Эвакуация Сент-Килды, 29–30 августа 1930 года «Глазго геральд»

Эвакуация Сент-Килды, 29–30 августа 1930 года

«Глазго геральд»

К 1930 году на некогда процветающем острове Сент-Килда оставалось всего тридцать восемь человек, и многие из них были уже стариками. Десятилетия население влачило в тех суровых условиях жалкую жизнь, которая становилась все хуже, и после Первой мировой войны, которая дала немногим возможность одним глазком взглянуть на большой мир, недовольство почти средневековым укладом жизни только ширилось. По мере того как сокращалась численность здоровых и трудоспособных островитян, а урожаев не было, усугублялись и лишения общины, жизнь которой зависела от тех, кто был способен лазать по скалам и ловить глупышей и тупиков, составлявших главный продукт питания на острове. Когда пришло время для окончательной эвакуации, сожалений у покидавших остров почти не было. Многие, не испытывая никаких сентиментальных чувств, продавали алчущим охотникам за сувенирами прялки и кувшины для масла, эти реликты уникального аванпоста цивилизации. Кто-то из жителей вывесил в окне записку: «Продаются реликвии Сент-Килды. Заходите и спрашивайте».

Обан, 29 августа, пятница

Морщинистый низкорослый мужчина в куртке, застегнутой по горло, на все пуговицы, так что лишь немного виднелся красный шейный платок, и в изрядно заплатанных синих штанах стоял с меланхоличной дворняжкой возле крытого торфом погреба-клейта у подножия Руаивала и напряженно вглядывался в море между мысом Колл и Левенишем, высматривая что-то в восточной части горизонта.

Ниже и впереди него находилась деревенская бухта, или Лох-Хирта, как ее называли некоторые, единственное место, пригодное для высадки на остров… Страж на утесе и промокшая собака дежурили на скале с рассвета, терпеливо и не выказывая усталости. Так поступали многие из жителей острова, но мало кто намеревался выйти на повторную вахту. Дождь налетал вместе с резкими порывами шквалистого ветра, но мужчина продолжал стоять, и влага сверкала на его темных бровях. Белый туман скрывал Левениш, в нем тонули море и небо, а вот человек оставался на месте.

Жители острова ждали уже два дня. Затем внезапно мужчина выпрямился. Вдалеке на воде, там, где лежит, закутанный в облака, пролив Харрис, неясно обрисовались очертания узкого парохода. Мужчина ожил, слегка стукнул собаку палкой и неуклюже зашагал по уступу, неся новости в деревню.

Его вахта завершилась. Замечено последнее транспортное судно, на котором уплывут островитяне, покидающие дикую вулканическую скалу в Атлантике.

Пока мужчина с собакой, направляясь к деревне, пересекали окруженные канавами пастбища, на волнах между мысами качался корабль «Замок Дунара», в задачу которого входила перевозка овец с холмов и незатейливого имущества населения. Потом за людьми должен будет прийти корабль Адмиралтейства, который и подведет черту под всей историей.

Это было начало конца Сент-Килды как человеческого поселения. Беглые зарисовки с наблюдателем были сделаны в среду. В четверг рыболовное судно «Колокольчик», получившее задачу вывезти всех с острова, пришло из Левениша и бросило якорь возле «Замка Дунары».

Драматичность эвакуации внезапно придало появление военно-морского флота. Запели на палубе сигнальные трубы. Сразу же со шлюпбалок опустили шлюпку. Трех офицеров, сверкавших плетеными галунами, повезли на берег матросы в белых парусиновых одеждах…

Вскоре в бухте началось оживленное движение. Черные плоскодонки Сент-Килды, с захлестывающей доски настила морской водой, странно контрастировали со сверкавшим эмалью и начищенной медью кораблем военного флота.

Все утро между причалом и пароходом курсировали овцы, коровы, шкафы, столы и брезентовые мешки — все это грузили на «Замок Дунара».

Особо примечательна была погрузка косматого хайлендского скота. Большие рыжевато-коричневые животные следовали за лодками на буксире от берега к кораблю, а потом их затаскивали на борт, накинув петлю на рога. Глаза у коров были выпучены, шеи напряженны, животы вздувались.

Не успело утреннее солнце растопить туманы на Конахейре, а стойла между палубами «Замка Дунара» были забиты овцами, горными, черномордыми и всякими кроссбредами, походившими на нубийских козлов, а в трюмы складывали имущество экономных хозяев…

Последняя черная лодка отвалила незадолго до полудня. На «Замке Дунара» задраили люки, подняли якорь, судно развернулось и запыхтело в сторону выхода из бухты. Протяжные гудки прозвучали последним прощанием, эхом перекатываясь до самой вершины Конахейра.

В дверях двух домиков трепетали белые простыни. У кого-то перехватило горло…

Жители Сент-Килды, последнего островка из опоясанных морем Гебридов, примостившегося на краю великого Атлантического плато, в том месте, где дно океана круто обрывается, уходя на невообразимые глубины, спокойно готовились к отъезду, начиная с понедельника, за четыре дня до этого. Прибытия «Замка Дунара» ожидали примерно вечером в понедельник. Все зависело от погоды…

В деревне начали собирать и упаковывать вещи и имущество… Женщины принимались за работу, когда солнце поднималось над пятнистыми склонами Конахейра. Мужчины отправлялись на Муллак и Карн-Мор, пики гористого острова, вместе с пастухами и собаками с Внешних островов они сгоняли овец, которые нашли себе убежище среди скал и уступов…

В темноте я отправился в гости в один из домиков… Меня приветствовали на гэльском языке, на котором тут говорили, поскольку английским владели посредственно. Через маленькую прихожую, заставленную нагруженными ящиками, я прошел в гостиную.

Обитатели Сент-Килды вовсе не забытый народ, живущий в «черных домах». По меркам большинства островитян, их дома вполне уютны и комфортабельны. Ничто здесь не напоминает лачугу, какую мне довелось однажды видеть на острове Скай, где была такая низкая крыша, что приходилось заползать на четвереньках, и которая тем не менее дала двух столичных полицейских.

Когда я вошел в домик на Сент-Килде, то хозяин и трое его сыновей только что вернулись из негостеприимных холмов, и от них, одетых в синие рыбацкие фуфайки и латаные-перелатаные штаны, в тепле дома валил пар. Одинокая масляная лампа бросала глубокие тени на дощатые стены, оклеенные вырезанными из газет иллюстрациями и литографиями. Возле открытого очага стояла кастрюлька; в ней был ужин семейства: засоленная баранина — обычная у них еда — с овсянкой, подливкой, ячменными лепешками, а еще особые блюда островитян — засоленный глупыш и жареный тупик, пища народа искуснейших птицеловов.

В углу приткнулась метла из бакланьего крыла, которой подметали каменный пол. Эта метла, как сказала мне мать семейства с Сент-Килды, намного лучше веника из вереска, но она относится к предметам гигиены более поздних дней, так как некогда жители Сент-Килды оставляли мусор на полу своих жилищ и вычищали его раз в год.

Как обычно, за работой женщины разговаривали между собой, мать сидела за прялкой, а дочь 13 лет, с замечательными волосами — что редкость среди обитателей этого острова, — ловко чесала шерсть ручными инструментами.

Вчера утром я проснулся рано — меня разбудила следующая фаза исхода. Сквозь крепкий сон на полу в здании школы… я услышал равномерный топот и быстрый, невнятный говор на гэльском. Обычно по утрам меня будило блеяние полутысячи овец, дожидавшихся погрузки на корабль.

Я встал и выглянул в окно — белый холодный туман проплывал по склонам Ойсевала и расползался клочьями по бухте. Через поле, в сторону школы, примыкавшей к зданиям церкви, шла из деревни вереница жителей Сент-Килды, на спинах они несли кто ящики, кто мебель… Теперь они были готовы и ждали только «Замок Дунара», и мужчины со склонов Руаивала обозревали горизонт, подобно Кортесу на горной вершине в Дарьене…

Может, «Замок Дунара» придет в этот день, а может, и не придет. Мы ждем паруса, как Робинзон Крузо. А пока ждем, у нас есть уйма времени, когда о многом можно поразмыслить. Мы вот-вот покинем остров, где люди жили со второго века… Пролетит несколько коротких часов, какими исчисляют время на этом острове, где настенным часам, как и всем механическим устройствам, суждена короткая жизнь, и очаги превратятся в холодный камень и люди уйдут и рассеются по незнакомым им местам.

Двое из них, Эван Макдональд и его сестра… никогда прежде не покидали Сент-Килду. Они впервые увидят дороги, лошадей, поезда, но для чего?

Переселение с острова, где были особая жизнь и обычаи, на «большую землю», где правят общепринятые упорядоченность и однообразие, будет благотворным. Больше не надо будет нарезать торф на Муллак-Мор и хранить его в каменных, сложенных без раствора, клейтах. Больше не нужно будет обитателям Сент-Килды, сбивая босые ноги, бесстрашно взбираться по скалам Конахейра, на головокружительную высоту в 1000 футов над бурным морем, чтобы отыскать глупыша, этого скунса среди птиц, чьи мясо, жир и перья когда-то были так важны для поддержания жизни. Манильские канаты в 60 фатомов будут позабыты и заброшены, так же как просоленные воловьи шкуры и стренги из конского волоса их отцов.

Август уже почти закончился. Молодого глупыша никто не тревожит. Скоро наступит сентябрь, но никто не разорит гнезд неопытных олушей. Парусник совершил последнее плавание в Боререй, где мужчины долгими летними месяцами стригли овец. Женщины перестали заниматься ловлей в силки тупиков и «тэмми норри», чистиков, которые на вид как попугаи, а на вкус — как копченая селедка.

Маслобойка — предмет курьезный, и ручные мельницы ушли к коллекционерам. Теперь и остров Сент-Килда ушел в историческое прошлое. Драма окончена.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

5 сент<ября> <1930 г.>

Из книги Переписка автора Эфрон Сергей

5 сент<ября> <1930 г.> Дорогая Лиленька,Я все еще в Савойе.[166] Пробуду здесь верно с месяц. Потом возвращение в Париж — на совершенную неизвестность.Пиши мне чаще. Тебе это гораздо легче делать, чем мне.Ты восторгаешься Ремарком.[167] Мне пожалуй больше нравится книга


Приложение 30 Циркуляр, датированный 6 октября 1930 года, от генерала Тренера, министра рейхсвера, всем офицерам рейхсвера по поводу суда над офицерами рейхсвера в Лейпциге

Из книги Германский офицерский корпус в обществе и государстве. 1650–1945 [litres] автора Деметр Карл

Приложение 30 Циркуляр, датированный 6 октября 1930 года, от генерала Тренера, министра рейхсвера, всем офицерам рейхсвера по поводу суда над офицерами рейхсвера в Лейпциге 4 октября 1930 года суд рейха в Лейпциге вынес следующий приговор бывшим лейтенантам Шерингеру и Людину


Тренировал шотландские клубы «Ист Стерлингшир», «Сент-Миррен», «Абердин», сборную Шотландии. С1986 года тренирует клуб «Манчестер Юнайтед»

Из книги 100 великих футбольных тренеров автора Малов Владимир Игоревич

Тренировал шотландские клубы «Ист Стерлингшир», «Сент-Миррен», «Абердин», сборную Шотландии. С1986 года тренирует клуб «Манчестер


Стервятники, май 1859 года «Аргайлшир геральд»

Из книги Шотландия. Автобиография автора Грэм Кеннет

Стервятники, май 1859 года «Аргайлшир геральд» Контрабанда, спасение и сбор того, что выброшено морем, в определенных районах Шотландии были неотъемлемой частью жизни. Этот глубоко укоренившийся обычай, который восходил еще к тем временам, когда желанные товары власти


Забастовка квартиросъемщиков в Глазго, октябрь 1915 года «Глазго геральд»

Из книги Война. 1941—1945 автора Эренбург Илья Григорьевич

Забастовка квартиросъемщиков в Глазго, октябрь 1915 года «Глазго геральд» Резкий рост арендной платы и угроза выселения за неуплату, имевшие место в Глазго в начале 1915 года, привели к коллективным действиям женщин города, которые сочли необходимым защитить свои жилища,


Авианалет на Клайдбанк, 13 марта 1941 года «Глазго геральд»

Из книги Летопись мужества автора Эренбург Илья Григорьевич

Авианалет на Клайдбанк, 13 марта 1941 года «Глазго геральд» По сравнению с английскими городами, пострадавшими от немецких бомбардировок, их ужасы Шотландию практически не затронули, но сильная бомбежка Клайдбанка и Глазго, произошедшая ночью 13 марта 1941 года, дала


Рудольф Гесс приземляется в Шотландии, 13 мая 1941 года «Глазго геральд»

Из книги В поисках Эльдорадо автора Медведев Иван Анатольевич

Рудольф Гесс приземляется в Шотландии, 13 мая 1941 года «Глазго геральд» Это был один из самых невероятных эпизодов в войне: Рудольф Гесс, заместитель Гитлера и один из ближайших его соратников, покинул Аугсбург и пролетел 1000 миль на своем «мессершмитте» Ме-110, совершив затем


Трагедия «Айброкс», 2 января 1971 года «Глазго геральд»

Из книги Слово и «Дело» Осипа Мандельштама. Книга доносов, допросов и обвинительных заключений автора Нерлер Павел

Трагедия «Айброкс», 2 января 1971 года «Глазго геральд» Одна из самых страшных катастроф в современной шотландской истории произошла на стадионе «Айброкс» в Глазго незадолго до окончания традиционного новогоднего дерби между «Рейнджере» и «Селтиком». Когда зрители


28 августа 1941 года

Из книги автора

28 августа 1941 года Скуп язык военных сводок. Дважды в день страна узнает, что бои продолжаются на всем огромном фронте. Мы знаем, как тяжелы эти бои. Мы знаем, что немцы заняли ряд наших городов. Но мы не теряем бодрости. Слова, сказанные в первый день войны, — «победа будет за


1 августа 1941 года

Из книги автора

1 августа 1941 года Красивая тридцатилетняя женщина. Круглое лицо, большие серые глаза, звучный грудной голос. Она настороже: не нужно ли где-нибудь вмешаться. У нее семья из 2500 человек — население 15 домов привокзального московского района. Дома небольшие, деревянные, на


6 августа 1941 года

Из книги автора

6 августа 1941 года Немцы педантично бомбят, Москву: прилетают в пять или в десять минут одиннадцатого.Жалко Книжной палаты. Это был один из самых чудесных домов Москвы: старый особняк с колоннами.На улицах теперь много женщин с узлами: носят с собой самое ценное.Разрушено


28 августа 1941 года

Из книги автора

28 августа 1941 года Скуп язык военных сводок. Дважды в день страна узнает, что бои продолжаются на всем огромном фронте. Мы знаем, как тяжелы эти бои. Мы знаем, что немцы заняли ряд наших городов. Но мы не теряем бодрости. Слова, сказанные в первый день войны, — «победа будет за


13 августа 1943 года

Из книги автора

13 августа 1943 года Писатель способен недооценить или переоценить эффективность противотанковых ружей, но он видит сердце солдата.Отчеты журналиста могут заключать глубокий и значительный текст, однако в них нет подтекста. Перо журналиста может быть чутким, как флюгер,


10 августа 1944 года

Из книги автора

10 августа 1944 года Корреспондент агентства Рейтер сообщает из Гранвилля о беспорядках в Сен-Пэр-сюр-Мэр: 1 августа там разыгралось сражение между сторонниками «сотрудничества» и сторонниками Сопротивления. К вечеру патриоты одержали верх и арестовали 25 «сотрудников». Но


Репортер «Геральд»

Из книги автора

Репортер «Геральд» После окончания войны в 1866 году Стэнли вышел в отставку и в качестве отдыха от ратных дел отправился с двумя приятелями в Малую Азию. Близ Измира (Турция) странствующих американцев дочиста ограбили разбойники. Стэнли и его спутники лишились даже


‹2› Ответ начальника Центрального оперативного архива КГБ СССР Н.К. Грищенко от 6 августа 1987 года о судьбе документов, изъятых при обыске у О.Э. Мандельштама 16 мая 1934 года

Из книги автора

‹2› Ответ начальника Центрального оперативного архива КГБ СССР Н.К. Грищенко от 6 августа 1987 года о судьбе документов, изъятых при обыске у О.Э. Мандельштама 16 мая 1934 года КГБ СССР Центрально-оперативный архив Баркову 6.08.1987 № 10/ АН–0115 На № 6/3509 от 27.7.87 В Центральном