976. Г. А. Потемкин — Екатерине II

976. Г. А. Потемкин — Екатерине II

18. VII.1789

Автограф. РГАДА. Ф. 5. Д. 85. Ч. 2. Л. 3–4.

Публикация — РА, 1865. Стб. 1516–1518.

Ответ Потемкина (на письмо № 969), которого (не без опасений) ждала императрица. Хорошо изучивший сильные и слабые черты характера своей жены, Потемкин нарочитой грубоватостью тона послания хотел помочь Екатерине преодолеть душевный кризис. С другой стороны, он решительно отвергал подозрения о своей роли в деле Мамонова. Важно отметить, что он пока ни словом не обмолвился о «Чернявом» (Зубове). Его отзыв о новом любимце Екатерины см. в письме № 979.

¹ Я ему писал письмо короткое, но довольно сильное. — Письмо Мамонову не разыскано. Гарновский приводит важную подробность: Мамонов в разговоре с ним (сразу же после решительного объяснения с императрицей) признается в том, что его не страшит ревность Екатерины, но страшит, как отнесется к его поступку князь. «Дай Бог, чтобы это не потревожило Князя, — уверяет он Гарновского. — Просите Его Светлость (тут он заплакал), чтобы он был навсегда моим отцом. Мне нужны его милость и покровительство, ибо со временем мне, конечно, будут мстить» (PC. 1876. Т. XVI. С. 400. Письмо Попову от 21.VI.1789).

² Здешние обстоятельства идут во многом нехудо, ежели Турки не пойдут к проливу Еникольскому. А то нехорошо будет нашим безоружным кораблям у Таганрога, пока войски на Таман не придут. — Опираясь на данные разведки, Потемкин внимательно следил за подготовкой противника к новой кампании на суше и на море. Турецкий флот мог помешать соединению построенных в Таганроге 2 кораблей с Севастопольской эскадрой. Для их охранения он приказал посадить на корабли и прикрывавшую их флотилию 2 батальона егерей, а Севастопольскому флоту быть готовым к выходу в море. В сентябре таганрогские корабли соединились с главными силами флота в Севастополе.

³ …все приступили к Ивану Ивановичу, чтоб им быть при мне. — Начальником артиллерии соединенной армии был генерал-аншеф И.И. Меллер. Участвовавшая в осаде Очакова бомбардирская рота лейб-гвардии Преображенского полка просила Меллера о назначении в главный корпус, которым предводительствовал сам Потемкин.