9 ноября 1927

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

9 ноября 1927

Дорогая Лиленька,

Бесконечно тронут Вериной присылкой (халва, икра, игрушки) — она растравительна. Мне ничего не нужно присылать — ведь я знаю, как все вы живете. Особенно икра не лезла в рот. Была ли у тебя Ася?[142] Посылаю тебе две Муриных карточки и одну свою. Только боюсь — не дойдут они.

Как Верин адрес и можно ли ей писать?

О себе писать почти нечего. Все это время снимался в кино — вставал в 5, приходил в 8. А вечером еще уроки. Теперь съемки кончились — ищу новых.

Как здоровье твое? Давно молчишь. Все мои совсем оправились от скарлатины. М<арина> ходит бритая. Аля начала ходить в рисовальную школу и я вспоминаю, глядя на нее, свое детство — Арбат, Юона.[143] Но она раз в десять способнее меня.

Читала ли «5-ый год» Пастернака?[144] Прекрасная вещь — особенно вступление. Только мало кто поймет ее — и у нас и у вас.

До сих пор не был на кладбище! И знаешь, что останавливает? Боюсь, что не найду могилу.

Обнимаю и люблю

Твой С.