30-24. A.B. Черновой

<1924> [105]

Дорогая Адя, на днях в Праге встретила с Алей Самойловну [106], — кинулась к нам, как к родным. Я спросила, исполнила ли она поручение Вашей мамы, она сказала, что да, но что В<иктор> М<ихайлович> [107] сейчас сам без денег. Одета была и выглядела как-то по-цирковому, — не знаю, в чем дело, — вроде жены содержателя цирка (в штанах), или глотательницы шпаг. Недавно на вечере XVIII в. в «Едноте» [108] видела, из знакомых, еще жену Я<ков>лева [109] (моей b?te noire ^{27}, т.е. той белобрысой бестии из Пламени! [110]) — была со мной крайне ласкова и сказала, что перевела один мой стих на французский. Я изъявила удивление.

Невинный зачах, т.е. я его не вижу, п<отому> ч<то> в «Воле России» не бываю. Запугала его вшенорской грязью и необходимостью мужских ботиков («калоши затонут!»). Адя, не видели ли Бахраха? Пусть О<льга> Е<лисеевна> проинтервьюирует его на мой счет, посмотрим, какую морду сделает. Толстеют ли дети Карбасникова? [111]

Целую Вас.

МЦ.

Впервые — НП. С. 88. СС-6. С. 668. Печ. по СС-6.