюле на уговоры согласился. Европейские источники Lb.ua витвердили: в ходе консультаций с лидерами ЕС Штефан Фюле получил их согласие на то, чтобы дать Украине «второй шанс» ж предоставить возможность подписания СА 20 января. И снова прямая речь Порошенко:

«Арбузова очень смутило происходящее. Он не знал, что делать, начал что-то говорить о том, что вот, вернется в Киев и постарается уговорить Януковича. «Нет, — отвечаю, — этого уже не будет. Запомни этот день — это последний день, когда ты в Брюсселе и когда тебя тут принимают». — «Что делать?» — спрашивает. «Позвони Януковичу, изложи ситуацию. А потом выйди вместе с Фюле и со мной на пресс-пойнт и заяви, что украинская делегация готова прибыть и двадцатого подписать. Есть, — говорю, — еще один вариант». — «Какой?» — «Не звони Януковичу. Заяви сейчас, что ты сам парафировал текст от имени Украины». Он весь пригнулся: «Что мне за это будет?» — «Будет в том случае, если ты этого не сделаешь. Не сделаешь — значит, ты действительно последний день в Брюсселе».

Так оно по факту и получилось. Хотя тогда, в начале января, все било еще не столь очевидно, да и вообще не ясно, чем закончится.