ЕЩЕ РАЗ О ДЯДЕ И ПЛЕМЯННИКЕ

Услышал по телефону знакомое:

— Хех-хе.

Я знал: это предвещает для нас с Викой что-то немаловажное. Оказалось, не то чтобы немаловажное, а даже очень важное: Владимир Алексеевич Казачков нашел в своих архивных завалах записи академика Степана Борисовича Веселовского. Нашел! Хех-хе…

— Все совпадает? Все верно? — не удержался, спросил я как будто бы в первый раз, когда мы с Викой были переполнены сомнениями.

— Конечно, верно, — привычно негромко и глуховато заговорил Казачков. — Таблица начинается от Радши. Десятое колено — Иван Гавриилович Пушкин, и от него — к Пушкину и к Лермонтову. Семнадцатое колено — Евдокия Федоровна Пушкина, вышедшая замуж именно за обладавшего чином капитана Ивана Боборыкина. Восемнадцатое — Анна Ивановна Боборыкина и ее муж секунд-майор Юрий Петрович Лермонтов, владелец усадьбы Измайлово, — прадед и прабабка поэта Лермонтова. А восемнадцатое колено рода Пушкиных — Лев Александрович Пушкин, подполковник артиллерии, — дед поэта Пушкина. Ну и двадцатое колено — сам Александр Сергеевич, а двадцать первое сам Михаил Юрьевич. Дядя и его десятиюродный племянник.

Я слушал Казачкова и вновь радовался: цифры, имена — все совпадает с вычерченной нами с помощью Владимира Алексеевича и проверенной Александром Александровичем Григоровым таблицей.

— Ну что же. Может быть, это последнее, что требовалось по родословию Пушкина и Лермонтова, — говорю я Владимиру Алексеевичу.

— Для успокоения?

— Для завершения.

И мы с Владимиром Алексеевичем, не сговариваясь, засмеялись.