Мартенс перед судилищем

Мартенс перед судилищем

При допросах Л. К. Мартенса в подкомитете сената США и комиссии министерства труда США было уделено особое внимание связям между Мартенсом и Советским правительством.

На заседании подкомитета сената сенаторы Мозес и Брендижи задавали вопросы:

«Мозес. Платежи, которые вы делали по заказам, о которых вы говорили, сделаны из фондов, которыми вас снабдило ваше правительство?

Мартенс. Да, сэр.

Мозес. Какими путями пришли к вам эти фонды?

Мартенс. Через курьеров.

Мозес. Этот способ коммуникации прерывался?

Мартенс. Очень часто, сэр.

Мозес. Сколько раз?

Мартенс. По имеющимся у меня сведениям, несколько наших курьеров были расстреляны в Финляндии…

Брендижи. Сколько курьеров было, по вашему мнению?

Мартенс. Около двадцати.

Брендижи. Из двадцати десять были схвачены?

Мартенс. Да, сэр.

Брендижи. Значит, к вам прибыло десять курьеров?

Мартенс. Нет, только семь.

Брендижи. Все с деньгами?

Мартенс. Большинство с деньгами.

Брендижи. Они привозили вам инструкции кроме тех, что вы получили шифром? Другими словами, привозили ли они вам устные директивы?

Мартенс. Они привозили некоторые устные директивы.

Мозес. Будьте любезны назвать имена курьеров, которые регулярно прибывали в эту страну и доставляли вам материал.

Мартенс. Я не могу назвать вам эти фамилии, м-р председатель.

Мозес. Вы хотите сказать, что вы не знаете их?

Мартенс. Нет, я знаю их имена.

Мозес. Но вы отказываетесь назвать их?

Мартенс. Да, сэр, я отказываюсь»[19].

Комиссия министерства труда США в свою очередь так же настойчиво пыталась установить порядок связи между Мартенсом и Советским правительством, а главное, узнать имена курьеров.

Вот некоторые выдержки из протокола допроса Мартенса комиссией министерства труда от 28 июля 1920 года:

«Вопрос. Г-н Мартенс, объясните, пожалуйста, порядок связи с правительством, которое вы представляете?

Ответ. Я отказываюсь отвечать, м-р Шелл…

Вопрос. Знаете ли вы людей по имени Фогельмарк и по имени Эриксон?

Ответ. Я отказываюсь отвечать.

Вопрос. Знаете ли вы человека по имени Шопин?

Ответ. Я отказываюсь отвечать.

Вопрос. Скажите, пожалуйста, кто из указанных лиц были вашими курьерами?

Ответ. Я отказываюсь отвечать…»[20]

Один из этих вопросов (о Шопине) касался меня, но в то время я был уже вне их досягаемости.

Во время допроса Л. К. Мартенса комиссией министерства труда США от 28 июля 1920 года был вызван в качестве свидетеля молодой матрос Якобсон, прибывший из Швеции с пакетом советских газет для меня. Его арестовали и хотели всячески использовать против Мартенса.

Вот выдержки из протокола допроса матроса Якобсона от 28 июля 1920 года:

«Вопрос. Знаете ли вы человека по имени Фогельмарк?

Ответ. Да, я знаю Карла Фогельмарка с 1918 года.

Вопрос. С какой целью вы с ним встречались и о чем вы с ним разговаривали?

Ответ. Он предложил мне взять несколько пакетов и сдать их в Нью-Йорке».

На вопрос, переданы ли эти пакеты по назначению, он ответил, что не успел передать, так как при выходе из порта был арестован.

«Вопрос. Сказал ли вам Фогельмарк, что эти пакеты надлежит передать человеку по имени Борис?

Ответ. Он мне дал указание поехать на 82 улицу, спросить г-жу К., а в случае ее отсутствия поехать в Бруклин в Общество рабочих и спросить Бориса.

Вопрос. Встречали ли вы когда-нибудь человека по имени Борис?

Ответ. Нет, я его не знаю…»

Допрос матроса ничего, по существу, не дал комиссии министерства труда США, так как он никогда не видел ни г-жи К., ни «Бориса».

Как ни пытались американские «расследователи» добиться от Л. К. Мартенса ответа о порядке связи между Бюро и Советским правительством, о фамилиях курьеров, Мартенс всегда твердо и категорически отказывался отвечать на эти вопросы, ограждая товарищей от преследований со стороны американских властей, грозивших им тяжелыми последствиями.

Главное же состояло в том, что подкомитет сената США, так же как и «комитет Лоска», не смог обнаружить ни одного факта, ни одного свидетельства или документа, который бы подтвердил, что Мартенс занимался в США «подрывной работой».